Мария Петиско с ней соглашается, хотя ей нелегко быть верной мужчине, ведь к ней в постель нисходят боги, не спрашивая ни имени хозяина матраца, ни подушки, ни даже её самой.
Тереза уже одета и причёсана. Мария Петиско надевает ей ожерелье Янсан, завораживающе красивое, символ победы над смертью — подарок Ваддомира Рего, ювелира, одевающего божество кандомбле. Аналия подводит её к зеркалу, чтобы она полюбовалась на себя, такую красивую и такую печальную.
Пока подруги приводят себя в порядок, Тереза смотрится в зеркало и видит кроваво-красное ожерелье победы на той, что сражена и кончилась. Старая, уставшая воевать, с умершей душой.
Она вспоминает события и давно ушедших людей. Доктор, капитан, Яулу Сантос, её ребёнок, так и не увидевший света. Тюрьму, пансионы, жизнь в Эстансии, места, где она бывала, плохое и хорошее, кнут и розу. Сколько же ей исполнилось совсем недавно в тюрьме, куда её доставили в день забастовки? И избили, избила полиция нравов. Двадцать шесть? Не может быть. Вот сто двадцать шесть — это похоже, а может, и тысяча двадцать шесть. Кто считает возраст в час смерти?
И вдруг в дверях шум, убеждающий кого-то голос доны Фины, потом ответ, смех. Тереза вздрагивает, сердце колотится. Кто же это говорит таким рокочущим низким голосом, напоминающим шум моря?
Она выходит замуж? Может быть, но только за меня! Тереза, не веря своим собственным ушам, в волнении встаёт со стула, неуверенно выходит в коридор, смотрит со страхом. У двери стоит гигант, морской орёл, готовый ворваться в дом любой ценой, он живой, невредимый, да, это он! Рыдая, Тереза бросается в объятия Жануарио Жеребы.
— Свадьба не состоится! — объявляет Мария Петиско, оставив такси у дома Алмерио.
Она оставила Терезу в объятиях капитана Жеребы. Так он не утонул, он жив? Жив! Жив этот чудо-мужчина, до чего же везучая Тереза! Оказывается, он и Токиньо, тоже баиянец, за три месяца до кораблекрушения рассчитались и списались на сушу. И всё это время добирались домой, не спеша, знакомясь с миром. Когда же он прибыл в Баию, кум Гунза рассказал ему всё, что здесь за это время случилось. Пусть друг Алмерио простит, но свадьбы не будет.
Как описать потрясение Алмерио, которого он не мог скрыть! Все бумаги готовы, оплачен праздник. Но прошли первые минуты потрясения, и любознательность читателя бульварных романов, постоянного слушателя радионовелл, привыкшего ставить себя на место героев мелодрамы, победила, и Алмерио захотел узнать всё доподлинно. И поверьте, через полчаса разве что не прослезился. Мария Петиско вошла в дом, чтобы сообщить новость, почти одновременно с судьёй и священником. Судья ушёл тут же, а дон Тимотео остался на случай, если Алмерио потребуется утешение церкви.
— А что же будет со всей этой едой? — спросил старый Мигел Сантано, который, позавтракав легко, хранил место для яств свадебного стола.
— Боже, так не будет праздника! — воскликнула негритянка Домингас, приготовившаяся танцевать самбу всю ночь напролёт.
В этот самый момент в зал вошёл Алмерио дас Невес в сопровождении Аналии и, услышав эти сетования, развёл руками: Бог видит, его вины тут нет. Свадьбы не будет, для него это печально, но Тереза счастлива: жених, которого она считала погибшим, пришёл вовремя.
Было бы плохо, если бы он пришёл чуть позже. И великодушный влюблённый жертвует своим счастьем ради счастья любимой.
— Так будем же праздновать, — предложил композитор Кайми. Он славился тем, что всегда и очень вовремя мог подать хороший совет.
Алмерио окинул взглядом полный гостей зал, толпящихся в коридорах, уставленные яствами длинные столы, бутылки во льду, джаз-банд, и на его лице заиграла улыбка, согнавшая с лица бывшего жениха печаль и разочарование. Самоотверженный человек громко, так, чтобы его слышали все присутствующие и вся Баия, сказал:
— Свадьбы не будет, но праздник не отменяется! Откупоривайте шампанское!
— Вот это верно! — откликнулся Мигел Сантана, устремляясь в столовую.
