На хвосте. Она идёт за Эксом. Эксу с ней и сразиться.
— Если никто из нас не остановится, не убежит никто, — высказал он очевидное.
— Капитан Экс, не смейте!.. — пылко ответил Клопшток.
— А кому ещё идти? — беззлобно сказал Экс. — Храбрая, сможешь…
— Но, Экс… ты же сказал, что спасёшь меня.
Её глаза. Вновь печальные, такие, что Экс и впрямь на миг им поддался. Но лишь на миг — и сразу осознал, что в их плен он упасть не мог. Не мог себе позволить.
— Он и спасёт, — неожиданно ответила за него Фригга. — Но для этого вы должны идти дальше, капитан Храбрая. Крик, сможешь без меня?
Тот кивнул без раздумий. Но что-то в его глазах заставила Экса усомниться. Может, орк знал о плане Фригги больше, чем Экс?
— Держитесь. Мы его остановим… или хотя бы приостановим, — выдохнула Фригга, отпрянув от Юн Ги. — За мной, капитан Экс.
Экс с неохотой опустил Храбрую. Та чуть не упала. Вряд ли у неё не было сил.
Она хваталась за него. Экс тяжело вздохнул, глядя на неё, согнувшуюся и слабую. Взор его невольно упал на Клопштока, его лицо всё ещё блестело от слёз. В его руках покоилась голова бессильной Юн Ги.
Экс должен. Ради них. Ради тех, к кому привязался.
— Будьте осторожны, — сказал он и рванулся за Фриггой.
Пожелания вслед он не услышал. Слух его занял свист, взгляд — громадная фигура. Руки — оружие.
Собственный бег казался резким и рваным по сравнению с медленной и уверенной походкой каменного хищника. Глаза его источали поразительное самообладание. Он следил за своими действиями, он знал, что Экс для него — лишь муха.
Только вот Экс знал, что обязан выиграть.
— Остановитесь, капитан Экс.
Он и не заметил, как рядом его преследовала Фригга. Похожая на привидение, она выдавала себя лишь лицом, проглядывающим сквозь сплошной плащ.
— Сразу говорю: убить его мы не сможем. Не сейчас.
— В каком смысле? — сморгнул Экс. — Зачем мы тогда рискуем?
— Остановить — не всегда значить убить, капитан.
Подошёл совсем близко. У Экса затаилось дыхание. Горгулья возвысила каменную лапу, и Экс приготовился заблокировать удар.
Сила паладина спасла его — дала отскочить от удара, как мячик. Фригга же оказалась удивительно ловкой и смогла отпрыгнуть.
Но мощь… Защита стоила Эксу меча. По тому пошла трещина — ещё немного, и оружие разломается пополам. А тварь ведь стояла и смотрела сверху, как настоящий великан.
Нет. Злое божество. Жестокое, как та-аайская Итн, непредсказуемое, как берская Матушка-Природа. Животные страхи отражались в горгулье, точно та вобрала в себя ужас, испытываемой теми, кто её видел.
И самое страшное — взор. Он не смотрел на ауру. Эксу казалось, что горгулья умудрялась миновать его тело и взглянуть прямо в его душу.
— Не стойте! — Оттолкнув, Фригга спасла Экса от очередного удара.
Рука пронеслась над самым носом. Сердце забилось быстрее, и время будто пошло заново.
— Единственный способ его одолеть — повредить кристалл в его голове.
Фригга глядела чудовищу в лоб. Экс знал куда смотреть, поэтому сразу нашёл нужное место. Кристалл крылся под плотным лбом, но его свечение пробивалось даже сквозь камень.
— Вытащить его не так просто, но если повредить — будет гораздо легче, — продолжила Фригга. — Я видела, как вы сражались, и могу это утверждать безо всяких сомнений.
— Ясно… Мне нужно туда как-то попасть? — не понял Экс.
— Вам? Нет, конечно. Мне. Вы понадобитесь, чтобы отправить меня.
Экс опешил. Но вопросов задавать не стал: Фригга явно видела дальше и яснее. Он мог ей довериться.
Отскочив дальше, Экс уворачивался от ударов, одного за одним. Каждый казался смертельным, от каждого Экс думал умирать. Но нет, Фригга не обманула: судьба пока на их стороне. Тем не менее страх от этого никуда не девался.
Ещё один замах — и Экс успел лишь поставить блок. Меч едва выдержал. Ещё раз — и он сломается, как иголка в руках ребёнка.
