ходили в кино, сидели в кафешке, пели в караоке…
Положив книгу на одну из полок с заготовками, я закрыла погреб, подвинула на дверцу широкий половик, надела куртку и сказала домовому:
- На хозяйстве будь.
- Тебя еще в батькиных портках не было, а я тут на хозяйстве был… - проворчал он и растворился в воздухе.
Мне очень не хотелось идти к церкви, чтобы случайно не встретиться там с Шаксом, но не могла же я оставить старую Тину в таком состоянии? Нет, нужно идти за бабкой и привести ее домой.
Чем ближе я подходила к церкви, тем неподъемнее становились мои ноги. Они словно налились свинцом. Я понимала, что это всего лишь самовнушение, но справиться со страхом не могла. Настоящее предчувствие всегда проявляется на телесном уровне. Тело быстрее, чем разум реагирует на возможную опасность. Тело не может обманывать.
Старую Тину я увидела на лавочке, стоящей напротив храма. Рядом с ней сидела Екатерина Алексеевна, и они тихо о чем-то разговаривали, склонив, друг к другу свои седые головы. Я направилась к ним, но остановилась в двух шагах, услышав, что старушки говорят об отце Сергии.
- А что ему приход бросить? Ты ведь понимаешь, что без него никак! Совсем никак! В последний раз что случилось, помнишь? – взволнованно говорила Екатерина Алексеевна. – Батюшка пострадал как! Но не станет его и нас не станет!
- Это да… да… - отвечала ей бабка, кивая головой. – Только он с ними говорить может, убеждать. Но когда-то не станет отца Сергия и что потом?
- Ничего с ним не случится! – твердо ответила Екатерина Алексеевна. – Тем более, скоро жену он в дом приведет. Матушка здесь появится… детки пойдут… Род продолжится.
- А кто же она? – удивленно поинтересовалась Тина. – Откуда он ее взял, матушку будущую?
- Откуда, откуда… Воспитана она для него в семье батюшки из Витебска, - ответила старушка. – Так просто матушкой такому священнику не станешь. Девка эта все знает, готова к тому, что в их жизни происходить будет, без страха все примет.
- Ага, ага… ну хорошо это, - вздохнула бабка, поправляя сползший с головы платок. – Но с Шаксом как быть? Вот где беда…
- Отец Сергий сказал, что найдет выход, а он, если говорит, всегда делает, - Екатерина Алексеевна вдруг схватила Тину за руку. – Ты только следи за тем, чтобы силу Нина не взяла. Слышишь?
- Да с чего ей брать ее? Я ведь не помираю, - бабка склонилась к ней еще ниже. – Вот только узнать нужно, зачем соседка ее сюда позвала. Неужто ею руководит кто?
- Здесь ни в чем нельзя быть уверенной…
- Нина? – голос отца Сергия раздался совершенно неожиданно, хотя вышел он из главного входа. Похоже, я так сильно увлеклась разговором двух старушек, что совершенно не обратила на него внимания.
Они резко обернулись и, увидев меня, старая Тина недовольно проворчала:
- А ты что здесь делаешь? Давно стоишь?
- Нет, я вас искала, - я пожала плечами, демонстрируя полнейшее спокойствие. – Переживаю ведь.
Батюшка подошел к нам и бабка сразу поднялась.
- Ну что ж, пора. Засиделась. Спасибо, что не дали помереть.
- Тебе до этого еще далеко, - хмыкнула Екатерина Алексеевна. – Вон, внучка какая… Еще замуж ее выдавать.
Я обратила внимание, что отец Сергий как-то странно смотрит на меня. Он будто в очередной раз пытался прочитать мои мысли.
- До свидания, батюшка, - попрощалась Тина и, кивнув головой, он пошел обратно.
Какие же странные вещи творятся вокруг… О чем говорили бабушка и Екатерина Алексеевна? Одни тайны.
Мы покинули территорию церкви, и молча, пошли по дороге. Бабка была хмурой, словно в ее душе происходило нечто непонятное даже ей самой.
Дойдя до кустов, в которых я нашла книгу, Тина остановилась.
- Ты иди, а я маленько задержусь, - она нетерпеливо посмотрела на меня. – Давай, там, небось, тесто скисло. Пирогов и до морковкиного заговенья не дождешься!
- Нет там ничего. Книгу я забрала, - сказала я, с удовольствием наблюдая за ее реакцией. – Ту, что в сумке была.
- Что? – бабкины брови выгнулись таким образом, что уголки стали практически домиком. – Ты следила за мной?!
- Мне ничего не оставалось делать, - честно призналась я. – И да… я знаю о книге и о ее происхождении.
- Доброхотушка постарался? – зло поинтересовалась Тина и прошипела: – Ну, я ему устрою…
Не особо церемонясь, она потащила меня дальше, а я гадала кто же такой Доброхотушка? Может домовой? Скорее всего.
- Мы ведьмы? – напрямую спросила я, еле поспевая за ней.
- Я ведьма! А ты – приблуда! – рявкнула бабка. – Иди уже!
* * *
На автобусной остановке было безлюдно, и когда на ней показался крупный батюшка в запыленной рясе, отец Сергий вышел из машины.
- Приветствую. Как добрались?
- Отлично, - батюшка обнял его и прижал к себе. – Ты ведь знаешь, что не люблю я всего этого напускного. Служитель Господа нашего должен быть как люд простой.
- Не могу не согласиться, - молодой человек кивнул на машину, стоящую на обочине. – А вот и мой личный транспорт.
Автомобиль мчался по пустынной дороге, а двое мужчин молчали, словно между ними пролегла какая-то черная тень.
- Сергий… ты понимаешь, что я тебе отдаю самое дорогое? Мою Любушку, - батюшка тяжело вздохнул. – Береги ее как самое себя.
- Не сомневайтесь во мне, отец Николай. В обиду я ее не дам, - молодой батюшка неотрывно смотрел на дорогу. Его лицо было холодным и отрешенным.
- Она же нетронутая, чистая. Для тебя выращенная, - все говорил отец Николай. – Тихая, спокойная, словно голубка. Должен спасибо мне сказать, да в ножки покланяться.
- Спасибо. Разве я отказываюсь? – отец Сергий не отводил глаз от дороги. – Она-то не против?
- Как она против может быть? С детства Любушка знает, к чему ее готовят, - ответил его собеседник. – Желания и воли ее в этом нет! А слова и подавно!
Всю остальную дорогу мужчины проехали молча, но когда показались темные стены храма, отец Николай с придыханием сказал:
- Вот она красота божья… стены, которые от всего зла охраняют.
- Да разве ваша церковь не такая? – улыбнулся отец Сергий.
