Но было одно важное и решающее "но".
Майя.
Он помнил её вчерашнюю истерику после того, как Воины ушли. Сегодня она была в радушном настроении, улыбалась, даже обменивалась с ним шутливыми репликами, и ему не хотелось портить впечатление от прогулки. Поэтому он оскалился стригоям, показав тем самым, что они ошиблись адресатом, и выбрали для добычи не того вампира. Связавшись с ним в будущем, они сами рисковали стать не воскрешаемыми мертвецами.
Егор тоже почувствовал их присутствие и появился на тропинке. Борис отрицательно покачал головой. Не сейчас. Егор кивнул. Борис взглядом указал на стригоев, которые, не таясь, смотрели на них. Егор снова понял его без слов.
— Майя, как успехи? — спросил Борис, демонстративно отворачиваясь от врагов, но продолжая кожей ощущать их зловонное присутствие.
— Мне нравится! Мне очень нравится! — Майя не скрывала своей довольной улыбки.
— Не устала?
— Нет, что ты! Как я могу устать за десять минут!
— Мало ли….
Борис намекал на то, что она физически была не столь вынослива, как большая часть истинных вампиров.
— Ты не отпустишь меня? Я хочу попробовать самостоятельно! Одна! — глаза Майи восторженно горели, несколько рыжеватых прядей выбились из "конского хвоста", и она стала выглядеть по-настоящему красивой. Именно естественной красотой, к которой на подсознательном уровне стремятся все мужчины.
Борис замер.
С ним происходит что-то не то…
Сначала он не взял девчонку, хотя безумно хотел её.
Потом купил цветы, драгоценности и сам выбрал велосипеды.
Теперь вот отказался от охоты на стригоев.
И ради чего?
Ради её улыбки?
Внезапно князь разозлился. Разозлился в первую очередь на себя. Он превращается в слизняка, которым снова может управлять баба! Мало ему шрама, который он носит на лице! Мало унижений, перенесших из-за женщины! Он желает повторить прошлое?
Борис грязно выругался и потянул велосипед на себя, останавливая его. Остановка получилась резкой, и Майя, вскрикнув, едва не упала.
— Прогулка закончилась, — грубо сказал он.
Майя в недоумении посмотрела на него.
— Но…почему?
Она не понимала. Он только что поддерживал её, как физически, так и морально, сейчас же смотрит на неё зло и рассерженно. Что она сделала не так?
— Я так сказал.
— Борис, это не серьезно! Я хочу ещё покататься! Мы только начали!
Борис, не церемонясь, схватил её за предплечье и легонько встряхнул. Легонько было в его понимании, у Майи же сразу заболела рука.
— Тебе лучше со мной не спорить. Если я сказал, что мы закругляемся, то мы закругляемся! — его глаза предупреждающе сузились.
Майя открыла рот, чтобы начать с ним спорить, но передумала. Себе дороже.
— Ты всё испортил, — тихо сказала она, и захват предплечья усилился. Девушка поморщилась от боли, и громче добавила: — А если ты решил сломать мне руку, то делай это быстрее, не тяни!
Борис снова выругался, но руку отпустил.
— Слезай с велосипеда, мы возвращаемся.
Майя сжала зубы.
— У меня есть вопрос. Задать его можно? — её глаза тоже потемнели, а десна зачесались. Вампирская сущность дала о себе знать. Её терпению тоже есть предел.
— Да.
— Я так понимаю, что всё то, что ты мне дарил сегодня — драгоценности и велосипед — мои? — вместо ответа последовал короткий кивок. — Тогда я хочу забрать велосипед с собой. Я сама буду учиться кататься. В доме, куда ты меня привез, есть большой стадион. Если ты приставишь ко мне того же Егора, я больше не буду тебя обременять просьбами покататься со мной. Не желаю быть в тягость.
Прежде чем ответить, Борис помедлил. Девчонка разозлилась. Это было лучше, чем слезы и истерика. Когда женщина злится, он не испытывает угрызений совести за свои поступки. Хотя…про него сложно сказать, что он часто вспоминает, что такое совесть.
— Егор заберет велосипеды. Я не отбираю подарки, которые дарил.
— И на том спасибо, — пробормотала себе под нос Майя, слезая с велосипеда.
У неё возникло странное, не свойственное ей ощущение — её стало подташнивать. Может быть, она переволновалась? Вампиры практически не болеют, и тошноту испытывают лишь когда…рядом находятся стригои.
Майю точно молнией ударило. Она чуть приглушенно вскрикнула и уставилась на князя Сандровского.
— Что? — грубо спросил он, заметив её взгляд.
— Борис….Меня затошнило…
— Здесь полно кустов, если боишься, что тебя сейчас вырвет.
Майя поморщилась.
— Я понимаю, что ты не высокого мнения о женщинах, но не стоит постоянно грубить! — в тон ему ответила Майя и огляделась по сторонам. — Я никогда не принимала участие в вылазках на стригоев, и мне везло — лично с ними я тоже не сталкивалась, иначе не разговаривала бы сейчас с тобой. Но мне хорошо известно, что вампиров начинает тошнить, когда рядом появляются стригои. Я права?
— Тебе не откажешь в сообразительности.
Майя сильно побледнела, пошатнулась и по инерции придвинулась ближе к Борису.
Невольно признав в нем защитника.
И этот инстинктивный жест заставил тело Бориса содрогнуться. В области груди образовалось тепло, которое побежало по венам и жилам, и он сделал шаг, загораживая широкой спиной Майю от стригоев. Меньше всего ему хотелось, чтобы они запомнили её и начали охоту.
То, что стригои разгуливали по парку среди белого дня, уже навевало подозрительные мысли. В последнее время семья Сандровских стала постоянным объектом преследования. Их пытались уничтожить. Не зря Борис выступил в "Жерло", он дал понять, что их так просто не сломить. Зубы многие пообломают, если у кого возникнет подобное желание.
С стригоями был другой разговор. У Бориса всё чаще возникала мысль выйти на их предводителя. Твари действовали под чьим-то руководством. Скорее всего, у них был король, который ими управлял.
И что этому выродку понадобилось от Сандровских?
— Борис, мне говорили, что стригои избегают появляться днем в людном месте, — слова Майи вернули его к действительности.
