Читаем без скачивания Сага о Тёмных Тамплиерах - Кристи Голден

Она ничего не могла поделать с собой. Мысль — «а что будет со мной»? — уже была сформирована и прочитана.

— Этого мы не знаем, — сказал Туравис. — Все зависит от того, что решит Вершитель.

По мере того как Розмари и небольшая группа беженцев шли по мягкому голубому песку к сияющему кораблю, ожидавшему их, Розмари мрачно подумала, что слово “вершител” невольно навевает мысли о палачах.

Глава 2

Джейк побежал к туманному вихрю, клубившемуся в центре врат искривления, и, вопреки собственным инстинктам, не замедлил бег, прыгнув внутрь. Неожиданно стало очень темно, а затем — очень ярко и очень холодно. Почва под его ногами стала скользкой, и он поскользнулся.

Джейк попытался перевернуться. Ему бы это удалось, если бы поверхность, на которой он попытался совершить означенный маневр, не была ледяной. Так что он тяжело ударился о лед и прокатился словно с горки, завершив путь в снежном сугробе.

Я полагал, на Шакурасе пустыни, — с возмущением подумал он для Замары, поднимаясь на ноги и барахтаясь в сугробе, доходившем ему до бедер вместо того, чтобы вновь пытаться встать на льду.

Так и есть, — последовал раздражающе невозмутимый ответ. — Мы не на Шакурасе.

Ударил порыв пронзительного ветра, и Джейка охватила дрожь. Когда он бежал к вратам, то весь покрылся потом от влажной жары айурского климата, напряжения и, конечно, нервов, и теперь ощущал, как пропитанная влагой одежда буквально примерзала к коже. Он крепко обхватил себя руками. Тогда где мы, черт побери, находимся, что пошло не так, и что мы будем делать теперь?

Джейк прищурился от яркого солнечного света, отражающегося от снега, и огляделся. Все, что он разглядел в этом арктическом пейзаже, — снег, один сплошной снег и несколько разнообразных штук, похожих на айсберги, разбросанные тут и там. Врата были единственным свидетельством того, что в этом месте когда-то побывал кто-то, обладающий развитым интеллектом.

— Мне неизвестно, где мы находимся, и это не имеет значения. Ибо у меня есть, как вы, люди, выражаетесь, “догадки” относительно того, что случилось.

Замара попросила передать ему контроль над телом на некоторое время, и он повиновался, с восторгом наблюдая в тишине, как она перемещает его ноги по скользкой поверхности и поднимает его руки, чтобы коснуться мягко сияющей поверхности врат. Джейк вновь изумился технологии зел-нага, и на короткое время забыл о холоде. Единение природы и науки, мысленной силы и вещей, которых он, простой человек, не мог понять… Это было чудесно.

Он почувствовал ее разочарование, и его охватила тревога.

— Что такое? Что не так?

— Мои опасения подтвердились, — ответила Замара. — Путь на Шакурас закрыт. Нас… Думаю, ты поймешь, если я скажу, что нас “заперли”.

— Заперли? За каким чертом им понадобилось бы запирать нас?

— Это мудрая мера предосторожности, хотя и доставившая нам неудобство. В последний раз, когда протоссы бежали на Шакурас с Айура, за ними последовали зерги. Лишь огромными усилиями расе протоссов вообще удалось тогда выжить, а шрамы от той битвы до сих пор не затянулись на поверхности планеты. Я думаю, что как только протоссы, охраняющие врата, поняли, что Розмари и те, кто ее сопровождал, пришли с Айура, они приказали закрыть врата Шакураса и перенаправили нас сюда. — Джейк ощутил намек на иронию. — Где бы это «сюда» ни было. Врата искривления — технология зел-нага, а не протоссов. У меня нет воспоминаний об этом месте. Я полагаю, что являюсь первым протоссом, увидевшим его.

Джейк был ученым, а тайны и открытия приводили его в восторг. В любое другое время он был бы так же заинтересован исследованием нового места, как и Замара. Но он замерзал, ему было страшно, а резкая боль в висках напомнила о близкой смерти.

— Но… Ты только что сказала, что полагаешь, Розмари и другим протоссам удалось пройти. Думаешь, они смогут убедить стражей открыть врата?

Джейк знал, что она тоже была обеспокоена, но при этих словах его окатило теплым и светлым чувством веселья.

— Если бы ты был протоссом, как бы ты отреагировал на Розмари?

— О, боже мой, — подумал он. — Ты права. Она, скорее всего, ударит кулаком первого же, кто встанет у нее на пути.

— Необязательно. Возможно, она будет желать этого, но она многому научилась. Она выработала сдержанность.

