А то если я, миль пардон, в одних трусах сейчас включу режим мачо, то выглядеть это будет ну совсем не эстетично.
— Алис, я тут… — краснея, начал я, недвусмысленно кивая но свое туловище, скрытое одеялом.
Рыжая не сразу поняла, что я имею в виду. Зато потом ее глаза сверкнули, и она покровительственно хмыкнула:
— Стесняешься?
— Да я-то нет, — спокойно ответил я. Ожидаемая фраза. — Мне стесняться нечего. Просто тебя боюсь смутить.
Посмотрим, как ты на это отреагируешь, милая.
— Боже, да что я там не… В смысле… — глаза Алисы расширились от осознания того, что она сейчас ляпнула. — Я не… То есть… Я не видела… Я представление просто имею… Я в плавках тебя видела, я об этом… Да иди ты нафиг, Макс!
Я добродушно рассмеялся. Смущающаяся Алиса — это отдельный вид прекрасного. Напряжение, по крайней мере, эта ее оговорочка-таки сняла. И я без зазрений совести выполз из-под одеяла.
— Я вообще ничего не говорил, чего ты меня посылаешь? — захлопал глазами я, коварно улыбаясь. Потянулся за шортами. Заметил, что Алиса-таки чуть отвернула голову в этот момент, прикусив нижнюю губу. Все же застеснялась. А еще меня упрекала, лиса эдакая. Окай, товарищи знатоки, дальнейшие действия? Не думал, что столько мыслей могут промелькнуть за те несколько секунд, пока я разбирался с одеждой. Ситуацию в любом случае следовало держать под контролем. Только вот какой он сейчас — допустимый уровень контроля?
— Ну, обидься еще, — вернула самообладание девушка, когда убедилась, что я закончил с низом.
А вот и обижусь. Сильно обижусь. Жалеть еще потом будешь, бунтарка всея «Совенка».
Я подошел ближе. Алиса с вызовом смотрела мне в глаза, но я слышал, как ее дыхание сбилось. Ее грудь, едва прикрытая белой пионерской формой, быстро поднималась и опускалась. Пришлось экстренно напоминать себе, что смотреть в таких ситуациях стоит в глаза, а уж никак не на бюст.
— Знаешь, мне наш танец снился, — заговорил я в открытую. — И тут я просыпаюсь и первым делом вижу тебя. Видимо, правду говорят, что мысль материальна.
— Даже так… — прошептала Алиса. — А я не помню, что мне снилось. Но проснулась я с хорошим настроением, так что рискну предположить, что что-то приятное.
— Может, нам снилось одно и то же? — я следом перешел на шепот, перехватив руку девушки. Почувствовал, как она робко сжала мою в ответ. Хороший знак.
— Может быть, — прерывистым голосом сказала Алиса. Внезапно она провела свободной ладонью по моей груди, ввиду чего я позабыл обо всем, что хотел сказать дальше. Что хотел сделать. Что чувствовал до этой секунды. Обо всем, кроме ее пальцев на моей коже.
Стало неестественно жарко. Дыхалку будто сковало какими-то невидимыми цепями. Я сам, своими собственными силами, загнал себя в ловушку. Пасовать уже не было смысла — либо идти до конца, либо, чего доброго, прослыть в глазах Алисы тюфяком.
— Двачевская, ты сильно переоцениваешь мою выдержку, — сглотнул я комок в горле.
— А мне нужна твоя выдержка? — задорно поинтересовалась Алиса. — Мистер ветеринарный врач, Вы слишком сильно палитесь. Я ведь тоже не дурочка, знаете ли.
— То есть, если я сейчас обнаглею, то, в теории, смогу избежать смачной оплеухи и сломанных очков в придачу? — сделал я задумчивый вид.
Алиса рассмеялась мелодичным смехом и аккуратно освободила свою руку.
— Полегче, Макс, нельзя ведь всегда получать всё, что хочешь, — сказала она, отворачиваясь. А затем едва слышно добавила. — Но со временем, если хорошо попробовать, то окажется, что иногда можно.
— Вот, стало быть, как… И как же узнать это время? — спросил я, чувствуя, как сердце объявило решительный бойкот нахождению в грудной клетке и отчаянно стремилось вырваться наружу.
— Ты поймешь, не переживай, — Алиса круто повернулась. И я сам не заметил, как ее руки обвили мою шею. — Мальчик, вроде, не глупый.
Она сейчас определенно меня дразнила. Ладно, с поцелуями пока придется обождать, тут увы. Не будем портить девочке романти́к. Но ведь не стоять же мне и дальше аки оловянный солдатик, пока она находится в такой преступной близости? Пальцами прикоснулся к ее обнаженной талии. Алиса вздрогнула. Мышцы так и порывались опустить руки чуть ниже, но я мужественно держался.
«Допустим. Какой следующий допустимый уровень дозволенного на данном историческом этапе?».
Впрочем, о следующем уровне подумать уже возможности не было. В сторону нашего домика направлялись ускоренные шаги. О личности их обладателя гадать не приходилось — Ольга Дмитриевна вновь пришла на побудку части своего личного состава.
— Панамка! — чертыхнулся я. — Дэнчика накрой, блин!
Алиса едва успела подскочить к кровати моего друга, в то время как я в ускоренном темпе попытался нацепить рубашку, как дверь распахнулась и на пороге показалась довольная вожатая.
— Проснулись-улыб… — начала было она, но, завидев меня, нервно теребящего рубашку и Алису с ошарашенным взглядом, стоящую по стойке смирно у изголовья кровати Дэнчика, заметно напряглась. — Так, я ведь, надеюсь, сейчас ничему не помешала?
— Нет! — хором ответили мы с Алисой.
— Смотрите там у меня, — пригрозила нам вожатая. Только потом до нее, видимо, дошло, что кто-то сейчас в домике определенно был лишним. — Двачевская, а ты тут что вообще, стесняюсь спросить, забыла? Хотя, так даже лучше — разреши поинтересоваться, ты где вчера была во время танцев?
— Так я это, ну… — Алиса опустила голову, держась руками за подол юбки.
— Ольга Дмитриевна, Вы же нас сами вчера просили с Ульяной поговорить, — постарался выручить я рыжую из щекотливой ситуации, лелея надежду, что вожатая опустит тему танцев. — Вот мы и продумывали сейчас… стратегию.
— Стратегию? — переспросила немного сбитая с толку вожатая, явно не особо торопясь поверить в мою версию.
— Ну, да, стратегию, — ответил я, вовремя спрятав ухмылку за надевание рубашки через голову. На Ольгу я уже снова посмотрел с полностью беспристрастным лицом.
Та орлиным взглядом настороженно стреляла по углам домика. Убедившись, что других поводов для придирок к нам нет, позволила себе сдавленно улыбнуться. Хорошо еще, что она не видит, что сейчас из себя представляло лицо одного из ее пионеров…
— Ладно, Жеглов, допустим. По крайней мере, я никакого подвоха не вижу. Это что ж получается, мне сейчас тебя с Алисой похвалить за инициативу нужно?
Я постарался улыбнуться, пока Алиса, вытянувшись в струнку, слегка подрагивая точеными плечиками, невразумительно пару раз кивнула.
— А ты, рыжуля, не смотри на меня таким умоляющим взглядом! — черт, не забыла. — Вот что мне с тобой прикажешь делать? Неужели так сложно быть с коллективом, принимать хотя бы какое-то участие в его жизни? — вожатая так воодушевленно размахивала руками, что случайно сбила свою панамку,
