– Проводите этого человека к выходу, – велел Превин, когда один из охранников положил руку в перчатке на плечо Локка. – Только, пожалуйста, со всей любезностью.
– Слушаюсь, господин Превин. А вас, сударь, прошу сюда.
По меньшей мере трое крепких мужчин помогли Локку подняться с места и проворно вывели сначала в главный проход посередине Общественного зала, затем в холл и наконец на ступени банкирского дома. Дождь уже прекратился, и в воздухе витал свежий запах пара, поднимавшегося от теплых камней.
– Не советую показываться здесь впредь, – промолвил один из охранников.
Все трое пристально смотрели вслед Локку, пока тот спускался по ступенькам мимо идущих навстречу деловых людей, которые не обращали на него ни малейшего внимания – в отличие от нескольких желтокурточников, с интересом наблюдавших за происходящим.
– Проклятье… – пробормотал Локк, быстрым шагом направляясь на юго-запад.
Сейчас он намеревался перейти через мост на Виденцу и отыскать там портного.
3
Водяные часы отзванивали полдень, когда Локк вернулся к ступеням банкирского дома Мераджо. Светлый костюм «Таврина Калласа» он сменил на темный льняной дублет и дешевые черные бриджи с черными чулками. Седые волосы скрывались под черным бархатным беретом, козлиная бородка исчезла (он еле ее отодрал, чуть ли не с кожей, и решил отныне всегда носить с собой растворитель для клея), а вместо нее появились тонкие усики. Лицо у Локка раскраснелось от жары и быстрой ходьбы, одежда местами уже промокла от пота. В руке он держал свернутые в трубку пергаментные листы (пустые). Когда Локк вошел в холл и обратился к охранникам, в речи его слышался легкий талишемский акцент.
– Мне нужен стряпчий. На прием я не записан, никого здесь не знаю, поэтому согласен подождать, пока кто-нибудь освободится.
– Стряпчий, значит… – Уже знакомый Локку охранник полистал справочную книгу. – Вот, пожалуйста: Даниэлла Монтегю, Общественный зал, шестнадцатый стол. Или… Этьен Акало, тридцать шестой. Там есть огороженные места для ожидания.
– Вы очень любезны, – сказал Локк.
– Имя, квартал?
– Галдо Авриллан. Я из Талишема.
– Писать умеете?
– А как же! Даже вензеля ногами.
Охранник недоуменно воззрился на Локка, и только спустя несколько секунд, когда один из двоих других парней прыснул со смеху, на лице у него медленно проступило понимание. Однако до улыбки он не снизошел.
– Поставьте здесь свою подпись или какой-нибудь иной знак, господин Авриллан.
Взяв протянутое ему перо, Локк размашисто начертал заковыристую подпись рядом с именем «ГАЛЛДО ОВРЕЛАН», дружески кивнул охранникам и неспешно двинулся к Общественному залу.
Остановившись при входе словно бы в легком замешательстве, Локк быстро обшарил взглядом огромное помещение и – вместо того, чтобы пройти к огороженным медными перилами местам для ожидания, – направился прямиком к конторке под номером двадцать два, подле которой в настоящую минуту не было клиента. Хорошо одетый молодой человек, сидевший за ней, сосредоточенно строчил что-то на пергаментном листе. Локк опустился в кресло напротив и негромко кашлянул.
Служащий поднял голову. Он был каморрец стройного телосложения, с зализанными назад каштановыми волосами и большими влажными глазами за очками в тонкой оправе. Одет он был в кремовый камзол с лиловой подкладкой, видневшейся с изнанки манжетов, и лиловых же тонов жилет и рубашку. Шейные платки ниспадали на грудь пышными сборчатыми складками кремового и темно-пурпурного цвета. «Наряд чересчур щегольской, пожалуй, – подумал Локк. – И парень явно выше меня на пару дюймов – но это невелика беда».
– Не желаете ли вы, сударь, положить в свой карман пять беложелезных крон еще до наступления вечера? – спросил Локк веселым и доверительным тоном, не забывая о легком акценте.
– Я… что… пять… Вы меня врасплох застали своим вопросом, сударь. Чем я могу быть полезен? И кто вы такой, позвольте поинтересоваться?
– Меня зовут Галдо Авриллан. Я из Талишема.
