Читаем без скачивания Жрецы и жертвы холокоста. История вопроса - Станислав Куняев

Однако такая скромность и непритязательность в большей мере демонстративна, и Станислав Юрьевич, разумеется, прекрасно понимает, что он этой своей книжкой, которая до того частями печаталась в журнале «Наш современник», натворил и что на самом деле сказал.

Куняев не оспаривает ни сам факт Холокоста, ни сакральную цифру в шесть миллионов его жертв, ни конкретные технологии уничтожения этих шести миллионов, позволяя себе разве что цитировать по этому поводу таких интеллектуалов-«ревизионистов», как Роже Гароди: «Не надо задавать вопрос, как было возможно технически такое массовое уничтожение. Оно было возможно технически, потому что оно имело место. Такова обязательная исходная точка любого исторического исследования на эту тему»; Анну Арендт: «Нацисты делали что-то прямо-таки бесполезное, если не вредное для себя, когда в разгар войны, несмотря на нехватку стройматериалов и проката, воздвигали огромные дорогостоящие фабрики уничтожения и организовывали транспортировку миллионов людей. Налицо противоречие между этим образом действий и требованиями войны, что придает всему этому предприятию сумасшедший и химерический характер» или Нормана Финкельштейна: «Холокост невозможно рационально объяснить. Если нет сравнимых с Холокостом исторических событий, то он вообще возвышается над историей. Итак, Холокост уникален, потому что он необъясним, и необъясним, потому что он уникален». Это все – «ревизионисты». Впрочем, «жрецы» Холокоста говорят примерно то же самое: «Холокост уникален и не имеет параллелей в человеческой истории» (Я.Нейснер); «О Катастрофе невозможно говорить иначе, нежели через призму невыразимости» (ЯЛеоняк) и т. д. и т. п.

Из четырех миллионов, первоначально обозначенного числа погибших в Освенциме евреев, сегодня официально признается полтора? Альфред Кох (да-да, тот самый) и Павел Поля ни к, авторы книги «Отрицание отрицания, или Битва при Аушвице», «восполнили выпавшие… 2,5 миллиона новым пересчетом других потерь по всем европейским странам в других концлагерях… Так что резервы для ремонта и постоянной реставрации волшебной колонны в честь шести миллионов у жрецов Холокоста всегда найдутся, и потому выиграть у них этот спор невозможно, да и, честно говоря, не нужно… Шесть миллионов – это не предмет знания, а предмет веры, как и вся религия Холокоста».

Об «индустрии Холокоста», о «религии Холокоста», об участии верхушки еврейской общины тогдашней континентальной Европы в дискриминации и уничтожении миллионов евреев, о тесных связях между сионистами и Третьим рейхом, о еврейских корнях многих лидеров нацистской партии и государства, о Холокосте как актуальном инструменте финансового и политического управления, обеспечивающем, в том числе, существование государства Израиль, писалось уже неоднократно, и Станислав Куняев здесь никакой Америки не открыл и никакого велосипеда не изобрел.

Зато он, кажется, впервые указал на то, что религия Холокоста и «церковь Холокоста» построены по образу и подобию католической церкви, где место Христа занимают шесть миллионов погибших евреев, место Духа Святого – «еврейская идентичность», действует и своя «инквизиция» (любые попытки критически исследовать феномен Холокоста в подавляющем большинстве стран Европы являются уголовно наказуемыми деяниями, то есть рассматриваются как преступление), и свои «монашеские ордена», и многие другие квазицерковные структуры, а также указал на претензию «религии Холокоста» стать единственной мировой религией, вытеснив и христианство, и ислам, и буддизм, и даже традиционный иудаизм.

«Религия Холокоста», как показывает и доказывает Станислав Куняев, подобно всякой «молодой» религии, отличается повышенной агрессивностью по отношению к «старым» религиям-«конкурентам», но в то же время по отношению к хасидской ветви иудаизма и сионизму выступает в качестве их внешней оболочки, «абсолютной бронезащиты», призванной утвердить вину всего человечества, даже никак не связанных непосредственно с Холокостом его частей, перед еврейством и привилегированное положение последнего даже не среди остальных народов мира, а над ними. Что, в свою очередь, способствует возрождению и процветанию в сионистской среде самых древних и жестоких «ветхозаветных» архетипов поведения и действия.

Георгий Судовцев

Газета «Завтра», № 30 (923), 2011 г.

