Глаза в глаза. Он точно смотрел Эксу в душу. Всё это время видел его, но не подал виду. Игрался, чтобы себя позабавить. Или вызвать страх, который Экса и выдаст.
Поэтому Экс застыл. Задышал ровно и тихо. Приказал себе не поддаваться. Он ведь здесь не один. Он — в ответе за Храбрую.
И наконец горгулья отвернулась, словно потеряв интерес. Экс недоумённо проводил её фигуру взглядом. Что? Горгулья же смотрела на него! Прямо на него, только что!
— Нам нужно пойти за ними, — вдруг вырвалась из-под руки Экса Храбрая.
— Что? Они же нас заживо сожрут! — шепнул ошарашенный Экс.
— Ты же видел, — указала на коридор Храбрая, — ту тварь. Она смотрела прямо на тебя, но не рванулась. Значит, их привлекает что-то иное…
Экс задумался. Они не слышат, не видят, не чувствуют… Может, у них есть иное ощущение? Иной способ взаимодействовать с миром?
— Они чувствуют магию, — пробормотал Экс. — Клопштоку и другим теперь будет не так трудно выбраться.
— Потому что горгульи почуяли более вкусную добычу…
Храбрая взглянула под ноги, сдвигая брови, словно не веря. Экс вдруг понял: аура. Те же волны, что и до этого. Они доносились из-под земли, но неглубоко, будто стоило лишь провалиться под пол, и они окажутся на месте.
— Криста, — одними губами сказала Храбрая и вскочила на ноги.
***
Вперёд. Вперёд, не останавливаясь. Экс никогда не бежал так быстро — только за Храброй, на кончике её тёмно-рыжей, летящей косы.
Темнота более не казалась врагом. Сама ведь она безобидна. То, что в ней кроется — вот, из-за чего стоило беспокоиться.
По следам чудовищ, Экс и Храбрая, точно два охотника, опираясь почти что на одно чутьё, двигались по направлению к сердцу улья. Или ядру муравейника. Тому месту, где сосредоточена вся сила, вся гниль и падаль, всё ужасное — непуринское и нелюдское — великолепие. Именно то восхищение, которое вырастает из полного непонимания.
Они уже не замечали окружающие враждебные силуэты, что их окружили. Не видели злых теней. Видели лишь одно — голубоватые огоньки, фальшиво-прекрасно сверкающие на пути и заманивающие в пропасть.
Свет лился из одного прохода, куда скапливались все горгульи. Топот их каменных ног послужил Эксу и Храброй ориентиром.
И в этот свет — яркий, как из Царства Богини — нырнула с головой Храбрая. А Экс ничего не мог сделать, кроме как нырнуть следом.
Пучина. Пучина поглотила их, не подавившись. Так легко, как рука прихлопывает мелкую мошку.
Экс сперва сам не понял, где оказался. Он сразу выловил в фантасмагории ужаса Храбрую и схватил её за руку, прижимая к себе. Храбрая не стала сопротивляться: она даже не подумала достать оружие, но сразу коснулась Экса боком.
И теперь они двое оказались препятствием. Камнем, который огибает бурная река, льющаяся бурным потоком. Горгульи обступали и толкали их, но не сдвигали — уплотнялись, пытаясь вместиться. Некоторые подлетали, и когда взгляд следил за ними, сердце замирало.
Огромный купол. Таких Эксу видеть ещё не приходилось. Размерами он отдалённо походил на Черепаховую Академию, но ниже и шире. И весь — абсолютно, без остатка — наполнили горгульи. Снизу, сверху, по сторонам. Их невозможно посчитать. И они двигались, рычали, толкались, обнажали каменные клыки. Совсем как зазеркальцы — на казни. Лишь крупные горгульи — подобно страже — возвышались над простолюдинами с непоколебимым спокойствием.
А вдалеке — у самой дальней стены — заветная жертва. Облюбованная горгульями, растерзанная и распластанная. Стена — железными прутьями — втягивала в себя маленькую, светловолосую эльфийку Кристу, которую поглощал… сам камень.
Похожий на всепожирающую плесень, он рос и креп, охватывая белую живую кожу и превращая её в серую, неживую. Из этой отвратительной массы формировались ноги и руки, могучее тело. Точно как у той горгульи, что всё это время преследовала Экса.