И хотя бракосочетание не состоялось, свадьба Терезы Батисты продолжалась всю ночь и при полном веселье. Съедено было всё, как, кстати, и выпито. Да, такой пир в наше время может быть только в Баии! Приобщившись к угощению, музыканты играли всю ночь, не переставая, танцы кончились лишь к утру на улице под аккомпанемент «Электрического трио». В середине ночи твёрдо державшийся Алмерио разговорился с Аналией, с которой танцевал всё время. И она призналась ему, что не рождена быть проституткой, что очень любит детей и… Вот это уже похоже на начало романа!
75
Под надутым ветром парусом скользит баркас по водам Баии. Лёгкий бриз, глубокая ночь над заливом. Обрызганная волнами, вдыхающая солёный аромат моря, стоит у борта баркаса родившаяся вновь Тереза Батиста с развевающимися по ветру чёрными волосами и поющей «аллилуйю» душой! Она прижимается к груди Жануарио Жеребы. Он у руля, проверяет качество парусника.
— Если у него хороший ход, куплю в рассрочку, кум Гунза положил мои деньги в банк под проценты. Кум — молодец! Так какое ему дадим название?
Прежде чем ответить, Тереза говорит:
— А ты знаешь, что я убила человека? И хоть он был очень плохим и заслужил это, бремя смерти мучит меня до сих пор.
Жануарио прячет глиняную трубку.
— Ну так давай сбросим это бремя в воду, и с концами. Был хуже некуда, пусть отправляется к акулам. И ты от него свободна.
И она улыбается ночи, в её улыбке рассвет и солнце. С этим покончено, но есть ещё, Жану…
— Ещё один человек умер в час близости со мной. Не знаю, каким он был с другими, но со мной был хорошим, в нём я видела друга и отца. Его смерть не оставляет меня в покое.
— Если он умер в час блаженства, то ему прямая дорога в рай. Таким покровительствует Господь. Пусть он пребывает в раю, освободись от его смерти, но сохрани в памяти всё хорошее, что он тебе дал.
Воды моря раскрылись и тут же сомкнулись. Тереза глубоко вздохнула. Жануарио спросил:
— Есть ещё… кто-то? Если есть, пользуйся возможностью, сбрось здесь. Неподалёку я опустил в воду останки моей покойницы.
Тереза думала о своём ребёнке, которому не суждено было увидеть свет, его вырвали из её чрева. И тут, положив свою руку на руку Жануарио Жеребы, любимого ею Жану, она принудила направить парусник к бамбуковым зарослям небольшой бухточки, в укромное, уединённое место. Легла на корме парусника и попросила:
— Сделай мне сына, Жану.
— Я готов, как же может быть иначе.
И это случилось там, на заре, где сливаются воды реки и моря.
Баия, март — ноябрь 1972 г.
Примечания
1
Терреиро — место, где проходят праздники афро-бразильского культа кандомбле, макумба. — Здесь и далее примеч. пер.
2
Мать Святого — старшая жрица на кандомбле.
3
Иалориша — жрец на кандомбле.
4
Ошосси, Ошун — божества афро-бразильского культа.
5
Пусть раковина твоя будет твёрже,чтобы нежность твоя была нежнее,нежность, как вода: непобедима.
Андре Бей. Любите ли вы улиток?
6
Сертан — засушливый район Бразилии.
7
Кабокло — метис от брака индейца и белого; кафуз — метис от брака индейца и негра, нефа и мулата.
8
Кашаса — бразильская водка
9
Доктор — в Бразилии — человек, получивший высшее образование, на пальце он носил докторское кольцо.
10
Капитан — звание капитана или полковника в Бразилии присваивалось крупным землевладельцам.
11
Легуа — мера длины.
12
Крузейро — денежная единица Бразилии.
13
Оган — жрец.
14
Cey — сокращённая форма от «сеньор». Употребляется обычно в простонародье.
15
Португа — пренебрежительное обращение к португальцам в Бразилии.
16
Иеманжа — богиня вод.
17
Шанго — верховное божество афро-бразильского культа.
18
Кангасейро — наёмник, бандит.
19
Омолу — богиня чёрной оспы в афро-бразильском культе.
20
Жозе Мария Эса де Кейрош — португальский писатель — классик литературы XIX века.
21
Безголовый Мул — мифическое чудовище.
22
Фидалга — дворянка.
23
Жагунсо — бандит, наёмник.
24
ABC — распространённый в Бразилии фольклорный жанр баллады. Здесь: рассказ о жизни популярной героини, каждая глава которого начинается с определённой буквы алфавита.
25
Фазендейро — помещик, владелец большого дома и земель.
