«позже».
Наши тренировки вблизи «Витязя» собрали небольшую толпу зрителей, которые после посещения экспозиции музея Мирового океана, получили абсолютно бесплатную возможность посмотреть на процесс швартовки парусной яхты. Идея отправить кого ни будь из экипажа на причал и организовать платный аттракцион нами реализована не была. Идея так и осталась идеей.
Вечером, проверив состояние модифицированного нами механизма управления оборотами, мы убедились, что «G» (детали из строительного магазина) продолжает исправно выполнять назначенную нами функцию, пластиковые хомуты надёжно держат, то что мы прикрепили, а «P» (деревянный клин) стойко удерживает коробку от прокручивания. В общем – скотч не понадобился. Яхта стала ещё роднее и надёжней. Так уж повелось, что отремонтированное самостоятельно – более надёжное, чем новое. Когда всё новое – неизвестно, когда, почему и что сломается, а к себе доверия больше чем к какому-то неизвестному дяде, который делал новое. В общем – ходовые испытания прошли успешно. Ещё один внеплановый зачёт.
А набирая в бак пресную воду мы сначала затопили каюту кэпа, а потом и всю яхту. Не полностью, но вода покрыла пайолы. Пайолы – это съёмный настил, пол – по сухопутному, только съёмный. До этого замечательного момента (замечательного, потому что кэп заметил) мы пополняли бак, набирая воду в колонке в пластиковые десятилитровые бутылки. Набрал, занёс на яхту, вылил в горловину, пошёл за новой порцией. А в этот день мы готовились к предстоящему переходу и решили набрать полный бак. Достали из рундука шланг, закрепили на колонке и вставили в горловину. Чтобы не перелить, один человек дежурил на колонке у вентиля, второй не спускал глаз с горловины в ожидании увидеть там воду. Вода в горловине так и не появилась, зато она появилась в носовой каюте. Об этом мы узнали из от слегка возмущённого Александра, который спустив ноги со спального места не обнаружил свою обувь, зато он обнаружил прибывающую, судя по течению, воду. Это течение и переместило тапочки ближе к двери. Громко и почти без эмоций проинформировав нас об этом, он покинул кубрик и разместился на кормовой скамейке. Их было две – справа и слева. Кэп обычно восседал на правой, возвышаясь над нами и наблюдая за процессом познания нами морской науки и, при необходимости, корректируя этот процесс.
Вот и сейчас он занял своё любимое место и наблюдал как мы боремся за живучесть яхты. Вскрыв рундук в капитанской каюте, мы подробно изучили бак. Вода в горловине и не должна была появиться, потому что бак был оборудован клапаном, который выравнивал давление воздуха в баке. В тот день, выпустив весь воздух, который вытеснила вода, он продолжил выпускать эту самую воду. Впоследствии дежурный выставлялся не на горловине, а возле бака. Воду мы выкачали ручной помпой, пайолы и подпайольное пространство высушили тряпками. Как всегда – дружно и тщательно.
Выход в залив
Утром к нам прибыл новый курсант – Николай и обещал нас найти Илья. Они как Денис и Света взяли неделю практики. Дождались Николая, собрались, отдали швартовы и пошли в Калининградский залив. До выхода в залив нам нужно было пройти два моста. Оба были подъёмно разводными, построенными ещё в те времена, когда Калининград был Кенигсбергом. Первый уже давно не сводили, но по непроверенной информации, он был в рабочем состоянии и числился резервным на случай «если завтра война». Здесь нужно было просто пройти между опорами. А второй эксплуатировался и был автомобильно–железнодорожный, двухъярусный. Когда-то был разводным, но во время отступления, немцы его взорвали, потом его восстановили, и он стал неразводным, потом его сделали подъёмным. Поднимали его крайне редко и поэтому нам нужно было опустить мачту, перед проходом под мостом.
Не доходя до моста пришвартовались лагом с наружной стороны марины какого-то яхт клуба. Швартовку провели очень слаженно – кэп почти не повышал голоса. Очень пригодились навыки по набрасыванию швартова на утку и заведения швартова отпорным крюком. Не успели научится как тут же применили на практике. Подбежавшему сторожу объяснили про то, что сами мы не местные, здесь проездом, пришвартовались ненадолго и как только, то сразу же и уйдём. Не сказать, что его это успокоило, но отошёл, и продолжал наблюдать издалека. Опустили мачту, тоже без приключений. При такой вот процедуре, нужно следить за вантами, чтобы они были с той стороны от краспиц, в которую опускают мачту, т.е. между мачтой и кормой. Ещё один быстрый практический урок. А краспица – это распорка между мачтой и снастями стоячего такелажа. Очень похожа на рею.
Опустили мачту, замерли на местах, отшвартовались быстро и почти без «косяков». Всего это действие (вместе с пришвартовались/отшвартовались) заняло у нас около 15 минут. Учитывая, что большая часть команды делала это впервые – очень неплохое время. Прошли под мостом. Очень низкий. Под ним не то что с мачтой проходить, ещё и пригибаться надо, если не в кокпите, чтобы случайно головой о мост не удариться.
Пришвартовались к какому-то складу, сказали подбежавшему сторожу, что выходить не будем. Поднимем мачту и уйдём. Стали поднимать и, когда всё должно было вот-вот получиться, я, лёгким и, как мне показалось, изящным движением ноги, отправил за борт молоток. Дальше использовали только пассатижи. И для того чтобы зажать, и для того чтобы забить. Подняли, закрепили и двинулись дальше.
Склады сохранились в почти первозданном виде. Изменился только транспорт, который возит товары, сторож и сами товары, а всё остальное так и осталось как построили немцы. Немного обветшало, но сохранило свои эксплуатационные свойства. Сохранилось так хорошо, вероятно, не потому, что хорошо построили, а потому, что мы бережно к этому относимся.
В отличии от набережной Петра Великого, за мостом начиналась настоящая морская жизнь. Большие корабли в канале и у больших морских причалов, латеральные знаки, знаки опасности и прочие прелести.
Впервые вживую увидел кардинальные знаки. Эти знаки ограждают отдельно лежащие навигационные опасности и затонувшие корабли. Вот так может сложиться жизнь корабля – был кораблём – стал навигационной опасностью. Сделал неутешительный для себя вывод – запоминать топовые фигуры этих знаков очень неблагодарное занятие, потому что конусы можно рассмотреть только если к этому знаку пришвартуешься. Гораздо полезней выучить раскраску самих знаков. Нет, я знаю, что не обладаю орлиным зрением и поэтому пытался рассмотреть конусы в бинокль – бесполезно. Бинокль прихватил с собой на практику. Думал, что на яхте по любому должен быть бинокль и мой будет вторым. Два бинокля на
