Набравшись смелости, я громко и капризно спросила:
— Дорогой, долго еще?
— Терпение, моя прелесть, — елейным голосом ответил боцман, оглядываясь на меня. — Только узнаю, что нужно этому господину.
Бонг и Мельник, нынче Молот, усмехнулись. «Графу» пришлось блеснуть золотой монетой, после этого нас пропустили и сразу забыли, что такие тут проезжали. Когда карета остановилась через улицу от здания тюрьмы, к нам черной тенью метнулся один из матросов, отправленный сюда заранее, чтобы выяснить необходимые сведения.
— Разрешение на осмотр товара дает только начальник тюрьмы, — сказал он. — Его дом через квартал.
Вскоре Даэль уже стоял у дома начальника тюрьмы и стучал набалдашником трости в дверь. Ему открыл сонный привратник.
— Могу я видеть господина начальника тюрьмы по срочному делу? — гордо осведомился «граф».
Его впустили, и мы остались мучиться неизвестностью. Меня начало лихорадить от волнения и, что уж скрывать, страха. И как матушка умудряется проделывать все свои номера? Так ведь и от разрыва сердца умереть можно. Бонг протянул руку и сжал мои пальцы.
— Смотреть в глаза, — велел он.
— Я их толком не вижу, — виновато ответила я.
— Слушать голос. Ты смелый женщина. Ты нужен Вэю. Ты сможешь.
Я прикрыла глаза и выровняла дыхание. Не знаю, как у него это получалось, но голос словно задел в моей душе нужную струну, и я расслабилась, снова поверив, что у меня все получится.
— Главное — поймать кураж, — сказала я. — Так говорит моя матушка.
В этот момент вернулся наш граф. Он заглянул в карету и протянул мне руку.
— Идемте, моя прелесть, начальник тюрьмы любезно согласился отвезти нас лично. Тин, Дуболом и Молот, за мной. Эрмин, карету остановишь недалеко от тюрьмы.
Я вложила пальцы в предложенную мне ладонь, и она ободряюще сжалась. Я улыбнулась боцману, выбираясь из кареты. Оглядевшись, я заметила другой экипаж, выезжающий из ворот особняка начальника тюрьмы. Я положила пальцы на согнутый локоть Даэля, и он повел меня к чужой карете. К счастью, она оказалась достаточно вместительной, чтобы мы все смогли в нее сесть. Самель опять разместился на козлах, рядом с кучером. По-моему, тот испугался нашего кока.
— К чему вам столько народа, любезный граф Даэлано? — удивился начальник тюрьмы. Говорил он с небольшим акцентом, но голос казался приятным.
— Вы смотрите на мою жену и спрашиваете, зачем?! — возмутился боцман и закончил ревнивым голосом: — На такую красавицу всегда найдутся охотники.
— Ах, возлюбленный мой, вы, как всегда, завышаете мне цену, — кокетливо отозвалась я и сама поразилась, насколько естественно это вышло.
— Если бы, — проворчал «граф». — Кстати, позволь представить тебе сего любезного человека. Начальник тюрьмы, господин Агеро. Моя супруга, господин Агеро, ее сиятельство графиня Ангелар Даэлано. Целовать руку — лишнее, — тут же остановил он мужчину в его попытке быть галантным.
До тюрьмы разговор вели только «граф» и начальник тюрьмы. Я слушала, как боцман расспрашивает о живом товаре, чтобы узнать, кто есть требуемого нам возраста. Агеро уверял, что выбор имеется и что дражайшая графиня непременно найдет слугу на свой вкус. Для чего нужен раб их сиятельствам, мы пока не оглашали. В ворота тюрьмы нас пропустили без проволочек, что было понятно — все-таки мы ехали в карете начальника.
Господин Агеро провел нас в достаточно светлую комнату. Мы с «мужем» расположились на стульях, лекарь и Молот — за нашими спинами. Дуболом встал у дверей. Пока мы ждали «товар», нам принесли вина и фруктов.
— Однако покупателей здесь ценят, — усмехнулся Даэль. — Ангелок, — тихо продолжал он, — капитана нам не покажут, поэтому приготовьте весь ваш арсенал капризов и стервозности, чтобы вытребовать его появления, а также продажи. Будем надеяться, что алчность победит страх начальника.
— А если нет? — с содроганием спросила я.
— Будем надеяться на лучшее.
Обсудить наши действия в случае неудачных торгов мы так и не успели. Двери открылись, и к нам вывели десять человек. От запаха их грязных тел я зажала нос и скривилась. Тут даже ничего придумывать не пришлось.
— Это что? — вопросила я, указывая пальчиком на мужчин, закованных в цепи. — Я с этим?! Никогда!
— Дорогая, — увещевал меня «супруг», — вы не смотрите на то, как они выглядят сейчас. Мы же отмоем, отчистим, надушим. Приглядитесь хорошенько.
Он подал мне руку, и мы подошли к узникам. Молодой человек, лет двадцати пяти, растянул губы в ухмылке, обнажая гнилые зубы. Меня тут же окутал смрад его дыхания, и я еле удержала позыв тошноты.
— Убрать это дерьмо! — рявкнул «граф».
Самель споро оттащил неприятного человека в сторону и вышвырнул его за дверь, брезгливо отряхнув руки.
— Прелесть моя, вам совсем нехорошо? — закружил вокруг меня «супруг».
— Вы мне за это ответите, негодный вы выдумщик, — в моем голосе зазвенели истеричные нотки, но закончила я уже более деловито: — Это было отвратительно! Пусть остальные покажут зубы.
— Откройте пасти, рвань, — велел надзиратель, приставленный к заключенным.
Более-менее хорошие зубы нашлись только у четверых из оставшихся девяти. Я брезгливо скривила губы.
— Этот страшный, фи, — указала я на первого веером. — Этот тощий. Этот совсем дурно пахнет. А этот рябой. Нет, мне никто не нравится.
— Курва богатенькая, — презрительно сплюнул на пол дурно пахнущий, оказавшийся нашим соотечественником.
Я схватилась за сердце, супруг — за меня, не давая упасть на пол, открыл мой веер и ожесточенно обмахивал, пока Молот выбивал зубы и этому претенденту.
— Душенька, — сокрушался боцман, — как вы?
— Я вас ненавижу, — простонала я. — Подите прочь.
— Но если я отойду, вы же упадете, — горячо заспорил со мной «граф».
— Тогда держите, — подумав, согласилась я. — И машите, машите же!
Пока длилась наша «семейная» идиллия, в комнату привели новую партию заключенных. Но и среди них не было капитана. После третьей партии все мужчины подходящего возраста закончились.
— И это все?! — возмутился «граф».
— К сожалению, да, — развел руки начальник тюрьмы.
— Если вы мне сегодня же не найдете мужчину, я… я пущу к себе… — я огляделась и ткнула пальцем в лекаря: — Вот его!
— Невозможно, Ангел! — возмутился мой фальшивый супруг. — Я объяснял тебе, что не смогу подолгу выдерживать твои игрушки, а Тин мне нужен, он же лучший лекарь в нашей округе, я не смогу его убить!
Никогда не ожидала, что умею так истово топать ногами и кричать с надрывом в голосе, да еще такие вещи:
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