Криста становилась самой могучей из них. Камень опустошал её и заменял собой — целиком и полностью. А магия сочилась и сочилась, чтобы лишь подпитать неестественные изменения.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Криста! — вскрикнула Храбрая, видимо, отходя от шока.
Экс инстинктивно схватил Храбрую за талию. И внутренние ощущения его не обманули: в глазах Храброй вновь зрела ярость.
— Криста, я здесь, Криста! Я пришла спасти тебя!
В шуме её голос тонул, неизбежно. Экс заметил это и схватил Храбрую ещё крепче: доспех выскальзывал из вспотевших рук.
— Нет, Экс! — без труда вырвалась Храбрая. — Мы должны пойти туда и спасти её!
— Как ты себе это представляешь? — не понимая, как ему с ней поступать, ответил Экс. — Их тут море! Мы не сможем проскочить: они нас обступили со всех сторон.
— Значит, заставим их расступиться!
Храбрая сделала, наверное, худшее, что Экс мог себе предположить. Она выхватила из ножен меч и, размахнувшись, ударила им по полу, посылая внутрь камня разрушительную волну. Вырвавшую землю из-под ног горгулий.
Те расступились немедленно — и вправду. Магия их ошарашила. А Храбрая пока воспользовалась моментом: рванулась вперёд так быстро, как могла. Экс — за ней, даже близко не догоняя.
Но горгульи опомнились быстро. И Экс наконец осознал, насколько ужасную вещь сделала Храбрая.
Ужас преследовал по пятам. Руки — отовсюду. Зубы, рыщущие чужой магии. Взгляды, пожирающие изнутри.
Экс бежал, как в мимолётном кошмаре. Движение происходило будто без него, он лишь просачивался насквозь, выворачиваясь и увиливая. Он и сам не знал, что дало ему такую ловкость, но видел спину Храброй — и бежал за ней. Куда угодно.
Когти — схватили и не отпускали. Экс попытался вырваться, но нет: его затянуло назад, и он пожертвовал куском кожаной брони, чтобы отпрыгнуть. Почти в чужие лапы, но сноровки хватило, чтобы остановиться ровно посередине.
Сверкнул меч. Экс — словно вне времени — увидел, как из разорвавшейся на кусочки головы горгульи выскочил камушек. Переливчатый и светящийся, он пульсировал, отзываясь на волны магии.
И вновь взглянув на Кристу, Экс понял: в её голове нет этого камня. Она не до конца обращена. Но её тело — уже съедено.
Ещё пара рывков, и Экс выбрался из моря к Храброй. Та уже совсем близко: ей удалось ни разу не попасть в лапы горгулий. Она уже восходила к Кристе — по скрипящей ржавой лестнице. Едва ли Экс успевал хотя бы к одной ступеньке до того, как Храбрая достигнет вершины.
— Криста! Криста, очнись! — кричала она, не переставая, с той же неистовой яростью в глазах. И — на мгновение — со слезами: — Криста, прошу тебя!
Экс увидел: та открыла глаза. Магические волны прекратились: на мгновение мир словно застыл. Горгульи замерли в непонимании: для них — время и впрямь остановило свой ход. Но для Экса — нет.
Экс остановился внизу, уставившись на глаза Кристы. Они сияли ярче всех камней в головах горгулий.
— Криста… Наконец-то, пора бежать! — остановилась на верхах лестницы Храбрая. Перед ней лежал обрыв — Экс не знал, как Храбрая собиралась его преодолевать.
— Капитан… Зачем же вы это сделали?
В её голосе, полном сожаления и сочувствия, сквозила… обида. Экс растерянно взглянул на Храбрую, та удивилась не меньше него.
— Что ты имеешь в виду? Мы пришли спасти тебя, — сказала она, протягивая руку. — Ты можешь идти? Прыгай ко мне!
Криста посмотрела на ладонь: Экс видел, как повернулась её голова. И ему даже показалось, что её лицо омрачила грустная усмешка.
— Капитан, я вас явно переоценила.
— В каком смысле? — недоумённо отозвалась Храбрая.
— Я думала, вы поймёте. — Криста вздохнула. — Я думала, вы убежите, пока это возможно. А теперь я не знаю…
— Только не говори…
— Да, капитан. Я пыталась отвлечь внимание от вас. Всё это время.
Её тон был одновременно насмешливым и отчаянным, утягивающим за собой. Мягко подводящий к очевидному осознанию: Кристу нельзя было спасти изначально. Кто-то должен был погибнуть — она или весь «Грифон».