Неожиданно в голове Джейка возникло название, которое выбрали для себя сбитые с пути и введенные в заблуждение последователи Улрезажа: «Закаленные».

— В некотором смысле, да. Это вероятно. В любом случае, я думаю, что протоссы, в конечном итоге, согласятся допустить нас на Шакурас.

— В конечном итоге? Я не могу оставаться здесь так долго. Я не продержусь даже несколько лишних минут, если у меня не будет укрытия и пищи.

— Я знаю. Позволь мне подумать.

Он так и сделал, забирая обратно контроль над своим телом и двигаясь так быстро, как только осмеливался на скользкой поверхности, чтобы согреться. Обрезанные штаны, жилет без рукавов и легкая рубашка прекрасно подходили для душного влажного климата Айура и безжалостного солнца, но здесь его одежда совершенно не годилась.

— Я приняла решение. Пожалуйста, вновь дай мне свои руки.

Он снова наблюдал, как она подняла его руки к вратам и начала что-то делать — что-то, что называлось «программированием врат».

— Так что мы собираемся делать?

— Мы опять пройдем сквозь врата.

Он засмеялся, и смешок получился коротким и лающим. Он начинал терять чувствительность рук и лица.

— Мы не можем попасть на Шакурас, так куда же мы отправимся? Как мы найдем этих темных тамплиеров, до которых тебе необходимо добраться?

— Раз уж нам на данный момент недоступен путь на Шакурас, дом темных тамплиеров, то мы попросим помощи одного конкретного темного тамплиера, который, вполне возможно, не на Шакурасе.

— Кого же?

— Прелата Зератула.

Разум Джейка мгновенно заполнился сложными образами и воспоминаниями, ни одно из которых на данный момент он не мог полностью понять, но каждое из которых позволяло неплохо представить себе, каким был этот темный тамплиер. Он был отмечен печатью возраста и мудрости. И, хотя Джейк и знал, что протоссы Айура и темные тамплиеры принадлежали к одной и той же расе, были заметны некоторые внешние отличия. Протоссы, с которыми он подружился, имели кожу голубого или серого оттенка. Кожа Зератула была скорее фиолетовой, а вокруг глубоко посаженных глаз казалась совсем темной. Вдоль разнообразных складок цвет светлел до лилового, и это тоже отличало его от других протоссов. У Алзадара и Ладраникса кожа была почти гладкая, без наростов или складок, искажающих черты лица. Подбородок Зератула был длинным, тонким и имел цвет слоновой кости.

Были и другие отличия — отличия в ощущениях и восприятии, которые передала ему Замара. Протоссы Айура любили золотые, словно солнце, оттенки, но темный тамплиер, которого он видел мысленным взглядом, буквально утопал в тенях. Одну из рук Зератула обхватывал наруч, который показался Джейку знакомым. Он видел подобные наручи в действии, когда Ладраникс отсек кусок кристалла, который теперь хранился в одном из многочисленных нагрудных карманов Джейка. Этот предмет концентрировал псионную энергию и позволял тамплиерам пользоваться прекрасными, изящными и смертоносными пси-клинками. Наруч Зератула был темнее того, что носил Ладраникс, вокруг него извивались тени, и Джейк вовсе не был уверен, что это лишь плод воображения. Зератул носил тяжелые одежды мягкого темного цвета ржавчины, подбитые коричневым мехом. Джейк знал, что в соответствии с традициями темных тамплиеров, его пси-рецепторы были ритуально отсечены. Их остатки были собраны в короткий пучок. Из-за нанесения себе такого увечья темные тамплиеры теряли способность войти в Кхалу, даже если бы у них появилось такое желание. Это была печать непокорности, остававшаяся с ними на всю жизнь.

Джейк снова подумал о юной Рашжагал, вспомнил ее гордость и поразительный интеллект. Он подумал и о других темных тамплиерах, согнанных, словно скот, на борт корабля инопланетной конструкции — корабля, о котором никто даже не мог с уверенностью сказать, что тот работает. Изгнанные, потому что Конклав боялся их.

— Я и не думал, что ты обладаешь воспоминаниями кого-то, кто знал темного тамплиера! Я имею в виду, после того, как их сослали. С нетерпением жду возможности узнать о них из первых рук — ну, настолько «из первых рук», насколько это возможно с памятью Хранителя. Похоже, с ними поступили совершенно несправедливо.

— Так и есть. Истинная трагедия заключается в том, что Конклав искренне верил, что уничтожение их — лучшее, что можно сделать для протоссов как расы. Именно этот приговор Адун заставил изменить на изгнание. Но темные тамплиеры не бездействовали. За века странствий они многому научились, исследуя Пустоту. Если нам повезет, ты тоже встретишься с Зератулом.