Во- первых, в Локарно Великобритания сумела на некоторое время вернуть себе роль главного арбитра на Европейском континенте, не неся в принципе никакой ответственности за судьбу Европы.
Во- вторых, Лондону удалось подорвать сложившуюся было в порядке постфактум по итогам Первой мировой войны военную гегемонию Франции в континентальной Европе.
В- третьих, объединенными усилиями Сити и Даунинг-стрит Великобритании удалось свести на нет также сложившуюся в порядке постфактум по итогам Первой мировой войны американскую финансовую гегемонию в Европе.
В- четвертых, все эти «успехи» понадобились Лондону только для того, чтобы развязать себе руки в своей азиатской колониальной политике, особенно на Дальнем Востоке, прежде всего в Китае, Индии, где и находился основной источник имперского могущества Великобритании, основанного на колониальном грабеже и морской гегемонии.
По свидетельству очень проницательного английского экономиста начала XXвека Дж. Гобсона Англия еще в начале века «не могла нести без существенной помощи колоний финансовое бремя, связанное с необходимостью увеличения флота». Без флота нет и Великобритании.
Но именно над этим основным источником имперского могущества Великобритании и нависла колоссальная угроза: именно на этом направлении стали сосредотачиваться взоры и концентрироваться усилия как Советов и Коминтерна с их призывами к «мировой революции», так и США, и опять-таки Японии, не говоря уже о резко усилившемся не без содействия извне национально-освободительном движении в Индии и Китае.
Официальный Лондон, прежде всего сама британская разведка, во все нарастающих объемах фиксировали не только явные признаки такого поворота событий, но и факты прямого прорыва как Москвы вкупе с Коминтерном, так и Вашингтона, и Токио, особенно в Китай. Причем, что более всего пугало британскую правящую элиту, так это факты следующего принципиального значения:
- объективное блокирование интересов Москвы и Вашингтона в Китае в 20-е годы XX века, в т.ч. и на базе разыгрывания (некоторое время) карты «антияпонизма»;
- серьезная трансформация этого блокирования в деятельность, в т.ч. и на базе тайных обществ (включая и масонские), в целях установления прочных контактов с наиболее могущественными закулисными силами Азии.
…Это самое совпадение интересов имело следующую подоплеку. Москва и Коминтерн лезли в Китай с идеей «мировой революции» на Востоке, вектор которой - освобождение от колониального ига и объединение Китая на демократических основах - действительно объективно совпадал в то время с интересами Вашингтона, который в своем стремлении потеснить в Китае другие державы, особенно Великобританию, сделал ставку на либеральную политику в отношении Китая в целях инициирования движения за создание единой Китайской Республики, что отвечало экономическим интересам Америки.
Со столь же корыстной позиции трактовки своих вечных интересов Великобритания по-своему была права - единый демократический Китай, созданный помимо воли Великобритании, но при поддержке Москвы и Вашингтона явился бы величайшей угрозой для британских интересов в Азии, что неизбежно привело бы к вытеснению коварного Альбиона из региона. А неизбежное, в случае активного содействия Москвы и Вашингтона интеграционным процессам в Китае, тяготение последнего к двум первым создало бы совершенно непреодолимую для Лондона геополитическую ситуацию.
