— Да. Потому и…
— Из машины выходили, чтоб колесо поменять?
— Ну конечно!
— Тогда почему вы до сих пор живы?
Иван замолчал, не зная, что сказать. Горожане смотрели на него, явно ожидая ответа.
Дама в очках подошла ближе.
— Ну что ты к нему пристал, Бревнов. Видно же, что он ничего не соображает. — Она подала Ивану длинную тонкую ладонь. — Галина Андреевна. Завуч местной школы. Была.
— Слышь, Андревна, — подал пропитой голос ханурик, — если этот приехал, значица, мы могем выехать?
— Можешь попробовать. А мы посмотрим.
Иван пожал завучу руку.
— Иван Быков. Э-э… Турист. — Сфера деятельности и подписки о неразглашении постоянно накладывали на Ивана ограничения в подобных беседах.
Депутат сопливо хмыкнул.
— Турист! Знаем мы таких туристов. Американцы небось подослали.
Завуч поморщилась.
— Какие американцы, окстись, Бревнов.
— Подождите, — наконец собрался с мыслями Иван. — Я ничего не понимаю. Что вы вообще здесь делаете? Что с городом? Что происходит?
Горожане переглянулись.
— Если коротко… — начала было завуч. И тут с улицы послышался какой-то звук — словно скребли железом по стеклу. Завуч резво отпрыгнула в сторону, и в ее руках вдруг оказался обрез охотничьей двустволки. Камуфляжный амбал пробормотал что-то вроде «Ну, я же предупреждал» и передернул дробовик. Дети, депутат и; ханурик шумно бросились в сторону прилавков. Продавщица медленно вытянула из-за спины старый «калашников» и сказала:
— Вообще, Андревна, лучше не рассказать, а показать. Так нагляднее.
— И то верно, — одобрила завуч, загоняя в обрез красные цилиндрики. — Очки!
Амбал достал из широкого нагрудного кармана большие зеркальные очки и отдал их Ивану:
— На, возьми мои пока.
Иван повертел их в руках. Солнцезащитные очки он носил только на курортах.
— Зачем?
— Затем, что без них околеешь, — ответила Андревна. — А теперь осторожненько подойди к витрине, вон туда, там дырочка есть. И посмотри.
Только сейчас Иван заметил, что все витрины в магазине плотно заклеены темной бумагой, а кое-где фольгой.
— И что я увижу? — спросил он.
Никто не ответил.
Иван покачал головой, нацепил очки на нос и шагнул к витрине.
* * *
Из ступора его вывел крик амбала:
— Эй, оторвите его кто-нибудь! Он же не знает, что долго смотреть нельзя!
Иван с трудом отвернулся от узкого отверстия между двумя листками пищевой фольги. Шагнул в сторону, прислонился затылком к холодной стене и медленно сполз на пол. Потом снял зеркальные очки и спросил хрипло:
— А что у них с глазами?
Амбал хохотнул:
— Вот чудила! Тебе только это показалось странным?
— Точно неизвестно, — ответила Андревна. — Какое-то новое оружие. Вроде излучателя. Если смотреть им в глаза без защитных очков, наступают неминуемые кранты. В очках тебе просто видения мерещатся, а без очков погибаешь. Зеркальная поверхность, видимо, нейтрализует значительную часть излучения.
Иван вспомнил сверкающие белые глаза на темно-серых лицах тех, кто неподвижно стоял сейчас там, на улице, и его передернуло. То, что ему казалось в те бесконечные мгновения, лучше было загнать поглубже и никогда больше не вспоминать.
— Кто это вообще такие?
— Это горожане, Быков, — пожала плечами завуч. — Бывшие горожане. Скорее всего мертвые, но я не уверена. По крайней мере, они ходят и даже иногда бегают. Звучит бредово, но уж как есть.
— Слышь, Андревна, — сказал ханурик, подняв голову из-за прилавка. — Давай ему фокус с пулей покажем. А то ведь не поверит.
Завуч покачала головой.
— Опасно. В конце концов, без разницы, поверит он или нет. Что вы намерены делать, Быков?
— Колесо. Возьму колесо. — В голове до сих пор крутилась дикая картина безмолвно стоящей вдоль магазина серой шеренги, грохот пальбы и лохмотья грязной взвеси, в которую превращались странные существа при попадании. От автоматных очередей их разваливало на темные куски, от крупного калибра отбрасывало назад и размалывало в мелкую пыль. — Возьму колесо, и все.
— Из города ходу нет. Не знаю, как и почему они нас пропустили, но обратно наверняка не выпустят. Долго они тут, конечно, стоять не будут, разбредутся скоро. На улицах достаточно ловушек, чтобы вырубить любой двигатель, остановить любую машину, заблокировать двери. И тогда вы будете просто сидеть и ждать, когда они за вами придут. Позавчера ночью полгорода видело так в машинах и автобусах. Тоже хотели уехать. Вы счастливый человек, раз не слышали их крики. Били стекла, пытались выбраться, бежать… Те, за кем пришли на дом, оказались более везучими. Особенно во сне. Они хотя бы не мучились.
— Вторжение это, — подал голос депутат. — Американцы. И самолет американский был. Вон, пацан не даст соврать. Он его вблизи видел.
— Какой самолет? — насторожился Иван.
Пионер в галстуке высунулся из-за колонны:
— А такой самолет, дяденька. Большой, ржавый. Как сел, так все и началось. И Клюкву прямо по аэродрому размазало…
— Какую клюкву?
— Михаил Клюквин, — пояснила завуч. — Девятиклассник, местный хулиган. Двоечник. Первая жертва, видать. Если верить этому оболтусу.
— И как выглядел этот самолет? Можете вспомнить? Подробности?
— А чего вспоминать-то, — депутат вышел наконец из-за прилавка. — У меня шофер его даже сфотографировать успел, прежде чем… Вот, хотели отправить в райцентр, да не успели. — Он достал из-за пазухи несколько карточек. — Говорю же, американцы. У нас таких точно нет. Да еще без опознавательных знаков. Диверсия это. Новое оружие. Третья мировая. Надо срочно выбираться и предупреждать. А мы тут прохлаждаемся. Войска пусть посылают, спецназ. Три дня прошло, а никого…
— Да какой спецназ, батя, — сказал камуфлированный амбал. — С ним будет то же, что и с нашим взводом. Линять отсюда побыстрее, и пусть сверху сыплют. Прогрессивным методом коврового бомбометания. Чтоб даже пыли не осталось.
Иван уже не ничего не слышал. Он смотрел на размытые серые фотографии.
* * *
— Ну как, турист, — сказал депутат, — знакомо?
Иван помолчал, для вида разглядывая фотокарточки и чувствуя, как стекает по спине холодный пот. Потом вернул их, стараясь, чтобы не особо дрожали руки.
— Не. Никогда таких не видел. Что-то старое, судя по состоянию. Летучий голландец какой-то. Он точно сам прилетел?
— Зуб даю, — сказал пионер. — Спланировал, тихо так. Без двигателей. Как дельтаплан.
— Ничего себе дельтаплан, — проворчал депутат. — Размером с Як-40 будет, не иначе. Как он мог без двигателей-то, а?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
