и Маша докладываем Чин Ёну, что на СКР и Евросоюз окно прорублено! Он нас радует успехами Ли Су Манна – тот договорился с КБС, МБС и ещё четырьмя каналами Кореи , двумя японскими телевещательными корпорациями и кабельным телевидением США.
В это время подходит Лиса и сообщает, что Таиланд тоже хочет смотреть концерт. Даю ей номер Чин Ёна.
Через час становится известным, что наш концерт будет транслироваться чуть ли не по всему миру – корейские телекомпании стали провайдерами для Филиппин, Австралии и всей ЮВА (юго-восточная Азия). Тбилиси удалось подключить Иран и Турцию, а РФ будет ретраслировать концерт в Монголию, Китай, Индию, Бангладеш, на остров Цейлон и в Афганистан.
За ужином я сообщаю всем девчонкам, что их желает видеть весь мир. Так что, подготовка будет усилена.
Утром мы просыпаемся к десяти часам. Хальмони кормит меня и Машу.
Все девчонки уже давно позавтракали и теперь занимаются.
Перечисляем деньги Лике и Ионову. Через их голофоны слышны радостные вопли их домашних. Ну а теперь надо лететь, проведать Женю.
Операция прошла успешно и она вчера уже очнулась. Но вот сможет ли она петь через месяц, неизвестно. Об этом нам и скажут врачи.
«Леталка» доставляет нас в университетский госпиталь.
Госпиталь Национального университета
Нас приводят к лечащему врачу Жени. Он нам сообщает, что Джен Крайновой нужно минимум два месяца для стабилизации организма и выздоровления. Всё ясно. На Женю нам пока рассчитывать в не стоит.
Санитарка ведёт нас в палату к больной. У той перевязана голова, но никаких приборов или трубок не подключено.
Пока вставать ей запрещают, но есть она может всё абсолютно свободно.
Мы выкладываем ей на стол вкусняшки, присланные нашей хальмони. Женя грустит, что не сможет принять участие в концерте.
- Ты его не смотри в прямом эфире, а то может стать плохо. Там такие кадры будут из офиса СМ и из их общежития, что и мужикам может плохо стать, не то что девушкам! Посмотришь потом, запись то у нас будет, а вот другие только этот один раз и увидят. – Сообщает Маша Крайновой.
- А у меня телевизор в палате врачи отключили. Сказали, что нельзя мне волноваться.
- Ну и правильно! Ещё успеешь напеться и натанцеваться, и переволноваться тоже – вся жизнь у тебя впереди.- Говорю я Жене.
После посещения Крайновой мы едем домой. В час дня по телевидению выступает министр внутренних дел и отсылает через журналистов родителей и родственников ребят, погибших у СМ и в общежитии лэйбла к нам на концерт, где по решению следственного комитета родственники увидят, что там творилось и как погибли их дети.
И весь мир увидит настоящее лицо бандитов, прикрывавшихся националистическими лозунгами.
На вопрос журналистов, почему именно на концерте памяти будут задействованы эти кадры, министр ответил:
- Кто-то подбросил лэйблу «Солбанг-Ул» кадры, снятые у общежития СМ и в его центральном офисе. Директриса Пак Джин Хо вызвала полицию и следователя. Были просмотрены только первые и последние кадры трагедии, но и этого оказалось достаточным. Госпожа Пак попросила разрешения показать эти кадры на концерте памяти, куда приглашены и родственники погибших из СМ.
Поэтому, были отобраны некоторые из голограмм, чтобы показать не только корейской, но и мировой общественности, от чего нас спасли армия и союзники.
С помощью этих кадров удалось выявить ещё двести бандитов, ушедших в подполье после поражения.
Значит, на днях нам надо будет заехать в следственный комитет. Ну, что ж, значит поедем.
Глава 42
Прошла неделя. «Универсальные сёстры» перешли опять в свой офис.
Я с Машей побывали в следственном комитете и согласовали с властями те кадры, которые мы покажем на концерте.
Но песен мало, надо побольше. Вот, Сон Ён у нас пока без дела. Ну она, конечно, занимается в танцор-зале и совершенствует свой голос с помощью учительницы музыки, но я же вижу, что ей грустно из-за отсутствия песни для неё. Да и одна песня на пять «сестёр» - маловато будет!
Маша тоже пыхтит над ухом:
- Давай вставим «Так хочется жить».
Не скажу же я ей, что я вообще не слышала этой песни, когда жила в старом мире! А, схитрю!
- Маша, а давай, ты станешь у нас «поэтом»!
- Не, не, ты же знаешь, что у меня стихи не получаются!
- А я не говорю тебе написать что-то своё. Ты же хочешь, чтобы была песня «Так хочется жить»?
- Да! Я смотрела, здесь её нет.
- Попытайся вспомнить её текст, хотя бы два-три куплета. Сможешь?
- Ладно, попробую. – Маша поняла, что надо просто поднапрячь память, а не самой заниматься стихоплётством.
Она ушла в отдельную комнату, захватив с собой еду – хальмони ей пять тарелок дала со всякой снедью… Ладно, пусть теперь хоть до вечера вспоминает.
Все организационные вопросы курирует Чин Ён. С телетрансляцией на весь мир уже всё в порядке. Национальный оркестр уговаривать мы больше не стали.
Кадры у нас тоже есть. Причём, то что снято у нашего офиса, мы можем использовать хоть полностью, а у офиса и общежития СМ – только шесть отрывков, по три минуты каждый.
Крупные корейские компании за рекламу в перерывах между песен выплатят нам сорок миллионов долларов, телеканалы со всего мира – тоже почти сотню миллионов. Конечно, эти деньги мы с назначенными нами провайдерами разделим.
Так как родственников погибших набралось почти три тысячи человек (с детьми), то им будет выделена одна из трибун стадиона, рядом с ложами правительства – президент и министры придут с семьями, об этом Чин Ёну заявили из канцелярии главы государства.
К Ли Су Ману пришла делегация от нескольких музыкальных лэйблов с просьбой о содействии для участия их групп в концерте. Почему не обратились прямо к нам или в JYP? Нам неясно.
Но вот песен соответствующих теме мероприятия у них нет. И за оставшийся месяц они вряд ли придумают. Это тематика не К-поп.
Хотя, можно взять по одной группе у «Старшипа», ФН, БХИ и ФАН (да, в этом мире и такая есть, правда, там совсем другой директор и Пак Юн Ми у них никогда не было).
Надо собрать их в хор и пусть подпевают. Это они точно смогут, да и участие им зачтётся. А что? Большой айдольских хор имени меня! Хе, хе! Шутки, шутками, а сейчас я Ли
