ты с ней всё сделал неправильно, засылаешь в какие-то дебри, в общем, не любишь свою героиню. Но главный прикол в чём?
- Ну, в чём? Рожай быстрее, жрать хочу!
- Вот в этом как раз и прикол, что Маня, как к тебе не позвонит, так и попадает на то время, что ты или завтракаешь, или обедаешь, или ужинаешь. И вы насчёт этого всё время ругаетесь. Ты ей угрожаешь за такое поведение различными карами, а она канючит что-то своё…
- А... Понял, что-то юморное!
- Ну да. Подумай! Но вообще-то я звонила тебе затем, чтобы спросить. У тебя есть знакомые на вашем телевидении?
- Да, вроде нет.
- Понимаешь, мы хотим в июне – середине или конце месяца, провести концерт в память о погибших в мятеже 10 -12 мая. Единственная платная трансляция на СКР, США. Японию, Евросоюз. Джина сейчас договаривается с Тбилиси. А в РФ мы решили попробовать задействовать тебя.
- Я могу пойти и поговорить с нашим местным ТВ. Но они же тоже заработать хотят.
- Это учтено. С каждых двадцати долларов от зрителя они получат пять. А помощники в организации передачи, как ты например, концерт будут смотреть бесплатно. И мы им перечислим по десять тысяч долларов, если договор с телевидением состоится.
- А, тогда хорошо, я доем и прямо сейчас смотаюсь туда.
- Давай, Паша. Действуй! Срок неделя.
- Понял! Работаю.
После этого я созвала «сестёр», Юко, Айяно и Лису и сообщила, что мы будем готовиться к концерту памяти. Но перед этим сделаем запись пары песен и тизеры к концерту.
- А Алиса и Джен не будут участвовать? – Поинтересовалась Юко.
- Насчёт Джен пока неясно, ей сегодня сделают операцию. Алиса выйдет послезавтра. Нам предстоит ещё и музыку написать для Национального оркестра. Так что, и ты, Юко и Алиса будете задействованы на полную катушку.
Сегодня я позвоню руководству оркестра, а завтра с ними наверное встретимся. Предварительно ты, Юко, можешь начать на синтезаторе. Пока Алисы нет.
- Извините, госпожа директриса! Я тоже умею играть на синтезаторе. – Почти прошептала Айяно.
- Да? Точно? Тогда Юко проверит твои возможности. И если нас это устроит, станешь третьим музыкантом группы.
- Спасибо, госпожа. – Также тихо произнесла десятилетняя японка.
- Называй меня просто Джин.
- Хорошо, госпожа… Джин.
- Вот и славно!
- Для вас я попробую написать песню на днях, а пока тренируйтесь, ешьте, - Все посмотрели на Бо Рам, которая увлечённо грызла куриную ножку. – Но не переедайте!
- Я не переедаю, Джин! Просто мне надо много витаминов, вот врач даже справку выписал! – Бо Рам протянула мне бумажку с печатью, в которой говорилось, что пациентке полезно с пищей принимать витамин роста.
- И где тут указано, что витаминами считается куриное мясо?
- Ну, Джин! Эти витамины роста такие невкусные! – Под хохот девочек запищала Бо Рам.
- Ладно, лечись, как знаешь. Только, чтобы на сцене была в форме!
- Хорошо, Джин! – Обрадованная Бо Рам показала язык Кюри и достала из рюкзачка коробку с печеньем…
Я и Маша спустились в гостиную.
- Ты хоть знаешь, что будем исполнять на концерте?
- Да, мелодии помню. Ты пока посмотри, есть ли тут у них вот эта музыка.
Маша взяла листок и стала читать:
- «Дорога скорби», « «Музыка слёз», «Музыка рая». Сейчас посмотрю. Это ведь классика?
- Да! Первую дадим исполнять оркестру, вторую и третью сыграют Алиса, Юко и Айяно.
Борам, Кюри, Сон Чон и Ын Чжон будут говорить под стук метронома и кадры с нашего побоища фамилии погибших. Одновременно будет вспыхивать на экране фото того, кого объявляют. Пока дальше не придумала, подумаю ещё. Песни надо скорбные подобрать. Дел много, сама знаешь.
Да, надо позвонить Ли Су Ману. Пусть соберёт родственников погибших сотрудников и сгоревших айдолов и трейни. Их тоже надо пригласить на концерт. Вот, насчёт фанатов СМ, тоже не знаю.
- Слушай, только у нас погиб девяносто один человек, там тоже не меньше. Так концерт может превратиться в читку фамилий погибших, надо придумать что –то другое. – Подаёт мысль Маша.
- Да, чего-то я не учла. Как говориться, нельзя объять необъятное.
- О, как раз проверка закончилась! Так. Нет тут таких мелодий!
- Значит, будем готовить.
Звонит голофон.
- Алло! Сон Хен? Что-нибудь случилось?
- Нуна! Вы ведь готовиться к концерту будете?
- Да!
- А кадры с мест нападения будут?
- Да, то что снято около нашего офиса. А что?
- У меня появились кадры побоища в офисе СМ и сожжения общежития с людьми.
- Откуда?!
- Мне их переслал участник событий, фанат СМ. Он брат моего одноклассника. Перед общежитием было около ста фанатов СМ. А тот, кто снимал, сидел на дереве. На него никто не обратил внимания. Потом, когда началась стрельба, он сбежал, а голофон остался на дереве. Там почти три часа съёмки.
Этих кадров нет ни у кого. Телевидения там не было, а бандиты все голофоны убитых фанатов покидали в огонь.
- А почему он не отнёс это на телевидение, ему бы много заплатили!
- Он боится. Недавно так один парень принёс съёмку поджога офиса какой-то компании, так те позвали полицию. И теперь его ежедневно таскают в прокуратуру.
- Понятно. Сколько хочет этот человек?
- Десять тысяч.
- У тебя есть номер его карты?
- Они сам продиктуют. Там два файла – один про офис, а второй про общежитие. Каждому по пять тысяч.
- Ладно, пусть диктуют номера.
Обмен состоялся. Надо посмотреть, что там происходило, а потом уже решить, что с этим делать.
Глава 41
Я и Маша просмотрели записи. Лучше бы мы этого не делали на ночь глядя.
Хоть наша психика и устойчива к разным убийствам, насилию и прочим мерзостям («спасибо» нашему старому миру), но видеть, как несколько мужиков с перекошенными от злобы и наркотиков лицами забивают беззащитную фанатку - школьницу младших классов битами от бейсбола, превращая её тело и лицо в кровавую кашу, которая ещё шевелится, а потом поливают жертву чем-то горючим и поджигают, с хохотом слушают вопль заживо сгорающей, ещё живой девочки. Тут даже железные нервы не помогут.
Или видеть, как вырвавшегося из горящего здания парня (кстати, мы его помним – он из группы «Сеульские парни», выигравшей конкурс на
