Приобретенную у Дарзо крольчатину подавали на первое. Этих кроликов мокрушник целый год подкармливал ядом из болиголова. Дозы были настолько небольшие, что гости не могли ничего почувствовать, если только не угостились закусками из скворцов. Те же, кто отведал и того и другого, должны были занемочь примерно через полчаса. Отравление болиголовом начиналось почти незаметно. Сначала пропадала чувствительность ног или же в них появлялась тяжесть. Потом странные ощущения распространялись но всему организму, затем появлялась тошнота и рвота. Те, кто попробовал и второе блюдо, могли забиться в конвульсиях.
Предугадать что-либо точно было невозможно. Отравительство полно загадок и неожиданностей. Разные люди реагируют на яды по-разному. В любом случае, с минуты на минуту должны были обнаружиться первые жертвы. Дарзо следовало сделать дело прежде, чем кто-то объявит о своем плохом самочувствии.
Он привязал к балке конец веревки. Стоила она баснословных денег, но была самой надежной из всех, которыми ему доводилось пользоваться. Укрепив ремни с оружием, созданные специально для этого задания, Дарзо просунул под них веревку и приготовился к спуску.
Король, его жертва, находился прямо под ним. Терять не следовало ни секунды. Дарзо взялся одной рукой за веревку. Он мог либо быстро съехать вниз, либо, если потребуется, в любое мгновение остановиться. Спуститься надлежало максимально быстро: самого Дарзо, окутанного тенями, было почти не видно, однако веревку он замаскировать не мог.
Возникшая из ниоткуда веревка над головой короля грозила мгновенно приковать к себе внимание. Стражники среагируют тут же — Вин Артуриан тренировал их должным образом.
Свободной рукой Дарзо достал два крошечных шарика, изготовленных из смеси различных грибов. Несмотря на малые размеры, раствориться мгновенно шарики не могли, а использовать порошок было бы проблематично.
Гости до сих пор молчали. Король, почти успокоившись, всхлипнул и увидел, что все взгляды устремлены на него.
— Чего пялитесь? — Он полил всю толпу водопадом ругательств. — Мы, кажется, празднуем свадьбу моей дочери! Пейте же, черт вас дери! Не молчите!
Схватив бокал, он осушил его.
Гости через силу заговорили друг с другом, а минуту спустя в зале уже царил оживленный гул. Очевидно, все гадали, не сошел ли король с ума. Он, наверное, и сам об этом раздумывал.
Его бокал снова наполнили. Виночерпий сделал первый глоток, подержал вино во рту и протянул бокал королю. Тот с шумом поставил его на стол.
— Ваше величество, — проговорил лорд-генерал Агон, — я хотел бы кое о чем побеседовать с вами наедине.
Король повернул голову. Дарзо, как молния, съехал вниз и остановился футах в десяти над столом. Расстояние было немалым, однако его это не смущало. Внезапно веревка чуть дернулась, и Дарзо закрутило вокруг своей оси. Довольно-таки медленно, и все же…
Он постарался не сосредотачивать на этом внимания. Не начинать же все сначала. Первый шарик упал в бокал, второй стукнулся о край, отлетел в сторону, прокатился несколько дюймов и остановился на столе.
Дарзо, сохраняя удивительное спокойствие, достал третий шарик и бросил в вино.
Король взял бокал и уже было собрался поднести его к губам, как лорд-генерал Агон сказал:
— Может, вам больше не стоит пить, ваше величество?
Он протянул руку с намерением забрать у Алейна бокал.
Дарзо не стал ожидать, что последует дальше, а достал короткую духовую трубку и взглянул на королевского мага, Фергунда Са'фасти. Увы, выстрелить Дарзо не успел, так как веревка продолжала крутиться.
Попасть следовало в лодыжку. Мокрушник надеялся, что под воздействием болиголова ноги мага успели занеметь настолько, что он не почувствует боль от входящего в плоть дротика. Дарзо поднес трубку к губам, но, повернувшись, опять не выстрелил, потому что король и лорд-генерал оживленно жестикулировали и загораживали мага руками.
«Проклятые одеяния!» — подумал Дарзо. Мантия мага почти полностью скрывала лодыжки. Прокрутившись еще круг, Дарзо отказался от затеи попасть именно в лодыжку. Маг беспрестанно переставлял ноги, а дротик у Дарзо был всего один. Халидорцы обработали его чем-то таким, что обещало блокировать волшебные способности мага.
Дарзо дунул в трубку. Дротик воткнулся Фергунду Са'фасти в бедро. Маг недовольно поморщился и наклонил голову, но в это мгновение к нему подскочил прислужник, работавший на Са'каге.
— Простите, сэр. Еще вина?
Слуга ловко выдернул дротик. С такими удивительными способностями он мог стать лучшим в городе карманником. Впрочем, ничего удивительного здесь не было. На Рота работали лучшие мастера своего дела.
— Не видишь? Мой бокал полон! — воскликнул мат. — Болван! Налакался? Тебе положено разливать вино, а не хлебать его!
Дарзо стал взбираться по веревке наверх и вздохнул с облегчением, лишь вскарабкавшись на балку. Выпил ли король вино, он понятия не имел, но все, что требовалось, Дарзо выполнил.
52
— Хорошо! Если вам так этого хочется, напейтесь вдрызг, — сказал Агон.
Его не волновало, рассердится ли король.
«А я-то решил, что научился с ним разговаривать, — подумал лорд-генерал. — Бесстыдник! Осрамил собственную дочь и человека, который ради спасения королевства отказался от всего, что любит!»
Уговорить короля согласиться на брак Логана Джайра и Дженин Гандер Агону удалось, но Алейн до сих пор не мог с этим смириться. Он завидовал красоте Логана, его уму, злился, что народ принял известие с такой неподдельной радостью, и досадовал, что Дженин не отказалась от брака, а вступила в него не раздумывая.
Главная цель была достигнута: король объявил Логана наследником. Агон полагал, что за десять лет службы этому исчадию ада не совершил ничего более полезного.
Логан, конечно, затаил на него злобу, но у королевства появилась надежда на спасение. Порой долг побуждает делать то, что при иных обстоятельствах человек постарался бы любым способом избежать. Агон исключительно из чувства долга находился на службе у Алейна IX. Логан был тоже не из тех, кто уклоняется от обязанностей, но, подобно Агону, не мог заставить себя радоваться своей участи.
Логан будет до гробовой доски ненавидеть Агона, зато у Сенарии появится достойный король. Благодаря его честности, уму и популярности королевство, быть может, наконец перестанет быть скоплением воров и душегубов.
Агон знал, на что идет, и сознавал, на что обрекает Логана. Парнишка был вынужден выбрать тот путь, на который по собственному желанию не свернул бы никогда в жизни. Агон видел, как приняла новость Сэра Дрейк, знал, что Логан будет век считать себя предателем, и так страдал, что сегодня вечером почти не прикасался к еде.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
