Том сказал:
— Мне кажется, будто мы готовимся играть в прят… _ч_е_р_т_! — Он дернулся — вдоль спины у него пробежало что-то вроде молнии — и открыл глаза. Однако свет вызвал жестокое потрясение: в нем присутствовал некий желто-зеленый оттенок. Том снова опустил веки.
— Том, что это? — спросила Джесси. Речь жены показалась ему медленной, невнятной, словно голос доносился из-под воды, и Том подумал: "Вот уже и крыша поехала".
— Тише, — прошептала Дифин голосом, в котором звучали отголоски ветряных курантов.
Не открывая глаз, Джесси ждала… чего? Она сама не знала. Рука, за которую она держалась, опаляла жаром, но вверх, к плечу, бежали холодные токи. В теле Стиви, проникая в Джесси посредством телесного контакта, рождалась и крепла электрическая сила.
Холодная размеренная пульсация завладела и всем существом Тома. Его охватила дрожь. Он подумал, что больше не чувствует под ногами пола — он словно бы плыл, медленно поворачиваясь всем телом то вправо, то влево, удерживаемый лишь рукой Дифин.
— Что происхо… — Он замолчал: резкость собственного голоса, его чужое звучание привели его в ужас.
Джесси услышала хриплое ворчание, слабое подобие человеческой речи. Ее от маковки до пят пронизал холод, словно в мучительно жаркий июльский день потянуло сквозняком из "Ледяного дома". Следом нахлынуло новое ощущение: ощущение стремительного движения. Она подумала, что если бы ей удалось заставить свои веки подняться, то она сумела бы увидеть и атомы материала стены, мелькающие, как "снег" на экране телевизора, и собственное тело, перемещающееся до того быстро, что, приметив просвет между движущимися частицами, оно успевает проскользнуть туда. Но Джесси не испугалась, а развеселилась. Вот, подумала она, каково, должно быть, нырять ночью в небе, свободно падать сквозь тьму… правда, ни верха, ни низа здесь не было — сплошное "вне", за пределами всего, что Джесси знала о жизни.
Слева от нее, справа, вверху, внизу что-то засверкало. Смазанные точки и гроздья огоньков, проносящиеся мимо с невероятной скоростью. Но глаза Джесси по-прежнему были закрыты — или, по крайней мере, так ей казалось. "Звезды, — поняла она. — Господи… да я в самом центре Вселенной!"
Том тоже увидел звезды. По небесам катились колеса созвездий; свет далеких солнц озарял окольцованные миры; крыльями гигантского ската колыхались газовые облака.
А потом они чуть не налетели на жемчужно-белую планету в окружении шести белых лун, которые с безупречной точностью пересекали орбиты друг друга. Планета выросла перед ними — ее поверхность заслоняли облачные крепости, внутри их в безмолвном неистовстве волчками вертелись бури.
"Слишком быстро! — подумала Джесси, когда облака помчались им навстречу. — Слишком быстро! Мы сейчас…"
Проколов облака, они попали в кружение смерчей и стали снижаться. В нос Джесси ударил запах аммиака. Их снова объял потрясающий холод, от которого захватило дух, а после — полная тьма. По-прежнему стремительно, они спускались под уклон. На Тома и Джесси пахнуло теплом, прогнавшим холод. Тьма поредела, стала темно-синей и медленно посветлела до насыщенной прозелени. В лицо Тому толкнулась шелковистая жидкость, и его охватила клаустрофобия. "Мы утонем!" — подумал он и попытался выдернуть руку из руки Дифин, но та крепче сжала его пальцы, не давая высвободиться. Тому захотелось забиться, вырваться, добраться до поверхности, но он сообразил, что преспокойно продолжает дышать. "На самом деле мы не в инопланетном океане, — твердил он себе, пока они продолжали снижаться. Это сон… мы по-прежнему в общежитии у себя в Инферно…"
В поисках ободрения Том с усилием выкрутил шею, чтобы посмотреть на Дифин.
Рука, за которую он держался, больше не была рукой маленькой девочки.
Рука была призрачно-серой, прозрачной, как туман, с двумя тонкими и коротким уплощенным большим пальцем. Эта небольшая, с виду хрупкая, как бы сделанная из дутого стекла конечность соединялась со стеблем длиной четыре или пять футов. Стебель этот вел к Дифин в ее истинном облике.
Рядом с Томом в подвижном, струящемся аквамарине парило торпедообразное тело, вероятно, около восьми футов длиной, полное радужного блеска, точно плененная звезда. Вокруг, повинуясь движению жидкости, плавали и другие стебли — крепкие, похожие на щупальца руки, каждая с трехпалой ладошкой. Тело заканчивалось толстым плоским мышечным веслом, которое без усилий перемещало Дифин, Тома и Джесси вперед. От выступа, чересчур короткого, чтобы быть хвостом, тянулась серебряная нить. Она связывала тело с маленькой черной сферой.
В прозрачном теле Дифин искрило электричество. Видневшиеся внутри органы удерживались на местах простыми структурами из серых хрящей. Взглянув туда, где должна была находиться голова Дифин, Том увидел закругленный нарост с серповидным ртом и похожим на стержень отростком примерно два фута длиной. Ему удалось увидеть один глаз: желтый шар величиной с бейсбольный мяч, вертикальный зеленый зрачок. Глаз скосили в его сторону. Он светился покоем, томной силой. Дифин кивнула, и Том резко вдохнул. Вместо жидкости легкие заполнил воздух. Его руку сжали призрачные наэлектризованные пальцы. Вторая ладошка всплыла вверх и коснулась плеча Тома: "успокойся".
Дифин уводила их все глубже. Вокруг скользили теплые течения, а свет становился все ярче, словно солнце этой планеты лежало в ее центре.
Из глубин, мерцая, точно подвижные неоновые вывески, поднимались соплеменники Дифин. Джесси отпрянула, почувствовала, как крепко держат пальцы Дифин, открыла глаза и увидела ее так, как чуть раньше увидел Том. Первым побуждением Джесси было вырваться от веретенообразной руки, но она подавила его. Конечно, Дифин представляла совершенно иную форму жизни, чего еще можно было ожидать? Дифин была создана для океанического мира, пусть даже "этот" океан состоял из аммиака и азота.
Местные обитатели продвигались наверх, радостно выписывая спирали и оставляя фосфоресцирующие следы. На концах волокон колыхались споры. Земляне словно не существовали для них, но Том и Джесси понимали, что это — воспоминания Дифин, картины, которые видит ее внутреннее око, и они здесь только гости, чужеродные тени будущего. Сотни переливчатых созданий образовали вокруг Дифин плывущий строй, их движения были четкими и точными, как у проносящихся в непотревоженном воздухе птиц, и Джесси поняла: должно быть, Дифин здесь что-то вроде вождя, раз заслужила такой эскорт.
Теперь профильтрованные через мысленное око Дифин впечатления от ее родной планеты поступали к Джесси и Тому быстрой вереницей: мерцающие очертания гор, не уступавших по высоте Эвересту; громадные сады с ухоженными рядами растений сродни водорослям; трескучие вспышки неистового белого сияния в расселинах, которые позволяли мельком заглянуть в неисчерпаемый источник энергии, лежавший в самом сердце планеты. За горами встали похожие на сложные морские раковины покатые, закругленные, ребристые башни большого города, а над его стенами в струях течений двигались сотни соплеменников Дифин.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