Естественно, что вывод коварного Альбиона был совершенно однозначный - пускай и очень корыстный союзник Япония, но только при его содействии можно противостоять национально-освободительному движению в Китае, а следовательно, и всяким попыткам не только прорыва, но и закрепления Москвы и Вашингтона в этой стране. Такова принципиально британская подоплека появления пресловуто печального «меморандума Танаки», в котором достаточно ярко был изложен антироссийский вектор будущей японской агрессии. И не случайно, что именно советская разведка «просветила» на сей счет американских коллег…
Все эти интриги геополитического толка особенно тревожили британскую разведку еще и потому, что с первых же дней советской власти она постоянно фиксировала непомерно неадекватные тогдашним возможностям Москвы попытки пролезть в Азию, особенно в Тибет, Индию, Китай. Чрезвычайно ее встревожили геополитические игры Москвы вокруг научных интересов выдающихся ученых Рерихов - дело в том, что игра осуществлялась в т.ч. и по каналам тайных обществ, а также едва только оперявшихся советских спецслужб. К тому же сами Рерихи были наследственными мартинистами-розенкрейцерами. И более всего Лондон опасался того, что именно эти особенности Рерихов Москва пытается использовать для установления прочных контактов с наиболее мощными закулисными силами Азии. Но особенно волновало Лондон то обстоятельство, что за всеми этими попытками стояли мощные финансовые и деловые круги США, финансировавшие не столько научные экспедиции Рериха, сколько научно обоснованный прорыв американского капитала на плечах всемирно известного научного авторитета и советской разведки в кооперации с Коминтерном в азиатский регион. При прямом содействии финансовых и деловых кругов США Рерих еще в 1922г. учредил в Нью-Йорке тайное общество «Всемирный Союз Западных Буддистов» (ВСЗБ) и возглавил его материнскую ложу «Орден Будды Всепобеждающего» («Майтрейя Сангха»). В этот союз вошли крупные американские бизнесмены, банкиры, финансисты, ученые, политики, обладавшие колоссальным влиянием в США и в мире. Едва возникнув, это общество тут же установило прочные связи с возникшей еще в 20-х годах в СССР специфической масонской ложей «Единое Трудовое Братство», охватывавшей элиту советской партийно-государственной иерархии и спецслужб. Через каналы ЕТБ и с монгольского плацдарма, посредством главы монгольской спецслужбы Хаян Хирву были установлены прочные связи с самой могущественной тайной организацией Азии - «Великим Братством Азии», а также тибетским тайным обществом «Братья и друзья тайного».
Они, особенно «Великое Братство Азии», располагали колоссальным влиянием практически во всей Азии, особенно в пределах тогдашней Британской Индии, Сиккиме, Непале, Ладкхе, Афганистане и т.д. Более того, как подчеркивают специалисты, «Великое Братство Азии» находилось в прямом контакте и диалоге с еврейскими хасидами (а именно они-то и составляли всегда ударную мощь еврейства в США), исмаилитами, различными русскими сектантами, в т.ч. ив Западном Китае, с бенгальской мистико-террористической организацией «Белый Лотос», тайными китайскими обществами «Обществом Старшего Брата» и «Красные Пики», через которых, в свою очередь, выходили на разветвленную сеть иных китайских тайных обществ. По сути дела, это был чрезвычайно круто замешанный на мистико-религиозно-политических идеях геополитического характера альянс тайных обществ, который, приди он в движение полностью, чего, собственно говоря, и добивались в Москве и Вашингтоне, непременно подорвал бы могущество Британской империи, особенно в Азии.
Британская разведка и дипломатия пытались отслеживать все эти процессы и контакты, и по мере сил и возможностей противодействовать им, в чем особая роль отводилась Индийскому разведывательному бюро британской разведки (благодаря именно его активности в поле зрения СИС попал Р. Зорге, причем задолго до появления в Японии, куда он уезжал, уже обреченно зная, что бриты у него «на хвосте»).
Между тем с советской стороны все эти попытки и контакты осуществлялись преимущественно сторонниками и последователями Троцкого, и потому совершенно не случайно, что 1937 - 1938 гг. буквально выкосили всех, кто имел хоть какое-либо отношение ко всем этим «играм».
Не случайно и то, что американский посол в Москве Дж. Дэвис, сообщая Рузвельту о разгроме заговора Тухачевского, открыто подтвердил, что предъявленные заговорщикам обвинения обоснованны и объективны, ибо и сам точно знал, что это абсолютно соответствует действительности, особенно в части, Касающейся геополитической подоплеки заговора. Здесь следует иметь в виду, что через некоторые родственные связи отдельных заговорщиков заговор в целом выходил и на мощнейшие на Западе силы еврейства, особенно на одну из самых могущественных в мире еврейских масонских ломе «Б'най Брит» («Сыны Завета»). Дело в том, что один из сподвижников Тухачевского - Ян Гамарник был женат на родной сестре одного из руководителей «Б 'пай Брита», знаменитого еврейского поэта, основоположника современной израильской поэзии Хаима-Нахмана Бялика. Но именно «Б'най Брит» обладал наиболее мощным влиянием на администрацию США и в 20-е, и в 30-е, и в последующие годы, вплоть до настоящего времени.
Сталин прекрасно осознавал особую силу, мощь и влияние этой могущественной ложи и именно поэтому пригласил одного из видных ее деятелей - знаменитого писателя Лиона Фейхтвангера - в Москву, чтобы он собственными глазами убедился в объективности предъявляемых оппозиции обвинений и затем сообщил куда надо. Так, собственно говоря, появилась знаменитая книга Л. Фейхтвангера о 1937г., которую все непрерывно цитируют. Книга получилась действительно объективная…