ЗАПАДНЫЙ ТОТАЛИТАРИЗМ И РОССИЙСКАЯ СВОБОДА

На прилавках книжных магазинов появилась книга Станислава Куняева «Жрецы и жертвы холокоста». Понятие «холокост» (всесожжение) поясняется в аннотации к книге, родилось несколько тысячелетий назад на Ближнем Востоке во времена человеческих жертвоприношений, а новую жизнь оно обрело в 60-х годах прошлого века для укрепления идеологии сионизма и государства Израиль. Стой поры о холокосте сочинено бесконечное количество мифов, написаны сотни книг, созданы десятки кинофильмов и даже мюзиклов, организовано по всему миру множество музеев и фондов. Трагедия европейского еврейства легла не только в основу циничной и мощной индустрии холокоста, но и его расистской антихристианской религии, без которой ее жрецы не мыслят строительства зловещего «нового мирового порядка».

Таким образом, своим нынешним исследованием автор пополнил плеяду русских писателей, таких как Ф.Достоевский, М.Салтыков-Щедрин, Н.Лесков, В.Короленко, М.Горький, А.Солженицын, которые, по выражению историка профессора Арона Черняка, избрали еврейскую тему «объектом не только литературного творчества, но и теоретического и публицистического осмысления».

В свое время Павел Басинский писал в «Литературной газете»: «Несчастье русско-еврейской темы в том, что это не область свободного спора, но минное поле, на котором подорвалось не одно поколение интеллигенции». Что же подвигло Станислава Куняева взяться вновь за столь взрывоопасную тему? По всей видимости, ответом может служить признание Исраэля Шамира, известного израильского писателя-публициста, неоднократно цитируемого Станиславом Куняевым, который в одном из своих последних интервью заявил: «Холокост связан с новым тоталитаризмом, который господствует сейчас на Западе. Россия, признаюсь, – все-таки безумно свободная страна. В России можно высказывать такие крамольные мысли, которые западный человек побоится даже впустить в свое сознание. На Западе «фильтрование базара», если говорить по-простому, зашло очень далеко. На Западе нельзя высказывать такие мнения, которые в России допустимо высказывать. То, что Россия не принимает эти нормы, – это положительная вещь».

Однако «новый тоталитаризм» все явственней сжимает своими щупальцами и новую Россию. Жрецы – правда, в примерах Куняева на российском подиуме чаще выступают жрИцы – холокоста активизируют свою миссионерскую деятельность на просторах нашей страны. Об этом откровенно говорят приведенные автором слова из предисловия незаменимой Валентины Ивановны Матвиенко к русскому изданию труда С. Брухфельда и П. Левина «Передайте об этом детям Вашим. История холокоста в Европе, 1933–1945»: «Политический и исторический смысл запоздалого признания Россией места холокоста в истории цивилизации будет означать, что наша страна после многолетнего молчания сделала свой выбор и входит в общий ряд цивилизованных стран, для которых катастрофа Холокоста воспринимается как общечеловеческая, а не только национальная трагедия».

Куда же на сей раз вовлекают многострадальную Россию апологеты нового мирового порядка и что сулит ее народам «цивилизаторская» активность жрецов холокоста? Тема оказалась чрезвычайно сложной и горячей, если не раскаленной. Да и мировая жизнь все время добавляла топлива в этот мистический костер – вспомним хотя бы поистине библейскую судьбу несчастной Газы или поединок между Ватиканом и раввинатом по поводу холокоста».

Надо отдать должное Станиславу Куняеву – в исследовании собран колоссальный материал. Причем приводятся выдержки pro & contra из источников, порой враждебных друг другу и, тем не менее, дополняющих друг друга, создающих более объективную картину. Не удивительно, что писатель приходит к выводу о том, что одной из главных жертв насаждаемой доктрины холокоста становится еврейский народ с привитым ему недугом «истерического терроризма».

В подтверждение этого автор приводит цитату профессора С. Черняховского «Нервные и психические заболевания», опубликованную в почтенном научном издании «Еврейская энциклопедия»: «Большинство специалистов считают евреев самым нервным народом в мире, а характерным заболеванием являются среди них… так называемые функциональные неврозы. К этой группе заболеваний относятся: истерия, неврастения, эпилепсия, невралгия, истероэпилепсия, пляска св. Витта и тик…Характерными чертами истерии у евреев считают необыкновенную мнительность, прислушивание к своим ощущениям, преувеличение своих страданий и порой симуляции…» «Если поверить «Еврейской энциклопедии», – подводит он итог там же, – то становится понятным, что атмосфера, в которой поколениями пребывала еврейская коллективная психика, умело и корыстно использовалась пастырями еврейства. Не потому ли доля всемирных знаменитых отморозков террора, вышедших из еврейской среды, куда весомее, нежели у других народов?»