– Дом Божий он один. И одну силу имеет.
- Не-е-ет… Сам ведь знаешь… - батюшка вышел из машины, но увидев Екатерину Алексеевну, недовольно отвернулся. – И эту приютил… Все жалеешь… Веришь, что исправить сможешь…
- Да чего мне кого-то исправлять? – засмеялся молодой человек. – Для этого есть высшие инстанции. А Екатерина Алексеевна женщина хорошая…
- Хорошая, да не хорошая… - отец Николай подобрал подол рясы, чтобы не дай Бог не прикоснуться ею к встречающей их старушке. – К убийствам пригожая…
Екатерина Алексеевна поклонилась низко, но он не ответил на это проявление уважения. Он сделал еще несколько шагов вперед и, обернувшись, сказал:
- Подальше держись от меня. Не люблю я, таких как ты. Зараза…
- Идите Екатерина Алексеевна, - мягко сказал отец Сергий. – Я позову вас, если что понадобится.
Старушка засияла, будто солнышко и засеменила в сторону церкви.
- Ну-у-у, показывай дом, который ты строишь для души моей, батюшка… - гость прошелся по церковному двору. – Рядом с храмом?
- Да вот за забором и строю, - отец Сергий показал на небольшой бревенчатый дом за церковной оградой. – Мой дом всегда рядом с домом Господним.
- И это хорошо. Правильно… Здесь и благословлю вас на жизнь долгую.
Гость перекрестился на церковный крест, поклонился и направился к дверям, ведущим в храм.
Глава 6
После посещения храма мужчины пошли к строящемуся дому, огражденному временным забором.
- Ты-то где живешь? – поинтересовался отец Николай. – При церкви пока ютишься?
- Нет, здесь, в летней кухне и живу, - батюшка показал ему небольшое строение прямо во дворе, где шло строительство. – Давайте, зайдем.
Отец Сергий толкнул дверь кухоньки, и они вошли внутрь.
- Хорошо у тебя, светло… - гость огляделся. – Нравится мне здесь.
Хозяин провел его к старому рукомойнику и протянул чистое полотенце.
- Смывайте дорожную пыль, отец Николай.
Батюшка умылся и мужчины сели за стол, на котором стояли угощения, приготовленные заботливой рукой Екатерины Алексеевны.
- Хоть и хорошо она за тобой смотрит, но не приветствую я такое соседство, - гость положил себе на тарелку желтоватую картошку, посыпанную укропом. – Не знаю, как ты терпишь…
- А я никого и не терплю, - усмехнулся отец Сергий. – Екатерина Алексеевна хороший человек.
- Человек… - проворчал батюшка. – Ну да ладно… О другом хочу поговорить. Тихо тут?
- Тихо. Дай Бог так и будет, - отец Сергий плеснул ему вина в стакан. – Я слежу за всем.
- Себе, почему не наливаешь? – батюшка кивнул на бутылку кагора. – Поста нет, да и ты не праведник.
- Не хочу. Алкоголь изменяет сознание, а мне нужно быть с ясным разумом, - хозяин дома налил себе сока. – А вы пейте, вино хорошее.
Гость опорожнил стакан и принялся за еду, с удовольствием поглощая все, что было на столе.
- Мы когда к проходу пойдем? – наевшись, отец Николай откинулся на спинку стула. – Посмотреть охота. Владыка просил узнать, что да как.
- Сейчас я переоденусь, и пойдем, - молодой священник поднялся и скрылся в соседней комнате.
Гость выпил еще вина и когда его взгляд упал на зеркало, висящее таким образом, что было видно переодевающегося отца Сергия, он побледнел. Вся спина мужчины была покрыта жуткими шрамами, а поверх них ярким пятном выделялась татуировка. Батюшка присмотрелся к изображению и прикрыл глаза. Защита.
Через несколько минут отец Сергий вышел из комнаты, одетый в джинсы и кожаную куртку. Теперь ничего не указывало на то, что он священник, лишь свет, льющийся из его ярких глаз, говорил о том, что этот человек не прост.
- Вам бы тоже не мешало переодеться, - сказал он, и отец Николай кивнул, соглашаясь.
- Да… Пойду…
Вскоре мужчины покинули двор, и пошли по дороге в сторону леса.
Они некоторое время молчали, а потом отец Николай сказал:
- Ты прости меня, что спрашиваю, да уж больно интересно. Неужто и правду говорят, что мучения адские такие как ты проходят, когда по святым местам отправляются? Что злые духи тянут обратно, мучают?
- А вы как думаете? – отец Сергий так и смотрел перед собой, засунув руки в карманы. – Наш путь нелегок.
- Говорят пятеро вас во всем мире. Так ли это?
- Трое уже, - ответил священник. – А все потому, что расслабляться нельзя даже на минуту.
Они снова замолчали, и прошли остальной путь, не проронив больше ни слова.
Зайдя в лес, мужчины некоторое время пробирались в густых зарослях, но когда впереди показался почерневший сруб старого колодца, отец Сергий остановился.
Здесь все утопало в полумраке и прохладе. Стволы больших деревьев были покрыты мхом и грибами, которые делали их похожими на заставших леших. Пахло хвоей, а еще прелой листвой, отчего немного першило в горле. Под ногами переплетались щупальца корней, словно большой коричневый спрут вылез из-под земли и притаился в ожидании жертвы.
- Ближе, чем на три метра подходить к нему не советую, - предупредил он, но батюшка, словно не слыша его, пошел вперед.
Он приблизился к колодцу и заглянул в него. Прошло несколько минут, а отец Сергий все не поднимал голову, опускаясь все ниже.
Из темной пасти послышался жуткий шепот, наполняя лес своим зловещим звучанием. Он становился все громче, проникал в каждую клеточку, заставляя поддаваться его мистическому влиянию.
- Ну, хватит, - молодой священник подошел к нему и резко поднял, схватив за плечи. – Эй! Батюшка, очнитесь!
После того как он несколько раз встряхнул своего гостя, тот пришел в себя и быстро пошел прочь, повторяя одно и тоже:
- Спаси Господи! Спаси Господи нас грешных!
* * *
Подходя к дому, я почувствовала аромат пирожков и удивленно приподняла брови. Это еще что такое?
Мы вошли внутрь и, взглянув на меня через плечо, бабка сказала:
- И когда успела?
Я увидела на столе полную миску пирожков и чуть рот не раскрыла. Неужели домовой помог?
- Я старалась…
Бабка хмыкнула, а потом вдруг крикнула:
- Эй! Рыжий! А ну сюда иди!
- Да здесь я… - на стуле появился домовой, держа в руке половину шоколадки. – Чего случилось?
- Ты зачем языком треплешь своим? – старая Тина грозно уставилась на него. – Все выложил! Ляпало свое распустил!
- Чего это распустил?! – возмущенно
