Мы отработали несложную, стабильную технологию нанесения фоточувствительного слоя на стеклянные пластинки, недорогое производство реактивов, даже фотобумагу для контактной, пока без увеличителя, печати со стеклянных негативов. Дело было за выпуском фотокамер и обучением фотографов. Фотография стала одним из пунктов обучения химиков грамотной лаборантской деятельности. Главное, что меня радовало, в Китеже за зиму приобрели необходимые навыки работы с реактивами сорок шесть молодых парней и девушек, моя химическая гвардия. Ребята разбирались в основных формулах, строго соблюдали технику безопасности, необходимую чистоту экспериментов. С ними можно выходить на качественно другой уровень химии, заниматься органической химией и полимерами. Город Китеж за зиму приобрёл основные очертания, все три завода начали работу. Пока, в экспериментальных рамках.
Изредка, чтобы осмыслить результаты экспериментов, я устраивал себе выходные, полностью посвящая их семье. Весной 1785 года Ирина родила мне дочь, уже вторую, теперь в невмянском дворце росли два сына и две дочери. Надеюсь, они достойно продолжат историю Беловодья, выполнят те планы, до реализации которых мы с Иваном не сможем дожить. Старший, Василий, входил в подростковый возраст, когда учиться безумно интересно, и, я не разочаровывал сына. Мы вместе изучали химию, математику, физику, историю и биологию, географию и металлургию. Часто с нами сидел непоседливый Ванька, второй сын, познавая все уроки вместе с братом. Преподавание в институте я не вёл, зато привёл в порядок свои записи и весной заказал по ним в типографии учебники, сразу по двести экземпляров. Арифметику и русский язык школьники Беловодья изучали по учебникам восемнадцатого века, закон божий батюшки читали лично, как бог на душу положит, из церковной литературы рискнули напечатать одно Евангелие.
Но, к осени 1785 года, для учеников старших классов, будет подарок: учебники физики, химии, биологии, математики, геометрии, географии, истории. Студенты получат сопромат, металлургию, оптику, расширенную химию, станкостроение, тригонометрию, технологию обработки металлов, стандарты, электротехнику, экономику, обзор философских теорий, гидравлику, бионику (так я назвал начала эргономики и психологии). О прикладных, общеобязательных дисциплинах, вроде этикета, черчения, рукопашного боя, танцев, иностранных языков, я не говорю. Число студентов на первых трёх курсах пока не превышало шестидесяти человек, но, при общей численности горожан, вполне достаточно. Наши с Иваном, разрозненные воспоминания, по радиотехнике, электронике, ядерной физике, генетике, кибернетике, развитию оружия и военной техники, и прочих, достижениях страшного двадцатого века, лежат за семью замками, ждут своего часа. Что-то мы собираемся давать самым доверенным мастерам, вроде радиотехники и электроники, что-то покажем только детям, когда повзрослеют.
Распустив в июне учеников на двухмесячные каникулы, я вернулся в Невмянск, разместить заказы на оборудование и подыскать нужных людей для обучения на фотографов. Город меня приятно поразил, вырос, похорошел, горожане стали спокойней, уверенней, радовали многочисленные переселенцы из России. Чистота городских улиц и дорог омрачалась исключительно конским помётом, да и тот, хозяйственные японцы и корейцы спешили собрать для своих огородов, никаких помоев или мусора, никаких зарослей бурьяна. Центральные улицы начали выкладывать плиткой, сточные канавы были все облицованы, прочищены. Не верилось, что пять лет назад мы высадились в убогом пиратском вертепе, больше напоминавшем деревню, нежели город. Напротив моего замка, на вершине соседнего холма шло строительство комплекса правительственных зданий, сразу из кирпича и камня.
- Нравится? - подкрались ко мне Иван со Стёпой Титовым, градоначальником, хвастаясь своими успехами.
- Да, - не стал я лукавить, - не верится, что я осенью уехал из этого же города. Всё изменилось до неузнаваемости.
- Погоди, ты ещё не так запоёшь, когда услышишь новости с финансового фронта! - Иван повёл меня в свою временную резиденцию. Там выложил на стол последние данные по экономике и производству.
Было от чего запеть! За зиму структура доходов баронства изменилась в приятную сторону, почти треть поступлений в казну принесла внутренняя торговля. Наши рабочие и мастера, офицеры и педагоги, вполне добротно обжились и захотели роскоши. Все женаты, растут дети, жёнам хочется "быть не хуже других", что выражается не только в одежде. Невмянск, Железный и Китеж, всего за год, полностью электризовали, соединили телефонными линиями, города насчитывали до тысячи телефонных абонентов, которые исправно платили ежемесячный тариф. Тасла и Висла пока отставали, но, Иван не сомневался, через год там будет не хуже. К государственной радиостанции прибавились две частные проводные радиокомпании, спрос на проводное радио продолжал расти. К тому же, на полную мощность вышли металлурги, железную дорогу из Железного вдоль побережья острова строили сразу на восток и запад, одновременно с закладкой будущих портовых городов через каждые сто километров.
Капёры продолжали борьбу с английскими торговцами вдоль побережья Индии, привели в порт за зиму двенадцать захваченных судов, не считая шести затопленных кораблей. Из этих двенадцати торговцев две трети товара реализовали в Беловодье. Как обычно, ткани, посуда, сахарный тростник, редкие породы деревьев, немного драгоценных камней и жемчуг. Естественно, казна острова неплохо пополнилась вырученными от продажи товаров средствами, серьёзно подорвав торговлю предметами роскоши азиатских негоциантов. Так, глядишь, на остров будут завозить исключительно рис, фрукты и другие продукты питания. Их до сих пор не хватает для полного самообеспечения. Ничего, найдут купцы заморские, чем торговать у нас, не останутся в накладе. Нам ещё многого не хватает для нормальной жизни. Приятно, с одной стороны, получать от казаков такую халявную прибыль, но, пришлось двести пленных англичан, самых строптивых, отказавшихся сотрудничать, отправить в Австралию. На фоне нескольких тысяч айнов и европейских переселенцев, англичане особого вреда не принесут. Тем более, что до изучения разговорного русского языка будут жить под конвоем и работать бесплатно. Неплохой стимул к ассимиляции?
Корабелы к весне закончили первый цельнометаллический пароход, со сварными узлами. Пока исключительно для военных целей, водоизмещением пятьсот тонн, с четырьмя гаубицами на вращающихся платформах. Скорость этот гигант отечественного кораблестроения развивал до тридцати километров в час. Во всяком случае, даже по ветру парусникам за ним трудно будет угнаться. При полных трюмах угля, запас хода планировался в две тысячи километров. Однако, мы не спешили хвастать своим творением перед иностранцами, пароход проходил испытания в пустынных водах Курильской гряды. Там, на одном из скалистых островов, строили секретную военно-морскую базу. Пароходы завозили уголь, на берегу и в море устанавливали мишени для тренировок артиллеристов. Незачем жителям острова Белого и многочисленным торговцам, знать реальные возможности военных новинок. Да и экологию населённого острова уничтожать не стоит, пусть гаубичные болванки разбивают пустынные скалы.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
