«Выше голову. Мы победим его, мы не позволим ему подчинить себе Дургу, – услышала я твердый голос Рена. – Что бы он ни задумал, мы должны помешать ему сделать Дургу своим орудием».
Едва он успел договорить, как из тумана выехала богиня верхом на черном тигре. Амфимах поднял копье, приготовившись встретить их. Кишан бросился на него, но Дурга даже не пошевелилась. Мне показалось, будто она впала в транс.
Рен помчался навстречу Кишану, а я хлестнула Огненной вервью по единственной ноге Амфимаха. Синее пламя сделало свое дело. Несчастный калека с воем покатился по земле, держась за голову, но Кишан быстро вскочил ему на горло и прикончил.
– Как не повезло бедняге! Он не сможет полностью насладиться своим перерождением, – покачал головой Локеш. – Мертвым, к сожалению, не больно.
Он гнусно ухмыльнулся и вытащил из кармана настоящий медальон.
Внезапно Дурга вышла из транса. Она быстро коснулась краем Шарфа своего золотого меча, схватилась двумя руками за рукоять – и огромный шелковый воздушный змей поднял ее в небо, оторвав от Кишана. Встав на землю, Дурга собрала все свое оружие и направила его на меня. Я едва успела свеситься с седла вбок, когда золотая чакра просвистела над нашими головами.
Кишан бросился к нам, но угодил в невесть откуда взявшееся озеро масла и упал. В тот же миг крепкие веревки бешено завертелись вокруг его тела, оплетая тугой сетью. Черный тигр бился и метался, пытаясь освободиться, а Сунил решительно направился к нему с копьем в руке.
Я подняла свой лук, но было уже поздно. Нити, послушные воле Дурги, полетели ко мне и вырвали оружие у меня из рук. Петля захлестнулась вокруг моей лодыжки, еще одна обхватила за талию и сдернула со спины Рена.
– Анамика! Опомнись! Перестань! – закричала я, приставляя меч к ее горлу. – Я не хочу воевать с тобой!
Она с легкостью отбросила мой меч, одним изящным движением сорвала с меня Огненную вервь и повязала ее вокруг своей осиной талии. Шарфом она крепко связала меня по рукам и ногам. Ее восемь рук с головокружительной ловкостью забрали у меня все оружие. Когда все было закончено, Дурга повернулась к Локешу.
– Что мне делать теперь, господин?
– Скажи мне, девочка моя, – ласково проворковал демон, – в чем секрет вашей божественной силы?
– Наша сила заключена в нашем оружии, – ответила Анамика чужим механическим голосом.
– А у Келси есть собственная сила?
Я выпучила глаза и захрипела, разевая рот, когда Анамика сжала руками мое горло.
– Не больше, чем у меня, – ответила она.
– Ага, в таком случае…
Локеш дико завизжал, когда Рен вонзил клыки ему в спину. Демон с грохотом рухнул на землю и покатился, а Рен прошелся когтями по его бокам и укусил в плечо. Но Локеш был слишком могуч. Он извернулся, по-бычьи наклонил голову и вонзил свои рога в броню Рена.
Мой белый тигр упал, кровь хлынула из его распоротого бока. Его белые лапы задрожали и подогнулись, но он все равно приготовился к новому прыжку.
А черный демон встал над ним и громогласно провозгласил:
– Настал час твоей смерти, принц Дирен!
Он поднял руки – и копья взлетели в воздух, нацелившись на моего Рена.
Я закричала и призвала свою последнюю оставшуюся силу: огонь. Вскинув руки, я выстрелила пламенем в Дургу, но она даже не поморщилась, когда я опалила ее кожу. Поразить Локеша тоже не удалось, он просто отгородился от меня каменным щитом. Рен прыгнул на Локеша, оскалив клыки и вытянув когти. Злой чародей щелкнул пальцами – и копья пронзили Рена на лету.
– Рен! – закричала я.
Я почувствовала, как острые наконечники входят в его тело. Часть копий со звоном отлетела от серебряной брони тигра, но одно глубоко вонзилось ему в бедро, второе воткнулось рядом с шеей, а третье почти до половины вошло в незащищенный живот. Рен с криком упал. Локеш наступил раздвоенным копытом ему на переднюю лапу, и я услышала треск ломающихся костей.
Невыносимая боль затуманила рассудок Рена, и я закричала вместе с ним. Через несколько секунд я почувствовала, как он отгораживается от меня, рвет нашу связь, так что вскоре я могла лишь слышать его тихий внутренний голос. Потом поток энергии хлынул в мое тело, и я поняла, что Рен отдает мне все свои оставшиеся силы. Напоследок он передал мне последнюю мысль: «Я люблю тебя, Келси».
Затем голос его смолк.
Локеш направился ко мне, и нити Шарфа еще сильнее впились в мое тело. Он наклонился, сорвал корону с моей головы. Когда тяжелые золотые волосы волнами рассыпались по моим плечам, Локеш взял одну прядку, задумчиво потер ее в своих толстых пальцах. Я почувствовала, как его грязный обкусанный ноготь уткнулся мне в щеку и медленно пополз ниже, к ключицам, оставляя кривой кровавый след на моей коже.
– Ты обманула меня, моя кошечка. Я не могу оставить такое поведение без должного наказания.
Он грубо сорвал последний фрагмент амулета с моей шеи.
– Как долго я ждал этой минуты!
Слезы хлынули у меня из глаз. Анамика превратилась в марионетку Локеша, Рен был беспомощен, если вообще жив, а связанный Кишан валялся где-то на земле. Я осталась совсем одна.
И тут я заметила блеск золота на одной из рук Дурги.
Фаниндра!
– Фаниндра, миленькая, помоги мне! – взмолилась я, рыдая в голос.
Зеленые глазки ожили, просияли, и золотая кобра подняла головку. Она сползла с руки Дурги, струясь, подползла к Локешу и впилась клыками ему в руку. Демон истошно завопил, но Фаниндра успела укусить его еще раз, прежде чем он оторвал ее от себя и швырнул в траву.
Рука колдуна начала раздуваться на глазах, золотой яд закапал из мест укусов. Отбросив мой фрагмент амулета, Локеш сжал в руке древний медальон, под властью которого находилась Дурга.
– Убей ее! – прохрипел он.
Богиня занесла чакру над моей головой. Я зажмурилась… и тут что-то тяжелое врезалось мне в бок и отшвырнуло в сторону. Кишан! Мой черный тигр стряхнул с себя остатки порванной сети и с рычанием набросился на Дургу. Локеш взревел от досады. Он хотел поразить Кишана своей магией, но взвизгнул от боли и снова схватился за прокушенную руку.
Мне очень хотелось верить, что мы победили, но разум подсказывал, что до этого еще далеко.
Кишан и Дурга сцепились друг с другом, он прыгал на нее, она полосовала его чакрой. Локеш призвал к себе Сунила, который захромал к своему господину, припадая на раненую ногу.
Я все еще беспомощно лежала на каменистой земле, когда одна из рук Дурги промелькнула совсем рядом со мной. Поднатужившись, я дотронулась пальцами до края Шарфа и прошептала свою просьбу. В тот же миг нити, связавшие меня, начали таять. Не дожидаясь полного освобождения, я дотянулась до Огненной верви и стиснула в пальцах рукоять. Это был мой последний шанс, и я хорошо это понимала.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
