Читаем без скачивания Куда уходит вчера - Константин Бояндин

Из клубящегося молочного полумрака показалась фигура. Ривллим почувствовал, как немеют ноги. Фигура, если верить глазам, была ростом метра в три. Черты лица искажались туманом, но воин успел заметить массивные челюсти и две пары огромных клыков, уродливо торчащих поверх губ. Голову чудовища венчал серебряный шлем. Два глаза некоторое время смотрели прямо на них, и Ривллим напрягся, готовый нанести удар. Но гигант не заметил их. Исполин отвернулся и растворился в тумане. Тяжёлые шаги замерли в отдалении.

— Что это было? — спросил Ривллим шёпотом.

— Хотела бы я знать, — было ответом. — Впрочем нет, не хотела бы. Куда он подевался?

«Он» означало Вемкамтамаи. Ольт, словно ожидая вопроса, возник из ниоткуда.

— Я полагаю, видели? — осведомился ольт.

— Видели, — согласился воин. — Одно прошло рядом с нами.

— Их там десятка три, — продолжал ольт. — Пришли с севера. Давайте — ка тихо — тихо двинем на юг. Как можно осторожнее. Слух у них превосходный, а зрение, к счастью, не очень.

Из тумана донёсся приглушённый крик:

— Ищите их, олухи, ищите лучше! Они где — то рядом!

Голос был нечеловеческий, но странным образом понятный.

— Не знаю, кого они ищут, но не хотелось бы, чтобы это были мы, — прошептал Ривллим, взбираясь вверх по склону. Неплохо начинается дорога к Башням.

Один раз Фиар задела небольшой камень, и тот покатился, увлекая за собой крохотную лавину. Все трое замерли — но туман и на этот раз помог им. И вот они достигли уровня, на котором туман закончился.

Выглядело это поразительно. Солнце было довольно высоко; большая луна по — прежнему была видна — и серп её был обращён рогами к солнцу. Что за наваждение?!

— Вижу, — произнесла Фиар негромко. — Ну — ка, поднимитесь немного повыше.

Они поднялись. Снизу донёсся торжествующий рёв (поймали, решил Ривллим, исполняясь состраданием к тому, кого ловили) и окружающий пейзаж потёк, чтобы сгуститься вновь.

Гора осталась далеко позади. Прямо перед ними, километрах в четырёх, виднелись невысокие холмы. На них, поражая взгляд красотой очертаний, возвышался город.

— Что это такое? — удивился Ривллим. — Не помню такого города.

— Я тоже, — подтвердил ольт.

— И я, — присоединилась Фиар. — Но это было ближе всего. Будем заходить, или подождём снаружи? Я могу совершить очередной прыжок, но совсем останусь без сил.

— Тогда подождём, — предложил ольт, с неприязнью поправляя отсыревшую, потяжелевшую накидку. — Странный город. Солнце давно встало, а где хоть один житель?

— У нас не осталось ни еды, ни воды, — напомнил Ривллим. — Надо добыть хотя бы воды. И поохотиться. На худой конец, насобирать ягод и кореньев.

— Отойдём подальше в лес, — указал ольт. — Охотой займусь я. Если заметите что — нибудь подозрительное, отступайте на запад.

На том и остановились.

Ольт исчез среди деревьев — мастерски, не потревожив ни одной птицы. Фиар уселась лицом в сторону города и облегчённо вздохнула.

— Только великанов нам не хватало, — заключила она, допив остатки воды. — Почему после прыжка мне всё время хочется пить?

— Вокруг тихо, — воин бесшумно встал и осмотрелся. — Если ещё не напилась, Фиар, вон там родник.

— Хорошая идея, — забрав обе фляжки, девушка удалилась. Ривллим проводил её взглядом, продолжая жевать травинку. Как ни странно, он был совершенно спокоен. Наверное, успел полностью привыкнуть к смене декораций.

Фиар вернулась, умытая и довольная, вручила воину одну из фляжек.

— Вода божественная, — сообщила она, усаживаясь у дерева. — Скажи, Ривллим, почему ты перестал называть меня этим дурацким словом?

Ривллим долго смотрел ей в глаза, затем отвернулся.

— Оно подразумевает определённые отношения между нами, — пояснил он, как показалось Фиар — неохотно. — Мы вышли за эти рамки.

— О боги, сколько условностей, — девушка иронически усмехнулась. Ривллим напрягся, заметив эту улыбку. — Почему не используешь другое прозвище?

— Нет уже Меорна и тех людей, которым прозвище хоть что — нибудь говорило бы, — ответил Ривллим сухо. — Нет ещё, — поправился он.

— Мне этого никогда не понять, — вздохнула Фиар после долгой паузы. — А я — то думала, что знаю о тебе всё.

Ривллим пожал плечами, отвернулся и принялся смотреть на город. Тот был виден, как на ладони; а путешественники, скрытые деревьями — с большим трудом.

Фиар молча пододвинулась.

— Что было написано над входом? — спросил Ривллим неожиданно, осознав, что непонятная фраза то и дело приходит на ум. — Там, в городе, в комнате для гостей?

Девушка широко раскрыла глаза.

— Ты увидел?!

Ривллим встретился с ней взглядом и молча кивнул. Не улыбаясь.

— «Оставь беспокойство за этим порогом, путник», — она запнулась. — Это первая строка, но мне нельзя… — она замолчала, неожиданно для себя оробев. По глазам Ривллима было видно, что он знает или, по крайней мере, догадывается.

— Ясно, — воин отвёл взгляд. — Спасибо, Фиар.

Она вздохнула и положила голову ему на плечо. Так они и сидели, пока, полчаса спустя, не появился ольт.

— Похоже на кролика, — объявил он, опуская добычу на траву. — Сейчас схожу за ягодами, — и вновь исчез.

— Великие боги, какой же это кролик!? — воин поднял животное за среднюю лапу. — С каких пор у кроликов шесть лап??

— В остальном — кролик как кролик, — заметила Фиар, оживляясь. — Сейчас запечём и посмотрим, каков он.

— Только костра сейчас не хватало, — вздохнул Ривллим. — Конец скрытности.

— Зачем мне костёр? — подняла взгляд Фиар и закатала рукава. — Помоги — ка освежевать.

Когда ольт вернулся — через двадцать минут — кролик был готов к употреблению.

По две изумительно вкусных ножки на едока.

— К нам гости, — объявил ольт часом спустя, привстав и выглядывая сквозь переплетение ветвей. — Да какая славная компания! Прямо из города идут, и не очень скрываются.

— Три человека, — отметил Ривллим, вглядываясь в процессию. — Нет, четыре… и шестеро каких — то уродов. Люди не люди… что — то жуткое. Что будем делать? Бежать?

— Зачем бежать? — удивилась девушка. — Выйдем, узнаем, чего им нужно. Станет жарко — переместимся подальше.

— Ты настолько в себе уверена? — воин был недоволен.

— Были бы сильны, — возразила Фиар хорошо знакомым ядовитым тоном, — не посылали бы такую делегацию. Отправили бы одного посла взамен этого зверинца.