— Это не хан — категорично заключил Владлен, посмотрев на рисунок Майры — тебя обманули. Я совершенно точно знаю, какой из себя хан, мы с отцом были полгода назад в его дворце. Империя посылала целую делегацию в ханство с дружеским визитом, для укрепления добрососедских отношений. Никто, конечно, не верил в то, что отношения станут хотя бы похожи на добрососедские, но обе стороны усиленно делали видимость этого. Мой отец был руководителем делегации и взял меня с собой, мир посмотреть, как он говорил. Я сам видел хана, не мог он за полгода так измениться. Но этот человек был в свите хана. Я не знаю, кто он, у отца нужно спросить, он знает очень многих из его свиты.
Интересная информация, есть над чем задуматься. Похоже, не хан самодур, а глупую девчонку, развели примитивным спектаклем. Только зачем это хану, да и лишние траты. Хотя деньги для него, похоже, ничего не значат, тут какая-то игра, ради которой ничего не жалко. Вероятно, Рысь просто удалили из страны, пользуясь Имперским стереотипом восприятия южан, чтобы она, не дай бог, что-то лишнее не увидела. И это прекрасно сработало бы, не повстречай Майра Владлена, который жил в приграничье и видел хана.
— А твой отец хорошо знает ханство? С ним можно поговорить обо всем этом?
— Конечно, он же Председатель совета обороны приграничья. Всю жизнь на границе живет.
— Мне непонятно, зачем он устраивал этот спектакль. Что ему нужно? Он потерял кучу денег, испортил отношения с нашим кланом, ради чего? Да и мне его портрет мог попасться на глаза раньше. А хотя нет, у них же там изображения владыки нельзя делать, так что расчет был верный.
— Не сомневайся, отец и так с удовольствием поговорил бы с новым человеком, а уж для Пресветлой, да еще спасительницы сына, он вообще сделает все, что в его силах. Через день доберемся до границы с Империей, там, на заставе уже люди отца, и за день, можно добраться до нашего замка.
Ужасное зрелище, караван работорговцев. Совсем молодых людей ведут скованными друг с другом. Девять из десяти умрут в первый же год, остальные на следующий год. И ведь все законно, рабство в ханстве официально разрешено. А Империя всего в дне пути отсюда, там эти люди сразу же стали бы свободными людьми, хоть и без гражданства.
— Влипли! — сокрушенно прошептал Владлен.
— В охране каравана надсмотрщик, который поклялся меня убить. Он участвовал в приграничном конфликте в прошлом году. Я подстрелил его брата, а сам он попал в плен, но бежал и поклялся убить меня при встрече. Если попытаемся ускакать, они догонят меня, у них лошади свежие, а если просто продолжим путь, то они осмотрят нас и меня узнают. Их больше десятка, а нас всего двое. Вон он, идет к нам, сейчас посмотрит на меня и узнает.
— Неправильно говоришь — прошептала Майра в ответ — не их целых десять, а нас всего двое, а нас целых двое, а их всего десять. Бери мой арбалет и, как только я крикну «Прыгай!», прыгай за то толстое дерево. Осторожно наблюдай в развилку между ветвями. Сам в бой не лезь, да ты и не успеешь. Постарайся не дать уйти тому, кто вздумает сбежать.
Дальше все пошло по обычному сценарию. Майра почувствовала, что охранник в следующее мгновение узнает Владлена и крикнула. Он оказался молодцом, сделал все как надо. Охранники, видя, что назревает конфликт, в котором им противостоит только хрупкая на вид девушка, бросились на нее всей толпой, ну и поплатились за самонадеянность.
Знакомый Владлена, который был ближе всего, вдруг упал, потому что его ноги опутал кнут. Майра чуть подправила траекторию падения, так, что головой он угодил прямо в большой булыжник на обочине дороги. Трое его товарищей с криками бросились на помощь, но внезапно оказались связаны друг с другом тонкой нитью и валялись в пыли вопя от боли и ужаса, чувствуя как стягиваются петли нити. Наука будет, кто же толпой нападает на Рысь, это им не беглых рабынь по деревням ловить. Двое, сгоряча, бросились в конную атаку, их лошади, ощутив ментальный удар, остановились как вкопанные, прямо перед ней. Всадники потеряли драгоценные мгновения, удерживая равновесие в седлах, что в поединке с Рысью совершенно недопустимо. Один из них, был тут же оглушен метательным шариком и безвольно повис в стременах. Майра прыгнула на круп его лошади и оглушила второго ударом каблуком в голову. Сшибла с коня, и уселась в его же седло. Вот их уже осталось четверо на ногах. Взмах руками и вместо четверых, двое, и еще двое в глубоком беспамятстве, поймав лбами метательные шарики. Один, из оставшихся, все же что-то сообразил и попытался сбежать, видя печальную участь товарищей, но Владлен не зевал и достал его арбалетным болтом. А у последнего Майра, просто вырвала кнутом из рук те железки, которыми он неумело махал, пытаясь ее напугать. После этого, осталось только связать его тем же кнутом.
— Владлен, ты как там? — крикнула Майра.
— Я в восторге — ответил он, выходя из-за дерева — никогда не видел ничего подобного, у тебя даже дыхание не сбилось. И ты уже второй раз спасла мне жизнь.
— Не забивай голову глупыми подсчетами, лучше свяжи их друг с другом, так же, как они связывают рабов. Вон у них в повозке куча неиспользованных ошейников. Справишься один? Эй, вы — крикнула Майра, теперь уже бывшим, рабам — помогите ему, если дотянетесь. А я пока посижу, не пристало Пресветлой возиться со всяким сбродом.
— Чего будем с ними делать? — Спросила Майра, когда всех пленников надежно скрепили друг с другом и с повозкой.
— Как всегда, доведем до пограничной заставы, а там допросят их. Рабы ведь тоже разные бывают, невиновных, на волю, преступников, на каторгу. Охранников всех на каторгу, после допроса, хотя бы за нападение на граждан Империи, тем более дворян. До заставы, если поторопиться, можно к утру успеть. Придется поторопиться, если не хотим спать в лесу с такой толпой скованных рабов.
— Думаешь, они взбунтуются? — спросила девушка, оглядывая колонну в тридцать три человека.
— Да нет, дело не в этом, бунтовать никто не будет. Вот сбежать могут попытаться, охранники и те, которые настоящие бандиты. На самом деле им всем повезло, даже преступникам. Каторга в Империи намного легче рабства в ханстве и они все знают об этом, так что особых попыток не будет.
Глава 3
На пороге войны
Благодарность графа Биртса, отца Владлена не знала границ. После пышного приема и великолепного обеда, он старался ловить все желания Майры и никак не мог смириться с тем, что никакой награды за спасение его сына, кроме слов его благодарности, девушке не нужно. Но Майра, все же, твердо настояла на том, чтобы он отложил выражение своей признательности на будущее. А сейчас пусть просто по–дружески относится к ней, как к своему товарищу, воину и светской даме, если ему удастся это совместить. Майра жила в замке уже неделю и ей тут очень нравилось. Все же есть свое очарование в пограничье. Столичная жизнь суетлива и лицемерна, а тут люди проще и честнее.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
