— Почему мама? — Стив пожал плечами. — Я живу один.
— Хорошо тебе одному. Хватает на ягнячью куртку и на танцевальные ботиночки из перчаточной кожи. Все новое, ручной работы.
— Почему танцевальные? — неожиданно для себя покраснел Стив. Он никогда не сравнивал! — Просто они удобные!
— А где ты их купил?
— На базе, при лаборатории есть магазин.
— Да? Такие вещи не продаются в магазинах. Покажи, — Рон отвернул полу куртки.
— Что? — Стив развел руки.
— Вот — только цех в Ахае шьет такие куртки, но у тебя нет клейма цеха. Это значит, что это вещи для ажлисс.
— А если я ажлисс, то что? — разозлился Стив. — Мне нельзя с тобой дружить?
— Можно, но почему ты не скажешь правду? Это же здорово! А что ты сделал, чтобы стать ажлисс?
— Рон, я не могу говорить. Мне нельзя.
— Ты прямо как маленький! — засмеялся Рон. — Прямо не верится, что ты ажлисс! Я бы никогда не поверил, что ты уже старый дедуля! Ну, сделал в первой жизни что-то секретно-важное. Хорошо, я не буду спрашивать. Ажлисс! Теперь ясно... Ты и в храм ходишь? И молишься?
Стив получил шутливый удар в плечо и задумался над ответом.
— Смотри, Яника идет, — отвлекся Рон. — Бросай сумку за дверь, пойдем, я вас по парку проведу.
*
По знакомому с детства зоопарку Стив мог сам водить экскурсии. Поэтому покорно шел сзади и, подслушивая Янику, копировал ее реакции. Однако у Ронаха был ключ от закрытых для посетителей мест: на задворках парка была целый комплекс с фабрикой-фермой! Кормовая, госпиталь и инкубаторий. И там уже не пришлось притворяться — инкубаторы для яиц Стив видел впервые. Хотя дикусы и сами буйно размножались по всем кустам, оказывается, большую часть их яиц высиживали в шкафах с подогревом, а полученных цыплят подпускали к специально отобранным квочкам в разгороженных на загончики цехах выращивания.
Вышли с фермы в сумерках. Без музыки, объявлений и людей, сафари выглядело таинственно. Слабоосвещенные дорожки, исчезающие в лабиринтах кустов. Причудливо подстриженные деревья с неожиданной подсветкой. Казалось, даже воздух стал чище и гуще. Словно в постоянном процессе жизни возникла пауза, когда дневные создания разбредались на ночевки, а ночные еще толком не проснулись. Редкое мяуканье сов откуда-то издалека и недовольное щелканье дикусов прямо у ног... Даже Яника умолкла, прижимаясь к Рону — стало заметно прохладней.
— Ничего, — Ронах обнял Янику за плечи. — Придем, разложим костер. А в юрте тепло!
За низким бордюром шакальей поляны кто-то некрупный копошился и повизгивал. Щенок гайдерского шакала поймал, но никак не мог убить дикуса. Зверёныш мотал птицей по песку, отпускал, ловил снова и никак не мог убить. Мусолил во рту переломанные крылья, подталкивал костяным носом. Дикус кувыркался, пытался встать на сломанную ногу, тряс вывернутыми крыльями и снова падал. Щенок любопытно склонял голову, шевелил ушами. Дикус таращил бессмысленные глаза и тяжело дышал открытым клювом — модифицированное зоопарковское животное боль все равно чувствовало.
Стив прыгнул сквозь линию забора, хлестнувшую по нервам страхом, и свернул птице голову. Бросил и выскочил обратно, получив еще один разряд от ограждения.
— Ты что, — сморщилась Яника. — Зачем? Ты же убил его! Почему не спас? Его бы тут вылечили.
— Их тут миллион, зачем его лечить? — не понял Стив.
— Ну... Да, нехорошо получилось, — сказал Рон. — Это кормовой дикус, они размножаются быстрее, чем их едят. Хорошо, что быстро убил, но ты ему свернул башку руками, как дикарь.
— А что мне его стрелять из бластера надо было? — обиделся Стив. — Я ему помог!
*
Через подземный коридор поднялись в прозрачную юрту, светящуюся посреди имитации Карфидской пустоши.
— Поужинаем, — Рон опять глянул на часы. — Потом выключим свет, и как раз кварг будет охотится.
Перед юртой было оборудовано огороженное кострище. Стив проверил сканом и потерял интерес к биороботическому кваргу. Конечно, кто бы позволил людям ночевать в клетке с настоящим зверем!