– Вот как! Вы говорите, пять крон? Обычно за свои услуги я беру гораздо меньше. Какое же у вас ко мне дело, разрешите узнать?
– Ваши услуги – ваши профессиональные услуги – мне не требуются, господин…
– Магрис. Арманд Магрис, – представился служащий. – Но… если вы меня не знаете и в услугах моих не нуждаетесь…
– Плачу белым железом, как я сказал. – Локк проделал нехитрый фокус с той же монетой, которую двумя часами ранее выкладывал на стол Кореандра Превина: она, словно по волшебству, выпрыгнула у него из кулака и легла на костяшки пальцев (перекатывать монетки по костяшкам, как делали братья Санца, Локк так и не научился). – Пять беложелезных крон за пустяковую услугу, хотя и несколько необычную.
– В каком смысле необычную?
– Видите ли, господин Магрис, я попал в полосу невезения. Я являюсь торговым представителем кондитерской фирмы «Стролло и сыновья» – крупнейшего в Талишеме поставщика десертов и сластей. Я прибыл морем из Талишема, чтобы встретиться с несколькими возможными клиентами в Каморре – высокопоставленными клиентами, знаете ли. Два благородных дона и их супруги рассчитывают с помощью моих хозяев разнообразить свой стол новыми кулинарными изысками.
– Вы желаете, чтобы я составил проект договора о сотрудничестве… или о продаже?
– О нет, господин Магрис, у меня к вам дело далеко не столь обыденное. Прошу вас выслушать до конца историю моих злоключений. Я отбыл из Талишема на корабле, взяв с собой дюжину упаковок с образцами изысканных десертов, каких не готовят даже знаменитые каморрские повара: разноцветными леденцами отменного вкуса, шоколадными конфетами с начинкой из алхимического крема, коричными пряниками с глазурью из аустерсалинского бренди и прочими дивными лакомствами. Мне предстояло отобедать с нашими возможными клиентами и позаботиться о том, чтобы они пришли в восторг от кулинарного мастерства моих хозяев. Знаете, ведь для одних только праздничных пиров закупается сластей на такие суммы, что голова кругом… в общем, речь идет о чрезвычайно важной для нас сделке.
– Нисколько не сомневаюсь, – сказал Магрис. – Похоже, работа у вас весьма приятная.
– О, я был всем доволен, если бы не одно прискорбное обстоятельство, – вздохнул Локк. – Доставивший меня сюда корабль – хотя и впрямь быстроходный, как мне обещали, – кишмя кишел крысами.
– Боги мои! Уж не хотите ли вы сказать…
– Да, мой товар, – горестно кивнул Локк. – Мой превосходный товар хранился в ненадежных упаковках и вдобавок не на виду, что облегчило дело чертовым грызунам. Они жадно набросились на сласти и подчистую уничтожили все, что я вез с собой.
– Печально слышать о вашей утрате, – сказал Магрис. – Чем же я могу вам помочь?
– Товар лежал вместе с моей одеждой. И вот в довершение всех бед мой гардероб, погрызенный крысиными зубами и испачканный, прошу прощения, пометом, пришел в полную негодность. В дорогу я оделся очень просто, и теперь это единственный костюм, оставшийся у меня.
– О Двенадцать, ну и положеньице! У ваших хозяев есть счет в банке Мераджо? Вы можете взять кредит на покупку нового платья?
– К сожалению, нет. Мы думаем открыть здесь счет, я уже давно убеждаю хозяев в такой необходимости. Но пока еще мы не сделали этого, и вот теперь у меня нет возможности срочно раздобыть денег, а сегодняшняя деловая встреча очень важна для нас, чрезвычайно важна. Пускай я не могу представить образцы нашего товара, но я должен по крайней мере появиться на обеде с объяснениями и извинениями, дабы не оскорбить наших возможных клиентов. Один из них – человек очень привередливый и требовательный. Крайне привередливый и требовательный. Если я не приду на встречу, хотя бы и с пустыми руками, он непременно распустит в своих кругах слух, что фирма «Стролло и сыновья» не заслуживает доверия. Это страшно повредит нашей репутации, не только деловой, но и человеческой.
– Да, иные аристократы излишне строги в соблюдении принятых порядков. Но я по-прежнему не понимаю, чем же могу вам помочь в данных обстоятельствах.