— Быстрее!
Мгновение. У Экса осталось мгновение. Словно время остановилось: тысячи мыслей пронеслись в его голове. Печать. Фригга встанет на неё, её отбросит волной точно в голову существу. А Эксу нужно как-то его отвлечь. Любым способом!
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Раз. Печать создалась, засверкала яркими рунами. Два. Фригга прыгнула на неё.
— Знайте, капитан Экс, — напоследок сказала Фригга. — Не давайте обещаний, которые не можете сдержать.
Три. Печать создала энергетическую волну, и та унесла Фриггу в неизвестность.
Одновременно с этим Экс обнажил всю ауру, выплеснул целые волны энергии, крича:
— Пришла за мной — так забирай!
Горгулья бросилась на него, раскинув руки. Экс лишь поставил блок — от одного прикосновения меч со звоном разлетелся на части. Но едва когти коснулись лица Экса, как горгулья остановилась.
Послышался рёв. Не звук. Даже не гримаса гнева. Сама магия дрогнула. Аура Экса зашлась крохотными волнами, будоражащими все чувства.
Горгулья медленно выпрямилась — время вновь замедлилось. Экс увидел Фриггу, с магией вонзившую кинжал в лоб чудовища. Фригга на миг засветилась, но тут же — начала тухнуть. Аура её источалась, иссочалась, пока горгулья — пыталась захватить чужую энергию.
Но не могла. Экс будто видел трещину, сквозь которую просачивалась магия, как через решето. Они победили!..
Руки горгульи, прежде раскинутые, вдруг в мгновение сомкнулись. На маленькой фигурке Фригги. Той не стало — вмиг разлетелась на кровавые капли. Экс лишь на мгновение замешкался, но понял: вот она, та самая возможность.
Единственная возможность уйти.
— Бегите… Бегите!
Он поспешил назад. Увидел взгляды. Отчаяние, страх, гнев. Ева что-то кричала, Крик отвернулся, Аркануа заплакала. Клопшток был просто ошарашен. А Храбрая — остановилась, шатаясь.
— Я обещал тебя спасти, — выдохнул Экс, подхватывая её за руку.
— Я… знаю, — слабо ответила Храбрая, подчиняясь ему.
Наконец, показались белые облака на земле. Рёв горгульи перебил гомон баранцев, и Экс теперь точно знал: они спасены. Хотя бы сейчас.
Глава одиннадцатая. Душа
Тишина. Свет. Пустота.
Открывать глаза нет смысла. Видеть не нужно. Тело — не нужно. С исчезновением чувств — оно вдруг стало необыкновенно лёгким. Словно стал известен главный секрет, благодаря которому любой смертный обретает настоящую мудрость. Только вот это знание, в конце концов, ничего не стоит.
Веки дрогнули — свет пропал, сменившись калейдоскопом красок. Боль, словно голову пронзают тысячи шипов. С глаз наконец спали яркие пятна. Окружённый мир возник сам по себе, нежеланный, непрошенный гость в покинутом доме мыслей.
Гора, похожая на обгоревший ствол дерева. Сколотые пепельно-белые склоны устремляются вниз, их корней — не видать за зелёным морем листвы, раскинувшимся до самого горизонта. Отовсюду, наполняя чувствительные уши пронзительным свистом, бьётся неутолимый ветер. Он холодит, но не сдувает — даже если нет сил держаться, он будто отказывается столкнуть, покончить со всем этим.
По склонам — белые пятна. Едва различимые, словно сквозь мутную воду. Они — облики? — подлетают ближе. Их лица, прежде заставлявшие бежать без оглядки, более не волнуют сердце. Наоборот, отчего-то приходит понимание.
Они ведь тоже просто смирились. Смирились с тем, что вечно бороться с прошлым, с основой самого себя — невозможно. И попросту глупо. Нельзя победить себя.
За что этот вечный круг? Зачем он нужен? Проще со всем этим покончить.
На белых, смертельно-бледных руках кровавые пятна. Линг… Корабль… Единственное, что теперь важно — убийство невиновных. Оно определило всё. Поставило точку в этой бессмысленной истории.
Ива должна умереть за принесённые страдания. Всё равно дальше — ничего нет.
***
Бег. Ноги не слушаются. Колючие ветки растений разодрали руки секущими, как от хлыста, ранами. Голова идёт кругом.
