водным стихиям, но в период каникул Порт пустовал.
Эрхал еще издали приметил одинокий силуэт Повелителя Грозы. Он сидел на каменном парапете и бросал кусочки хлеба чайкам. Хлеб взлетал вверх, превращаясь в блестящих рыбин. Птицы подхватывали их на лету и громко кричали. Хименес улыбался.
Эрхал подошел и встал рядом, глядя на море. Повелитель Грозы смерил его веселым взглядом.
– Ты знаешь, приятель, Уйоль был очень недоволен, что ему не дали… м-м-м… поиграть с твоей подружкой. Он потом еще долго пыхтел, возмущался. Даже поджег парочку домов на окраине… э-э… вместе с жителями… Хотя нет, они вроде успели сбежать.
Он замолчал, ожидая реакции Эрхала. Не дождался, нахмурился и снова заговорил:
– Ты понимаешь, что было бы с твоей девицей, если бы я не остановил его?
– Ждешь от меня благодарности? – с сарказмом спросил Повелитель Воды.
– Да! – с вызовом откликнулся Хименес. – Для начала благодарности!
– Ладно. – Эрхал сел рядом и серьезно сказал: – Спасибо тебе, Хименес. Ты выручил меня, Арвина и Динантру.
Повелитель Грозы вроде бы на миг смутился, а потом глянул с откровенной злобой:
– Думаешь, раз ты любимчик Ювиса, то тебе все всегда будет сходить с рук, да? Ты сотни раз нарушал запреты, шляясь по Закрытым мирам, и ни разу не подвергся наказанию за это. Ювис тебя только журил и тут же прощал. А меня жестоко наказал за одну-единственную невинную шалость. Я провел два года в «Полном Молчании», не имея возможности издать ни звука! И за что?!
– За что?! Да ты разметал по камешку целый город только за то, что в местном трактире пара вояк вознамерилась набить тебе морду!
– Их было шестеро! И они осмелились поднять на меня руку. На меня!
– Ну, убил бы их. Зачем же разрушать весь город? Там под развалинами погибли сотни невинных людей, женщин и детей в том числе. Людей, которые не сделали тебе ничего плохого. Людей, которые и не подозревали о твоем существовании.
– А мне плевать на них. Никто не смеет проявлять неуважения к Богу!
– Неуважение к Богу? Да те несчастные задиры в трактире понятия не имели, кто ты такой на самом деле!
– Я сказал им. Но они не поверили.
– Не поверили, значит… – в голосе Эрхала прозвучала издевка. – Ты захотел тогда поиграть в мои игры, прикинуться простым смертным и выполнить «особое поручение»… Ты вошел в трактир при постоялом дворе в поношенной одежде, с посохом путника в руках, дорожной пылью на лице и двумя медяками в кармане. А они сопровождали местного вельможу, богатого и знатного. Насколько я помню, родственника самого короля. Они пили лучшее вино и сорили деньгами. Хозяин трактира лично прислуживал им, потея от усердия. А у тебя денег хватило на тарелку каши и кружку кислого пива… И ты сказал им, что ты будущий Бог. Странно, очень странно, что они не поверили тебе!
Хименес побагровел:
– Я наказал их! Весь город. И не жалею об этом!
– А Ювис потом наказал тебя. И тоже, думаю, не жалеет об этом.
– Напрасно ты так со мной, Эрхал, – прошипел Повелитель Грозы. Невдалеке над морем ударила ветвистая молния.
Повелитель Воды промолчал. Он и сам уже понял свою ошибку – не следовало сейчас дразнить Хименеса, но не смог сдержаться, сказал, как думал. Забыл мудрую лакийскую поговорку: «Когда просят милости, правду не говорят»[3].
– Ладно, Хименес, говори, что ты от меня хочешь, и покончим с этим.
– Покончим, – нехорошо усмехнулся Повелитель Грозы. – Еще как покончим… Прежде всего поговорим про «всё» за Арвина.
– Ну? Говори, не тяни.
– Ты предстанешь перед Ювисом. Если он вынесет тебе… э… справедливый приговор за предательство, я освобожу тебя от обоих обещаний. Но если приговор будет незаслуженно мягким или Верховный по каким-то причинам вообще простит тебя, то…
– То?
– Ты скажешь ему, что не хочешь становиться Богом. Ты откажешься от божественной власти.
– Что?!
В первый момент Эрхал просто не поверил своим ушам, но торжествующий взгляд Повелителя Грозы расставил все на свои места: Хименес действительно вознамерился лишить его статуса Бога!
Для любого амечи это едва ли не самое страшное наказание, ведь жажда власти у них в крови. Большинство предпочтут расстаться с жизнью, чем с властью над смертными.
Несколько мгновений Эрхал прикидывал, что для него дороже: жизнь или власть, а Хименес откровенно наслаждался выражением растерянности на лице противника.
– Ты можешь отказаться от своего обещания, – вкрадчиво предложил Повелитель Грозы. – Но тогда Ювис узнает об Арвине. Как ты думаешь, он простит его?
Арвин – сын Ювиса. Верховный Бог непременно накажет своего сына, лишний раз поддчеркивая, что статус Правителя для него дороже родства. У амечи в этом смысле было не как у большинства смертных рас: родство с высокопоставленными не благо, а зло.
– Так что ты решил, Эрхал? – насмешливо прищурился Хименес. – Кто пострадает, ты или Арвин?
Мысли Повелителя Воды понеслись вскачь.
«Не быть Богом… Значит, мне не посвятят мир, и смертные не будут припадать к стопам моих статуй во всех обитаемых мирах. И не станут возносить мне молитвы. Я лишусь очень мощного источника силы. Все это так, но…
Зато, не став Богом, я смогу любить смертную на равных. И много еще чего…
А молитвы… У меня и без них силы хватит на десятерых.
Так ли уж мне нужна власть? Может, не зря я обожаю шляться по мирам в облике смертного? Возможно, дело здесь не в простой жажде приключений. Что если мое истинное предназначение не править и властвовать, а… просто жить?»
– Знаешь что, – задумчиво сказал Эрхал, – пожалуй, ты прав, божественная власть не для меня. Да, я откажусь от статуса Бога.
Лицо Хименеса вытянулось. Он явно ожидал совсем другой реакции и других слов. А Эрхал не смог удержаться от желания окончательно добить его – проникновенно посмотрел на Повелителя Грозы и искренне сказал:
– Спасибо тебе, друг. Ты помог понять, что на самом деле важно для меня. Да, я с радостью выполню твое первое условие. А что там со вторым?
Хименес пришел в ярость. Над морем собралась нешуточная гроза.
– Ты… ты… Я еще больше помогу тебе! Теперь речь пойдет о твоей девке!
– Потрудись говорить о моей девушке с уважением! У нее есть
