- Мы не станем высказывать открытого протеста против того обращения, которому подвергся Престимион, а вы, мой лорд, сегодня же выдадите его нам и позволите нам вернуться с ним в Малдемар. Вполне возможно, что там его почтенная мать, его братья и мы. его друзья, сможем убедить его в ошибочности выбранного им пути. Вы никогда не сможете добиться этого, держа его в тюрьме, мой лорд, никогда, но нам это, возможно, удастся при помощи спокойных и убедитель...
- Так вот что вы называете компромиссом! - взорвался Корсибар. - Вы, должно быть, считаете меня дураком. Это полностью исключено, потому что... потому что это совершенно невозможно, и...
- Ваше высочество! - перебил его хриплый незнакомый голос. Дверь резко распахнулась, и в тронный зал вбежали два запыхавшихся растрепанных гвардейца. - Заключенный... Ворвались в тюрьму...
Корсибар замер с раскрытым ртом, как будто его ударили. Фаркванор вскочил на ноги и что-то невнятно завопил. Даже на непроницаемых лицах Санибак-Тастимуна появилось выражение растерянности и тревоги. Спустя еще несколько секунд в зал влетел Мандралиска и что-то прошептал на ухо Дантирии Самбайлу. Тот выслушал, сначала нахмурился, а потом лучезарно улыбнулся и поднял безмятежный взгляд на Корсибара.
- Похоже, мой лорд, что мои люди и несколько ваших гвардейцев поссорились между собой. Это, по несчастливой случайности, произошло возле входа в туннели лорда Сангамора, и во время дурацкой драки запертые ворота в туннели получили некоторые повреждения и раскрылись. Вынужден с прискорбием сообщить, что при этом имело место несколько несчастных случаев. А также лучник-скандар, находящийся у меня на службе, очевидно, решил воспользоваться представившейся возможностью, чтобы узнать, хорошо ли заботятся о его сопернике на недавних Играх лучнике принце Престимионе. Ему показалось, что принц не совсем здоров, и поэтому он не нашел ничего лучшего, как вынести его из подземелья, чтобы тот мог получить надлежащее медицинское обслуживание, в котором, по его слабому солдатскому разумению, нуждался.
Спокойный и даже шутливый тон, которым он объявил все это, вызвал у Свора восхищенное удивление. Довольное спокойствие Дантирии Самбайла, казалось, подействовало на Корсибара как заклинание и, похоже, заставило смириться с неслыханным происшествием в подземной тюрьме. Корсибар открыл было рот, снова закрыл, но не смог выдавить из себя ни единого слова. Его лицо исказилось смятением, он сердито сдвинул брови, но тем не менее никак не мог найти в себе силы вслух возмутиться поразительной новостью, означавшей на самом деле реальное восстание против его власти.
Видя, что его повелитель молчит, Фаркванор встал, намереваясь что-то сказать, но Корсибар резким властным жестом велел ему сесть на место.
Воспользовавшись растерянностью Корсибара, Дантирия Самбайл вновь заговорил.
- Сложилось деликатное положение, ваше высочество. - Его речь лилась плавно и спокойно, как будто он желал обсудить меню обеда. - И поэтому я предлагаю согласиться с компромиссом, который только что предложил граф Септах Мелайн. Мир между партиями короналя и принца Престимиона, и никаких взаимных обвинений с обеих сторон по поводу того, что произошло. Я сразу же возьму принца Престимиона под свое поручительство и буду нести личную ответственность за его хорошее поведение.
Санибак-Тастимун зашевелился, как будто намеревался предпринять какие-то действия. Свор, не сводивший с него глаз, сделал в воздухе указательным и большим пальцами угрожающий колдовской жест. Су-сухирис сразу же замер, как статуя. Фаркванор, весь вид которого говорил о крайней степени негодования, также сдерживал себя. Все взгляды обратились к Корсибару.
А Корсибар все так же сидел с застывшим лицом и остекленевшим взглядом. Вид у него был такой, словно перед ним находится смертельно ядовитая змея, изготовившаяся к гибельному броску, или же что он попал во власть ночного кошмара и не в состоянии ни защититься от призрачной угрозы, ни убежать от нее.
Ведь Дантирия Самбайл самым жестоким образом высмеял и оскорбил его в его же собственном тронном зале. И все же он, судя по всему, не осмеливался показать, что оскорблен. Свор пытался понять, в чем тут дело. Вероятно, в том, что Корсибар все еще не был уверен в том, что похищенная корона крепко держится на его голове, и не решался пока пойти против воли наглого, грубого и опасного прокуратора Ни-мойи, обладавшего колоссальной мощью и способного, если его спровоцировать, на любые совершенно непредсказуемые действия. Но независимо от причины Корсибар казался парализованным перед этой чудовищной демонстрацией полного презрения к его власти.
От изумления Свор даже затаил дыхание. Нет, он решительно не мог заставить себя поверить во все это, хотя всего какой-нибудь час назад, перед тем как отправиться в покои короналя, Дантирия Самбайл рассказал о своих намерениях.
Ну, а прокуратор все так же спокойно и плавно, убаюкивающим тоном продолжал свои речи:
- Мой лорд, я намереваюсь сразу же покинуть эти места и все же довести до конца свою совершаемую от вашего имени поездку в Зимроэль и поэтому предлагаю такой план: поручить графу Септаху Мелайну и герцогу Свору безотлагательно забрать принца Престимиона из Замка и доставить его в Малдемар, где он на покое сможет восстановить свои силы после перенесенных лишений. После чего - я непоколебимо уверен в этом - будут приложены все усилия для того, чтобы убедить принца принести присягу вашему высочеству и действовать в дальнейшем, как подобает законопослушному подданному вашего высочества, и наверняка эти усилия окажутся успешными.
Дантирия Самбайл подчеркнуто широким жестом сделал перед Корсибаром знак Горящей Звезды и низко поклонился.
- Желаю вам доброго дня, мой лорд, и непрекращающихся успехов всему вашему царствованию. - С этими словами он повернулся к выходу.
Корсибар, к которому все еще не вернулся дар речи, слабым жестом подал знак, означавший окончание аудиенции, и, обмякнув, откинулся на спинку трона, Свор, испытывающий искреннее восхищение Дантирией Самбайлом, - тот только что продемонстрировал бесшабашную смелость такого рода, которую маленькому герцогу крайне редко доводилось видеть - смотрел на прокуратора с изумлением и опаской.
А после этого они вышли, оставив на троне полураздавленного происшедшим Корсибара, - Свор, Септах Мелайн и Дантирия Самбайл - и никто не сделал попытки задержать их, и Престимион получил свободу в дар от своего жестокосердного родственника прокуратора. Но все до одного участники действа знали, что за этот "подарок" придется заплатить хорошую цену.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