Ребята перенесли к разогревшемуся «костру» коробки с ужином. На низком столике Рон сложил шампуры и посуду, а потом выключил свет. Они поужинали в бордовом свете искусственных углей и рассеянной подсветке «пустошей», по которым, красиво поднимая ноги, гарцевал искусственный кварг, гоняясь кругами за биоантилопкой. Догнал и картинно убил, подбросив ее в воздух, прямо перед завизжавшей Яникой.
— А это убийство тебе не мешает? — не удержался Стив.
— Это же природа! — возмутилась Яника. — Животным приходится убивать друг друга ради еды!
Стив промолчал. Рон должен был знать, что кварг не настоящий — он же тут работает. А портить другу свидание нехорошо. К тому же он уже слегка испортил, да и сам напросился третьим. И спать пора — целый день на ногах!
Раскатал гостевой спальник по кровати и разделся. Подумал и сложил одежду на полочку у изголовья.
— А почему ты весь лысый... Без волос, как маленький? — подкравшаяся Яника дотронулась до покрытой тонким и, правда, невидимо-детским пушком ноги.
— Так надо, — Стив не поднимая глаз отогнал кровь от щек и нырнул в мешок. Вот идиот! Опять не подумал, ведь целый же день был в запасе!
— Кому надо? Твоя подруга любит предпубертальных мальчиков? — захихикала Яника.
Стив разозлился. Сейчас скинет волосы с головы и станет действительно лысым!
— Да отстань ты от него, человек в лаборатории работает, может это побочный эффект такой, — вступился Ронах.
— Кем ты работаешь в лаборатории, что успел заработать на косметическую коррекцию? — продолжала веселиться Яника. — Я так и знала, что в лабораториях опыты на людях ставят! Или ты андроид? Покажи руки!
— В запросе отказано, — буркнул Стив.
— Яни! — Ронах сбил Яни подушкой. — Он ажлисс!
— Да ладно! Ему всего ничего лет! Уже работает… — Яни кинулась подушкой обратно. — Сам балда!Какой он ажлисс!
Пересела к Стиву и провела пальчиком по его щеке:
— Покажи жало! Если ты ажлисс, то у тебя есть жало.
Стив бросил беспомощный взгляд на Рона.
— Покажи, тебе жалко что ли? — Рон откровенно ржал.
Стив приоткрыл рот, поднял язык и высунул жало: узкую мясистую трубочку с костяным кончиком.
— Ух ты! — Рон оказался рядом. — Я ж говорил, что ты ажлисс!
— Здорово! Говорят, когда ажлисс пьют кровь, человек испытывает необыкновенное блаженство! — Яни протянула руку: — Выпей у меня?
— Не буду, — Стив отдернулся и закрыл рот. — Яника, я не хочу!
— Тебе любовница запрещает? Это же игра! Вам же можно любить нормальных людей? — затормошила его девица. — Вы ведь все равно бесплодные и незаразные!
— Перестань! — Стив укрылся с головой. — Мы в зоопарке, но я не экспонат! Всё. Я буду спать. Я много ходил днем. Спокойной ночи.
— Яни, иди сюда. Не надо к нему приставать.
Рон смотрел на подругу и улыбался. Широко, счастливо и открыто. Стива кольнула обида: ему Рон никогда так не улыбался! Еще глубже зарылся в спальник и разозлился уже на себя: вот зачем он влез?! Им было так хорошо вдвоем, а он прицепился, вклинился… А если теперь Рон начнет ревновать, что Яни звала его поиграть? Аккуратно послушал сканом и снова спрятался: Рон был наполнен спокойной радостью и о ненормальном ажлисс совсем не думал...
Уйти прямо сейчас? Глупо и неудобно.
Получить немного чужой радости?
Не удержался. Присоединился к игре мысленно, и... Снова не удержался: усилил слабые людские чувства, довел их до пика восторга, взрыва счастья и потом, уже абсолютно довольный, провалился в сон.
*
Стив проснулся от того, что на него упала сумка. Удивился: всё еще темно. Кажется, только что уснул. Надо же, в такую рань...
— Вставай и вали отсюда, — Рон сказал это громко и зло. Стив прислушался. В голове у Рона кружился калейдоскоп: наваждение странно появившейся и пропавшей любви с Эйки... Эйка кричит от страха и боли — он в ужасе, но ему нравится... Эйкилла разрывает помолвку… Страх — он сумасшедший! Побег в пустоши, следы кварга, гнездо... Эйки опять кричит... Этот привязавшийся ажлисс и снова наплывы странных чувств. Слишком сильное, неестественное наслаждение с Яникой после года нормальной жизни... Страх — он снова сходит с ума! Неудивительно, ведь он видел исчезнувшее издевательски и без следов гнездо кварга. Примета к развалу мира…
