— Мастерская атака мечом проведённая Альрином достойна похвалы, а ведь он маг, — комментировал Ульрих. — Поддержим же его!
После этого мечник допустил ошибку, которая впоследствии и решила исход поединка. Что-то в его движениях изменилось, и они стали какими-то смазанными, будто зрение начало подводить чародея и тут он услышал голос.
«Есть! — воскликнула Лилиан. — Всплеск энергии».
«Где? — спросил Адепт Огня. — И какого рода всплеск ты обнаружила?».
«Я поняла, — сказала девушка. — У него на шее находится амулет, который гипнотизирует тебя, заставляя постоянно ошибаться причём так, чтобы ты ничего не заметил. Энергия, испускаемая им столь мала, что даже я не сразу определила её местонахождение, но когда ты его задел тем ударом он испугался и увеличил мощность, поэтому я его сразу раскусила».
«Спасибо Лилька, теперь победа в нашем кармане, — поблагодарил волшебник свою боевую подругу. — Вот только я опять не вижу отца».
«Пока не думай об этом и сконцентрируйся на поединке, а я, если что помогу», — сказала она.
«Значит, не можешь контролировать энергетические волны, — мысленно сказал чародей. — Тогда получи сполна».
После этого от Альрина просто посыпались рассекающие удары малой мощности, большая часть которых попадала в цель, но наносила небольшие повреждения. Впрочем молодому воину нужно было лишь подобраться поближе, чтобы сбить амулет.
«Закрой глаза Альрин иначе не сможешь сорвать амулет, — быстро сказала Лилиан. — Я тебе помогу, просто поверь мне».
Мечник первого ранга сделал так, как сказала ему девушка и уже буквально через секунду клинок словно сам, управляя его рукой, нанёс удар противнику, после чего Лилиан разрешила разомкнуть веки. Молодой воин увидел следующую картину. Артур стоял на том же самом месте, что и до удара и держал в руке амулет, отрезанный от золотой цепочки, а камень, находящийся в центре сложного рисунка и занимающий большую часть поверхности раскололся на две половинки.
— Спасибо тебе, — сказал Артур. — Я уже думал, что всю оставшуюся жизнь буду под контролем этого чёртового амулета, хорошо хоть он не мог так же управлять моим телом как я. — Закончил фразу Мастер меча и упал.
— И так, поприветствуем первого участника, попавшего в четверть финала, — раздался голос Ульриха и, дождавшись пока трибуны утихнут, сказал. — А теперь давайте посмотрим следующий матч.
Альрин переместился на трибуну к остальным участникам, где его сразу же обняла Фелиция, а Стрег равнодушно посмотрел на них. Вангор же сейчас находился в центре арены, поэтому не мог что-либо сказать.
«Не все разумные артефакты такие же хорошие, как и я, — с грустью сказала Лилиан, не обратив никакого внимания на Фелицию. — И это очень печально».
«Не расстраивайся Лилька, мы ведь победили, к тому же другие артефакты даже сравнивать с тобой нельзя ты ведь само совершенство, — успокоил маг девушку и немного пошутил, чтобы вернуть её в свою колею. — С твоей безграничной добротой просто некому тягаться».
«Ты ещё издеваешься! Сожгу вместе с этой девчонкой!» — вновь заполыхала Лилиан, ознаменовав успех чародея.
Тем временем поединок между рыцарем и бывшим наёмником перешел в фазу взаимного уничтожения. Вангор не стал сражаться на мечах, как это сделал Альрин и как это сделал бы он, если бы по-прежнему занимал должность заместителя командира отряда. Теперь же он хотел использовать только магию и ничего кроме. Профессор Ригороуз открыл в нём громадный потенциал. Стихия Молнии буквально пропитывала тело бывшего наёмника, но он никогда не верил, что сможет научиться обращаться с магией, по мнению профессора в этом и был его главный недостаток и именно поэтому он не мог использовать силу своей стихии. Но теперь он стал по настоящему силён, хотя времени с момента пробуждения Молнии прошло не так много, его уровень уже можно было сравнить с уровнем Адепта.
Вангор сыпал молниями по воину с такой скоростью, что казалось, будто рыцарь в скором времени поджариться под таким натиском, но ничего подобного. Большой щит спасал его от мощных ударов молний. Бывший заместитель удивлялся, почему рыцарь до сих пор на ногах, ведь электричество должно было всё равно добраться до него, так как металл является замечательным проводником. Ответ был прост и понятен — защитные чары, но до тугодумов (как его назвал Ригороуз) доходит не сразу. И когда, наконец, он понял, то прекратил все атаки и сконцентрировался на сложном плетении, что с одной стороны было серьёзной тактической ошибкой, так как рыцарь был достаточно умён, чтобы ей воспользоваться, с другой это могло стать решающим ударом, если бы воин остался в глухой обороне. Хотя этот шаг тоже мог оказаться последним для доблестного воина, если маг успеет закончить составлять своё заклинание раньше, чем он подойдёт к нему, тем не рыцарь решил рискнуть. Клинок его одноручного меча чуть не укоротил Вангора ровно на одну голову, но тот успел присесть и ударил мощным пучком молний в спину своего противника. Щит полетел в одну сторону, меч — в другую, а рыцарь — в третью и летел не меньше десяти метров, после чего больно ударился и больше не встал. Вангор уже поднял руки, чтобы покрасоваться перед зрителями и выпустить пару молний, когда заметил брешь в своём барьере и небольшой всплеск от какого-то штыря, который застрял в доспехе, откинул его на такое же расстояние, как и он рыцаря, правда бывший заместитель сразу же поднялся и был очень зол. Только появление Ульриха спасло доблестного воина от мощного удара молнией, а Вангора от дисквалификации.
— Какой злой нам попался участник, — усмехнулся чародей в красной мантии. — Вы и так уже победили, а злость лучше использовать в следующем поединке к тому же вам предстоит сразиться Альрином Орсарийским.
— Ох-хо-хо, уж ему-то я точно всыплю, что мало не покажется, — злобно засмеялся Вангор.
— Поприветствуем этого злыдня, то есть я хотел сказать участника. — Поправил себя Ульрих, сделав вид, что ошибся совершенно случайно, чем ещё сильней разозлил Вангора.
Он, недовольный таким сравнением, удалился со стадиона и отправился на трибуны под смех всей арены. Злыднем называли небольшое существо, которое не обладало силой, но было чрезвычайно злобное (от чего и получило название) и, несмотря на свои размеры (чуть больше обычной кошки) и недостаток силы могло отпугнуть кварса. Хотя облик тоже был очень уродливым, настолько, что он вызывает отвращение даже у зараженных Мраком. Об этом Альрин узнал чуть позже у отца.
«Альрин, — обратилась к ученику чародея Лилиан. — Я нашла твоего отца».
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
