стеллаж. — Ищешь Дайлин?
— Ага, интересно, что там Дай-ка прячет.
— Уверен, что на неё ест компромат?
— Уверен, — он протянул книгу с записями. — Доки точно сюда поступали, но я их чёт не вижу… Может у директора пока?
— Возможно. Но нам надо уходить. Мы получили, что хотели.
— Тоже верно… Блин, не узнать, чем грешит Дай-ка. А то прикинь, вдруг тоже за содомией заставали. То-то вы общий язык нашли, — засмеялся он, ткнув Кондрата в бок. — Ладно, идём, а то сейчас реально придёт и развоняется.
Они вышли без какого-либо сопротивления. Люди из секретной службы разве что могли провожать их взглядами, не в силах что-либо сделать без приказа свыше. Прежде чем покинуть территорию императорского двора, Вайрин заскочил к главам стражи и личной гвардии вернуть компроматы на них, на что Кондрат резонно заметил:
— Не думаешь, что с ними они были бы разговорчивее?
— С кем, с директором? — усмехнулся тот.
— С нами. Когда их ничто не держит…
— Ну их держит их место. Никто не захочет терять своё положение, и им плевать, кто займёт трон, если преференции будут теми же. К тому же, как сказал один человек, мой друг тот, кто враг моего врага.
Видимо у них был и свой Сунь-Цзы.
После своего набега они поехали не куда-нибудь, а присоединиться к своим жёнам на обед. Самое главное было сделано, а остальное…
* * *
Тонгастеры — семья советника императора. Один из сильнейших родов в империи, владеющих крупными предприятиями, десятком родовых имений, бессчётным количеством земель, на которых трудились тысячи людей и огромной личной гвардией. Если бы императору захотелось найти внутри империи врага, то не нашлось бы грознее, чем они. Может у них не было той номинальной власти, однако было достаточно средств, чтобы её если не захватить, то пошатнуть.
А что, если император таки нашёл врага в их лице? По идее, компромат мог бы что-то раскрыть в этом плане, однако там тоже ничего интересного не было. Ну как не было: измены все и вся, подкупы должностных лиц всех рангов, убийства людей, уклонение от налогов, рэкет, угрозы и много чего ещё. Список был практически, как у какой-нибудь крупной корпорации, что пользуется всеми своими ресурсами. Смешно то, что там и содомия была, как будто секретная служба просто вписывала это в любой компромат, когда не знала, что написать.
Однако, чего там не было, так это хоть одного вопроса, по которому они не сошлись бы с императором. Там не было и про государственную измену, и про связь с нежелательными лицами, и каких-то вопросов, где они бы хоть как-то порицали власть. Тонгастеры полностью поддерживали императора, а он полностью поддерживал их, что правда не мешало собирать на них компромат.
— Жаль, что это нам ничего не даёт… — пробормотал Вайрин.
Они стояли дома в кабинете Вайрина вокруг стола, на котором лежала одна-единственная, но зато какая папка с компроматом на Тонгастеров. Да, они её просмотрели, и компромат может для кого-то и был бы шокирующим, но не для них. Там Кондрат увидел информацию и похлеще, чем это.
— В каком случае мы можем допросить принца? — спросил Кондрат.
— Ну… видишь ли в чём проблема, у нас нет органа выше императорской семьи. Будь там хотя бы совет какой-нибудь или коллегия высших решений, как в южной империи, которые были чем-то вроде советников императора, они бы смогли дать на это разрешение, а так… Да и самих Тонгастеров не попросишь, если это они давят на принца, верно?
После слов принца, конечно, возникла определённая смута. Он так двояко высказался, что непонятно, он сам отравил своего отца или же кто-то имеющий достаточно сил и власти сделал это, недовольный положением дел.
— И Тонгастеры тоже вряд ли ответят нам, — подытожил он. — С другой стороны, я не вижу резона им идти против императора. Власть? У них она была. Война? У них часть предприятий на этом завязана, и они только выиграют с этого. Какие-то размолвки с императором? Тоже непохоже.
— Да и никто никогда не высказывался против власти. Более того, они даже помогали императору во многих щекотливых моментах, — согласился Вайрин. — Но так вообще про кого угодно можно сказать, кроме принца. Может мы слишком глубоко копаем, и во всём виноват принц?
— Вполне возможно. Кого мы можем допросить из его окружения?
— Да я не знаю даже… Не сказать, что у него вообще друзья есть. Знакомые может только, но и то под вопросом.
Опять тупик. Поймать и допросить здесь не работает от слова совсем, так как каждый подозреваемый — это человек с неприкосновенностью, слишком влиятельный или со множеством связей. Таких людей к ответу не привлечь, требовать говорить ты их не заставишь.
— Я не знаю, короче, я устал… — вздохнул Вайрин. — Мы только и делаем, что гадаем, а реальной зацепки у нас никакой. Мы топчемся кругами, переворачиваем одни и те же камни в надежде, что там появится что-то новое.
И так оно и было отчасти. Они узнали, чем отравили императора. Отлично. Они попытались отследить бутылёк и пришли к тому, что нашли отпечатки директора специальной службы, да Дайлин с его. Ещё лучше. То есть яд ушёл отсюда… куда? Директору? Тонгастерам? Самому принцу? Кто за этим стоял? Вряд ли слуги, так как они ничего не нашли. Значит эти трое? А как выявить из них убийцу, когда нельзя никого допросить?
— Если предположить, — медленно начал Вайрин, — что глава специальной службы расследований взял пузырёк, то приказ об этом могли отдать лишь два человека — директор и император. Императору не за чем утаивать свои решения, он всегда всё делал громко, но вот директор… ему есть резон всё скрывать.
— Если только глава специальной службы не в сговоре с принцем или Тонгастерами, чего мы тоже доказать не можем.
— Попробуем этого засранца может допросить? — предложил Вайрин.
— Мы можем попробовать поговорить с ним, не допросить. У него иммунитет. Но я сомневаюсь, что это что-то даст нам. Он просто откажется говорить.
— Хм-м-м… а что, если мы на него надавим? — предложил он внезапно.
— Надавим?
— Ну у всех есть грязные секреты, верно? И что, если мы найдём грязные секреты этого главы специальной службы и будем ими его шантажировать?
— Шантаж человека
