Мысли Рейша внезапно прервались — корабль осветило какое-то слабое мерцание. На всякий случай он пошел проверить; свет исходил от оранжевых линий, мелькающих на экране радара. Через пять минут он потемнел, и Адама охватило щемящее ощущение одиночества.
Утро выдалось ясным, солнце уже довольно высоко поднялось, а небо было таким чистым и прозрачным, что каждый холмик и даже камень оставляли длинную черную тень. Подняв воздушный корабль, Анахо полетел над землей низко-низко — он тоже заметил оранжевое мерцание прошлой ночью. Пустынная местность становилась все менее угрюмой: появились небольшие рощицы дымчатых деревьев, а вскоре и черные раскидистые деревья и кустарники.
Корабль достиг Первого моря и повернул на запад, следуя вдоль береговой линии. Они миновали несколько деревень — беспорядочно рассыпавшихся домов из темно-коричневого кирпича с коническими крышами из черного железа, стоящих около рощ огромных деревьев, которые, по словам Анахо, считались священными. Небольшие пирсы, выглядевшие сверху как мертвые сороконожки, врезались в темную воду; вдоль всего берега покачивались на привязи лодки, сделанные из черного дерева. Через сканскоп Рейш заметил людей с горчично-желтым цветом кожи, одетых в черные халаты и высокие черные шапки. Они хмуро смотрели вверх на пролетающий корабль.
— Кхоры, — заявил Анахо. — Странный народ, у них своя, особая жизнь. Они разные днем и ночью — во всяком случае, так гласит молва. Каждый имеет две души, которые приходят и уходят с рассветом и на закате солнца, поэтому любой кхор — это два различных человека. О них ходят удивительные истории. — Он махнул рукой. — Видишь там, впереди, место на берегу, похожее на воронку?
Посмотрев в указанную сторону, Рейш заметил одну из уже попадавшихся им рощ и ряд мрачных коричневых домов с крышами из черного железа. От небольшой площади шла дорога через холмы на юг, в сторону Карабаса.
Анахо продолжал:
— Это священная роща кхоров, где, как говорят, происходит обмен душ. А рядом видна остановка моторных повозок и дорога на Мауст. Дальше лететь на воздушном корабле нельзя, мы должны спуститься и поехать в Мауст как обычные охотники за цехинами; так будет лучше.
— Но останется ли здесь корабль, когда мы вернемся?
Анахо показал вниз, в сторону причала.
— Видишь лодки на якоре?
Посмотрев через сканскоп, Рейш увидел три или четыре дюжины суденышек.
— Эти лодки, — объяснил дирдирмен, — доставляют собирателей цехинов в Кхораи из Коада, Хедаджи, островов Лоу, со Второго и Третьего морей. Если их владельцы возвратятся в течение года, то забирают свои лодки и отправляются отсюда домой. Если же не появляются, то их имущество становится собственностью начальника причала. Мне кажется, нам тоже имеет смысл заключить такой договор.
Возражений не последовало, и дирдирмен начал снижаться к берегу.
— Запомните, — предупредил Анахо, — кхоры — обидчивый народ! Не заговаривайте с ними. Не обращайте на них внимания, а если уж придется, старайтесь объясняться как можно короче. Они считают болтливость самым страшным пороком. Не подходите к кхору против ветра, впрочем, по ветру тоже; они могут принять это за проявление враждебности. Никогда не смотрите на женщин, детей: кхоры решат, что вы хотите их сглазить. И, самое главное, даже не пытайтесь приблизиться к священной роще. Основное оружие кхоров — железное копье, которое они метают с поразительной точностью. Это очень опасные люди!
— Будем надеяться, что мы ничего не перепутаем, — усмехнулся Рейш.
Воздушный корабль опустился на сухую гальку. В ту же минуту к ним быстро подбежал высокий худой смуглый мужчина со впалыми щеками и острым, как вершина скалы, носом. Полы его коричневого холщового халата развевались на ветру. Заблестевшими от возбуждения, запавшими глазами он осмотрел летательный аппарат и визгливо воскликнул:
— Вы направляетесь в Карабас, в этот ужасный Карабас?
— Вообще-то мы собирались туда, — осторожно сказал Рейш.
— Продайте мне ваш воздушный корабль! Четыре раза я проникал в Зону. Я так искусно прятался за скалами, что сумел выбраться живым. Теперь у меня есть цехины. Продайте мне ваш воздушный корабль, чтобы я смог возвратиться в Холангар.
— Весьма сожалею, но он пригодится нам самим, когда мы вернемся, — ответил Рейш.
— Я же предлагаю вам цехины, пурпурные цехины!
— Они нам ни к чему. Мы собираемся туда, чтобы найти свои собственные.
Худой мужчина отчаянно взмахнул руками и с безумным видом быстро побежал вдоль берега. Но визиты на этом не закончились. Вскоре к путешественникам приблизились два кхора — стройные, хорошо сложенные мужчины в черных одеждах и цилиндрических черных шапках, в которых они казались еще выше ростом. Их горчично-желтые лица сохраняли суровую невозмутимость; носы у кхоров были тонкие и маленькие, а уши походили на хрупкие ракушки. Прекрасные черные волосы они подняли вверх и убрали под высокие шапки. Как решил Адам, кхоры представляют собой особую разновидность людей, наподобие часчменов, и, судя по всему, произошли от какого-то маленького, давно исчезнувшего племени.
Старший заговорил тонким мягким голосом:
— Зачем вы здесь?
— Мы собираемся за цехинами, — ответил Анахо. — И надеемся оставить воздушный корабль на ваше попечение.
— Вы должны заплатить за это. Воздушный корабль — ценная вещь.
— Вам же будет лучше, если нам не удастся вернуться. Нам нечем платить.
— Если вернетесь, должны будете заплатить.
— Мы не станем платить. Будете настаивать — полетим прямо в Мауст.
На горчично-желтых лицах не отразилось никаких чувств.
— Очень хорошо. Можете оставаться, но мы даем вам разрешение только до месяца Темас.
— Всего три месяца? Слишком мало времени! Разрешите нам оставить здесь корабль до конца Меумаса, а еще лучше Азаимаса.
— Хорошо. До Меумаса. Ваш воздушный корабль будет в безопасности; никто не подойдет к нему, кроме тех, у кого вы его украли.
— Он должен быть в полной сохранности, мы не воры.
— Будь по-вашему. До первого дня Меумаса. Плата по первому требованию.
Трое друзей взяли свои вещи и направились через Кхораи к стоянке моторных повозок. Под открытым навесом готовилась к отправлению одна из повозок; около нее столпилось множество людей из всех уголков Тчаи. Друзья оплатили проезд и через час отбыли из Кхораи на юг к Маусту.
Моторная повозка ехала по голым холмам и высохшим болотистым низинам, остановившись только ночью у гостиницы, которую обслуживали несколько белолицых женщин. Судя по их поведению, они или принадлежали к секте, исповедующей священную проституцию, или были просто шлюхами. И еще долго после того, как Рейш, Анахо и Траз улеглись спать на скамьях, которые служили кроватями, из прокуренной общей комнаты доносились пьяные выкрики и дикий смех.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
