видно, хорошая бумага, что парадоксально — когда у одних нет денег даже клочка купить самой дешёвой, другие используют самую дорогую просто для конверта. Внутри бумага, в углу которой стоял уже хорошо известный и Кондрату, и Вайрину символ секретной службы. На ней всего одно слово:
— Компромат, — прочитал Кондрат вслух.
Словно точка, которую ставили их противники, — а теперь они были никем иным, как противниками, — секретная служба давала понять, кому именно они перешли дорогу, чтобы не было недопониманий. На другой стороне был адрес, куда принести, чтобы не заблудились.
— Значит, они решили пойти на конфронтацию, — вздохнул Вайрин
— Надо было догадаться… — поморщился Кондрат.
— Я думал, у него тяжести яиц не хватит, если честно, — признался Вайрин. — Ну тут никто не мог предсказать, что будет, будем честны.
— Мы могли.
— Не могли. Тут или, или. Он мог испугаться, мог зассать лезть на рожон, а мог дать отпор. Ну… он дал отпор.
— Было понятно, что он даст отпор, едва мы перестанем держать пистолет у его виска. Он буквально растворится и поднимет все свои связи с возможностями.
— Да… — протянул Вайрин, после чего прищурился. — А знаешь, если он хочет войны, то ударим ему по яйцам. Весь свой архив он не перенесёт, верно? Сожжём его нахрен, лишим возможности поднять людей, на которых он влияет компроматом.
— Я не хочу рисковать Зей, — сразу произнёс Кондрат.
— Но компромат именно на Тонгастеров останется, верно? Это его главный актив. Тонгастеры — это те, кто может решить вообще всё, включая переход власти в правильные руки, а значит они ему необходимы, иначе сожрут его же за милую душу. И ради этого он пойдёт на сделку.
— Или не пойдёт. Ты слышал поговорку о загнанном звере?
— Нет.
— Оно и видно, — вздохнул Кондрат.
Отдавать компромат — это проигрыш. Не факт, что вернут Зей, но и влияния они лишатся. Не отдавать… тогда под угрозой Зей. Но пока он не получит документов, то и с Зей ничего не случится, потому что это единственная гарантия того, что они пойдут на сделку.
Пока они мусолили в голове эту тему и варианты, как поступить, кто-то пришёл к Вайрину домой. Ни он, ни Кондрат сразу не обратили на это внимания, пока незваный гость не постучался в дверь кабинета, заставив их переглянуться.
— Ждёшь кого-нибудь? — одними губами спросил Кондрат.
Вайрин в ответ покачал головой. И пока он шёл к двери, чтобы открыть гость, Кондрат смахнул папку в первый же ящик стола.
Что удивительно и в то же время нет, на пороге оказался господин Тонгастер, глава рода Тонгастеров с собственной персоной. Казалось, что происходящие в империи потрясения никак не сказались на нём. Всё такой же округлый и лысеющий, но излучающий силу и непоколебимость старик, который будто только от этого всего помолодел.
— Здравствуй, Вайрин, — он шагнул в кабинет без приглашения, словно хозяин этого дома. Увидел Кондрата и просто кивнул.
— Э-э-э… здрасте, господин Тонгастер… — слегка озадачено пробормотал Вайрин, явно чувствуя себя рядом с ним неуверенно. — Не ожидал вас в гости к нам сегодня, если честно…
— Я тоже. Прости, что в такое время, но, учитывая произошедшее, я не могу остаться в стороне.
— В плане? — закрыл дверь Вайрин.
— С Атерией. Я уже знаю, что случилось, можешь не рассказывать, — произнёс он, разгуливая по кабинету.
— А, вы об этом… — пробормотал он. — Да, неловко вышло. Но Атерия уже в безопасности, если вы беспокоитесь насчёт неё.
— Не беспокоюсь. И тем не менее, нападение на одну из нас, даже бывшую — это нападение на всех, и мы не можем этого игнорировать.
— Я понимаю и…
— Хорошо, что понимаешь, — кивнул Тонгастер, перебив Вайрина. — Знаешь, кто это был?
— У нас пока только предположения, — ответил Вайрин, скользнув по Кондрату взглядом.
— Только предположения? Моя дочь сказала, что вас просили что-то вернуть. Насколько мне известно, недавно вы наведывались в архив секретной службы и силой что-то оттуда забрали, поэтому предположу, что именно с ними у вас конфликт. И, как я понял, они забрали девушку. Зей, если я правильно помню, и она ваша жена, мистер Брилль, верно?
— Да, — кивнул Кондрат.
— Что ж, у нас, судя по всему, один враг, мистер Брилль. Нам не нужны посягательства на нашу семью, которая столько лет верой и правдой служила императору, даже если это секретная служба, а вам не нужен произвол. Думаю, мы сможем друг другу помочь.
— И вы что-то хотите взамен.
Это был даже не вопрос, но Тонгастер покачал головой.
— Хочу решить этот вопрос раз и навсегда, не более. Секретная служба долго пила нашу кровь, заставляла ходить по струнке и смотрела так, будто наш древний род ничего больше не значит. А когда императора нет, никто не остановит их разрушить нашу репутацию и род. Поэтому настало время вернуть им долг.
— Мы… обязательно подумаем над этим, — промямлил Вайрин.
— Ты отказываешься от помощи?
— Кто сказал, что я отказываюсь? — захлопал он глазами. — Я не говорил. Кондрат тоже не говорил. Но мы пока не знаем, что предпринять, а потому не готовы ответить сию минуту. Возможно, ваша помощь и не потребуется, и мы решим всё своими силами.
— Интересно было бы взглянуть на это, — хмыкнул он. — Что ж, вы меня услышали. Мистер Брилль, Атерия считает Зей своей подругой, а потому мы были бы рады протянуть вам руку помощи. Мой друг тот, кто враг моего врага.
— Благодарю вас, господин Тонгастер, — слегка поклонился Кондрат. — Уверен, что наше сотрудничество будет плодотворным.
Тот кивнул, удовлетворённый ответом, и вышел. Кондрат и Вайрин переглянулись.
— А он быстро, — негромко произнёс Вайрин, словно боялся, что Тонгастер услышит его слова. — Что думаешь?
— Думаю, что он знает, что конкретно мы утащили, и ему очень это нужно, а потому он, естественно, будет рад протянуть любую руку помощи, — ответил Кондрат. — Не будет досье, не будет силы, которая остановит его.
— Империя сможет, — заметил Вайрин.
— Не будет доказательств вины — не сможет. А они, в свою очередь, кого надо — купят, кого надо — запугают, остальных устранят. Именно компромат о
