одним делом покончили, пора переходить к другим вопросам на повестке дня. К более приятным.
* * *
Поход по магазинам занял у меня не более двух часов, и я вернулся домой с покупками как раз к моменту, когда мать только начала разливать солянку по тарелкам.
— Игорь, ты обедать будешь? — донёсся до меня её голос, когда я снимал новые туфли.
В прошлый раз я торопился, и пришлось за это расплачиваться мозолями. Но теперь такой ошибки я уже не допустил, да к тому же знал, у кого искать подходящую обувь. И пусть цены выросли, но лакированные классические туфли того стоили — вид они имели презентабельный, на ноге сидели идеально.
— Да, мам, сейчас приду, — отозвался я и прошёл в свою комнату.
Открыв шкаф, повесил в него тёмно-синий костюм-тройку. И, убедившись, что ничего не помнётся, направился мыть руки. От идеи с букетом я, немного подумав, всё же решился отказаться. Всё-таки одно дело, когда к благородной даме идёт мужчина в дорогом, но деловом костюме, и совсем другое — когда он же топает с цветами.
Сев за стол, я обратил внимание, что родители опять смотрят криминальную хронику.
— Вы бы хоть какие-нибудь другие передачи смотрели ради разнообразия, — заметил я. — Хотя бы сегодня, в выходной, исключение сделали. Чего только на плохом концентрироваться? Одни только нервы трепать лишний раз.
— Да теперь какой канал ни включи, всюду криминальная хроника, — проворчал отец, разламывая половинку куска хлеба на две части.
— И не говори, Вась, — вздохнула мать, нарезая ещё хлеба на стол. — По улицам уже спокойно ходить нельзя. Эх, бедная Настя, какая девочка была хорошая…
— Ну ты погоди её хоронить, — чуть добавив строгости в голос, сказал отец. — Что значит «была», Наташ? Найдётся ещё.
— Да где уж там найдётся, — вздохнула мать, садясь за стол.
— Да заневестилась, поди, дело-то молодое, девчонка красивая, образованная, опять же — целитель. Сама ведь знаешь, в её сторону чуть ли не все мальчишки с нашего района неровно дышали. В университете своём наверняка нашла избранника, да и забыла обо всём, — произнёс отец уверенным голосом — не столько сам веря, сколько маму успокаивая. — Помнишь ведь, как оно было в наше время?
— Вам однозначно надо прекращать смотреть криминальную хронику, — с неодобрением покачал головой я.
А сам волей-неволей принялся думать о Насте. Соседку действительно было очень жаль. Надо бы как-то выяснить, что за герб был на машине, которая её тогда подвозила. Вряд ли это совпадение, что Настя связалась с аристократами, и практически тут же исчезла. Не верю я в такие случайности.
Взглянув на часы, висящие на стене, я понял, что времени у меня осталось уже не так много, а потому налёг на солянку. Видя, насколько быстро я машу ложкой, отец усмехнулся, а мать заулыбалась.
— Всё, мам, пап, мне пора, — сказал я, поднимаясь из-за стола. — Вернусь к утру, так что сегодня не ждите.
— Ага, — кивнул отец. — Ну ты там, Игорь, смотри, того этого…
Он смущённо закашлялся, заставив меня внутренне посмеяться.
Поставив пустую тарелку в раковину, я метнулся к себе в комнату, чтобы быстро переодеться в костюм. Несколько раз повертелся перед зеркалом, проверяя, чтобы всё было нормально, и только после этого вышел в коридор.
— Какой ты у меня уже жених вырос, — покачала головой мать, глядя на меня. — Ты хоть с невестой познакомишь нас перед тем, как жениться соберёшься?
— Мам, ну какой невестой? — усмехнулся я, поправляя галстук. — Деловая встреча у меня, сказал же.
— До утра? — усмехнувшись, уточнил отец.
— До утра.
Чмокнув мать в щеку, я прихватил свой комплект ключей и кивнул родителям на прощание.
— Всё! Пока! Буду завтра.
И вышел из квартиры. Времени оставалось, как раз чтобы спокойно добраться до центра и не опоздать к назначенному сроку.
Успел. Таксист остановил машину у входа в отель «Урал» в пятнадцать сорок восемь.
Швейцар распахнул передо мной дверь, и я прошёл в фойе гостиницы. В глаза сразу бросилось большое количество дорого одетых людей со слишком показушным количеством украшений. Пресловутыми золотыми цепями здесь было никого не удивить.
А я вновь будто в прошлое попал. Для полного погружения не хватало только малиновых пиджаков, но уверен, если постоять немного и понаблюдать, кто-нибудь и в таком появится.
Основная масса людей находилась в ресторане, откуда звучала приятная музыка и доносились запахи еды и алкоголя. Но и в фойе на диванах разместилось немало гостей откровенно бандитской наружности, которые, не стесняясь, дымили сигарами и пили виски. При этом многие из них вели разговоры практически исключительно на жаргоне.
Да уж, не самое подходящее место для благородной дамы. Интересно, какого хрена все эти граждане здесь трутся? У них симпозиум братков, что ли? Впрочем, я был почти уверен, что в любых других отелях нашего города ситуация ничуть не лучше.
Но спрашивать у суровых парней с толстыми шеями, что они здесь делают, я, разумеется, не стал; а вместо этого дошёл до стойки регистрации, за которой стоял высокий молодой человек в дорогом костюме. При этом служащий выглядел куда естественнее в таком наряде, чем посетители.
— Чем могу помочь? — спросил он, чуть приподняв подбородок.
— Воронов Игорь Васильевич, — представился я, передавая ему паспорт. — Вас должны были предупредить, у меня назначена встреча в вашем отеле.
Быстро записав мои данные в журнал, служащий поднял на меня взгляд.
— Да, конечно, — с готовностью подтвердил он. — Вам налево, в лифт, и на седьмой этаж. Там вас проводят.
— Благодарю, — кивнул я и, забирая паспорт, оставил на стойке рубль, который исчез даже раньше, чем я убрал документ в карман.
Поднявшись на лифте, я дождался, пока очередной сотрудник откроет мне двери, после чего был препровождён к номеру в конце коридора. Я сверился с часами и постучал в дверь, как только стрелка показала шестнадцать ноль-ноль.
Аня распахнула дверь, замерла, разглядывая меня…
А в следующую секунду я перешагнул порог номера и, захлопнув за собой дверь, обнял красавицу за талию и впился губами в её губы.
И лишь потом, когда мы оторвались друг от друга на смятых простынях, Аня произнесла первые слова за всё время с начала нашей встречи:
— Я соскучилась.
— Я тоже.
