и не выпустит их из пасти. Они не знают, кто их папы, что несколько расстраивает их, особенно в дни Рождества. Они нуждаются в непрерывном питании. Когда еда появляется, им приходится драться за каждый кусок. И выживают только сильнейшие.
И всё-таки даже Луска не может удовлетворить все их потребности. Сейчас настало время, когда юные особи начинают понимать, что их братья и сёстры тоже хороши на вкус. Из каждого помёта в две-три тысячи потомков выживают только один или два.
Иначе говоря, их шансы на выживание выше, чем ваши!
Через мгновение последовал отдалённый взрыв и покачнул лодку.
– О-ох, это прямое попадание! – выкрикнул Кевин. – Эти глубинные бомбы очень хорошо действуют. И дизайн у них интересный. Он использовал многослойные бочки с порохом, усаженные Хоблобберами ударно-взрывного типа; они должны взрываться, когда бочка окажется под давлением. Потом он провертел дырки во всех бочках, кроме последней, и установил на их боках диски ручного набора номера. Это позволило ему выбирать степень цельности бочек. Чем больше дыр, тем глубже опустится бомба, прежде чем взорваться. Конструкция заимствована из книжек по земной истории.
– А ты слышал, Кевин, как выразилась Принцесса Пончик? Она назвала их «убивными бомбами», не «глубинными». По-моему, так даже лучше.
– Мне тоже нравится. Да неважно, как их называть. Луску так просто не прошибёшь. Без разницы, хороша ли конструкция. Она только стряхнёт и попросит ещё. У неё сегодня большая игра, – ликовал Кевин. – Но она выходит из зоны видимости. Похоже, оставшимся бомбам не суждено сработать.
– А ещё на то похоже, что это стекло вот-вот лопнет, – подхватил Трой. – Вот будет лафа!
– Дерьмо, дерьмо, – бурчал я.
Пока комментаторы трепали языками, я достал Хоблоббер, выдернул взрыватель и заменил его куском Хобгоблин-пуса; я приобрёл несколько таких кусков у Пустулы, когда мы в последний раз были на «Шёлковом Пути»[188]. Я прожёг взрывчатку насквозь, затем достал из инвентаря зелье и клейкую ленту и прикрепил флакон с зельем к Хоблобберу.
В кулинарной книге описывался более изящный вариант такого устройства, только с другим зельем. Я понятия не имел, сработает ли то, что я соорудил. Я обвёл жадным взглядом каюту в поисках места, где можно было бы установить бомбу так, чтобы вода не хлынула немедленно внутрь. Взгляд упал на капитанское кресло и миниатюрный холодильник возле него. Холодильник был твёрдо укреплён на своём месте. Я метнулся к нему, устроил свою импровизированную бомбу внутри, закрыл дверцу и укрепил её клейкой лентой.
Вот так.
Хронометр показывал, что остаётся восемь минут.
Иллюминатор издал треск. Рты налипли на стекло. Кевин и Трой продолжали выдавать дебильные комментарии.
– Друзья, в каюту! – прокричал я и бросился к двери капитанских апартаментов.
В углу небольшого помещения располагался колодец с лестницей, ведущей на шестой этаж. Его отгораживало от нас силовое поле.
– Зачем сюда? – спросила Катя.
Она зажгла новый факел и бросила его на пол. Мы втроём втиснулись в каюту. Закрывая дверь, я бросил последний взгляд на мостик. Стекло иллюминатора опять затрещало и покрылось паутиной трещин. Кевин и Трой охали и ахали.
– Затем, что это единственное помещение, которое не разрушится. И мы можем здесь надёжно закрыться. Мне нужна одна минута. Держите наготове ваши свитки. Трэн, скажи Вадиму, что возвращаться уже поздно. Пусть он остаётся наверху и запечатает дверь, если это возможно.
Ещё до того, как я заполучил вторые часы и последнюю часть Ворот Одичавших Богов, мы с Катей начали экспериментировать с двумя первыми их частями. Мы обнаружили, что если положить часы во второе отделение ящика для завода, часы сами собой настроятся на определённое время. После некоторых опытов мы убедились, что часы показывают свои координаты на данную минуту. Катя посвятила час записыванию комбинаций времени и места, тогда как я готовился к экспедиции на «Акулу» в стиле «туда-обратно».
Катя уже узнала некоторые интересные данные об артефакте, в том числе и способ очень приблизительно предсказывать местное время, особенно если я сообщал ей точное расстояние от места нашего пребывания до земного уровня моря.
– Если мы не найдём вторые часы, то, думаю, можно будет использовать эти как компас, по которому мы точно узнаем, где находимся относительно других точек. Мне нужно время, чтобы понять, как это делать, – сказала Катя перед тем, как мы отправились на вылазку.
Сейчас же в нашем распоряжении имелись все три части, а также абсолютно настоятельная потребность использовать артефакт.
Я вытащил первые часы и осмотрел их. Они всегда сами по себе начинали тикать, когда их вынимали из ящика для завода. Я отвёл стрелки назад, так, чтобы третья стрелка указывала в точности то направление, в котором я хотел двигаться. К одному месту вблизи города пазузу. Если нас телепортировало не слишком далеко, то артефакту потребуется не больше нескольких секунд на то, чтобы настроить себя. По крайней мере, в идеале.
Магическое окно с двумя вещателями не последовало за нами в каюту, но мы по-прежнему слышали их трёп. И не могло быть сомнений в том, что они по-прежнему видят нас.
– Похоже, Карл намерен бежать через ворота!
– Заткнись на хрен, Кевин! – рявкнул я.
Субмарину снова тряхнуло. Я завёл стрелку чересчур далеко и чертыхнулся.
Семь минут.
Я не хотел этого делать. План был ужасен. Он временно выручит нас, но и ударит по всем, кто находится в пузыре. Мордекай говорил, что некоторые из одичавших монстров в буквальном смысле больше, чем весь пузырь. А что будет потом? До тех пор, когда будет взят последний замок, мы застрянем во власти тех, кого я вызову.
Я знал: именно этого они от меня добивались. И снова я не мог не ощущать, что нас подталкивают на эту тропу. Было очевидно, что я пойду по ней. Игра каким-то образом убедила Хенрика прийти сюда и погибнуть, чтобы оставить после себя последнюю часть ворот. Мы подведены к битве с боссом и поставлены в безвыходное положение. Мы не могли продраться отсюда даже с боем. Ни единой, на хрен, возможности. Невозможная битва. Даже если мы просочимся сквозь деток, что тогда? Мы уже проглочены.
Нет путей, ведущих к победе. Оставалось уповать только на то, что магические ворота позволят нам ускользнуть.
Карл: «Пончик, вы все вернулись на место?»
Пончик: «НЕТ! ВЕТЕР НАЧАЛСЯ РАНЬШЕ ОБЫЧНОГО! ФИРАС ГОВОРИТ ЧТО ВЕТЕР ДУЕТ НЕ ТАК КАК РАНЬШЕ, И ИЗ-ЗА ЭТОГО ИМ ТЯЖЕЛО ПРИДЕРЖИВАТЬСЯ КУРСА. МЫ ТОЛЬКО ПОДНИМАЕМСЯ ВЫШЕ И ВЫШЕ. НАМ ПРИОДИТСЯ ВОЗВРАЩАТЬСЯ В ГОРБАТЫЙ ГОРОД!»
Твою же мать. Это скверно. Я не хотел этого делать.
