яхте лишними не будут. Лишним не оказался мой, он же был единственным, потому как яхта биноклем укомплектована не была.
Пройдя немного по каналу, свернули налево-в Калининградский залив. Настоящий морской простор. Небольшие, но настоящие морские волны. Они очень маленькие, почти штиль. Можно подумать, что это пустое восхищение «салаги» перед тем, что для настоящего моряка не является поводом даже для небольшого внимания. Но умение восхищаться и радоваться обыкновенным мелочам, наполняет жизнь счастьем. Не надо ждать, не надо преодолевать, чтобы восхитится. Нет, после преодоления и при достижении нужно, но никто не запрещает восхищаться в процессе. Вот я и восхищался. Настоящий морской ветер, до этого я его чувствовал только на берегу. Любой, кто достигает каких-то вершин, когда-то был у подножия. Но некоторые забывают с этих вершин спустится.
Учимся ходить галсами
Кстати, о ветре. Выйдя в фарватер и дойдя до того места, где его глубина позволяет идти галсами, мы поставили стаксель и подняли грот. Калининградский залив большими глубинами не отличается и ещё в нём есть мели, которые опасны для килевых яхт. Наша была с выдвижным килем – швертом (немецкий Schwert – «меч»), но садиться на мель, даже выдвижным килем не хотелось. Александр, перед началом нашей практики, добыл морские карты, которые для Калининградского залива были редкостью и ещё страховал нас при помощи приложения, установленного на его планшет. Фарватер (vaarwater)– от голландских слов -varen – плыть и water – вода, обозначает безопасное, для движения судов место, обозначенное на местности (навигационными знаками) или на карте. Этот фарватер был отмечен и на карте, и на местности.
В общем – вышли на оперативный простор и пошли под парусами. Сначала просто шли, по очереди стояли у штурвала, учились правильно ловить ветер, правильно менять галсы. Осваивали работу шкотовых. Под парусом яхта идёт иначе, чем с мотором. Мне показалось это более приятным. Тишина, только ветер и плеск волн.
В школе, когда проходил теорию, нам (курсантам) задали «каверзный» вопрос: «На сколько градусов, изменяет курс яхта, когда переходит на другой галс?» Были разные варианты, но ни один не был правильным. Правильный оказался: «110 градусов». И очень подробное объяснение: «Потому что», и взгляд немного свысока на «недосалагу».
Чем отличался Александр? Он также задавал вопросы, внимательно выслушивал ответы, уточнял «почему так решили?», а потом оглашал правильный ответ и подробно разъяснял почему так, а не иначе. И если это тянулось с незапамятных времён, то рассказывал историю появления (происхождения). Вообще он был (есть) живым воплощением Христофора Бонифатьевича – невозмутимый, решительный, с чувством юмора, «нафаршированный» историями, подходящими к любой ситуации. Благодаря этому (историям) наше обучение прерывалось только сном. Во всё остальное время мы, под чутким руководством Александра, стремительно интегрировались в морское сообщество.
Так вот, опять про галсы. Освоили технику управления при смене галса. Нужно выбрать ориентир на траверсе кормы (перпендикулярно курсу) в направлении изменения курса. В общем, где-то сбоку, дать команду шкотовым: «Приготовиться к повороту оверштаг» и после получения ответа о готовности, повернуть яхту на этот ориентир. Шкипер, во время поворота, наблюдает за поведением грота. Как только грот начнёт переходить с одного галса на другой – подаёт команду «Поворот». По этой команде один шкотовый травит (отпускает) стаксель шкот, а второй – натягивает (набивает) стаксель шкот другого борта. Стаксель переходит с одного борта на другой. Из теории от Александра, плюс собственноручно наработанной практики – поворот может быть больше 90 (на немного), но не меньше. При меньшем угле поворота можно остаться в левентике. Левентик (le vent, французский – ветер) это когда ветер дует по направлению к курсу яхты под углом 0 градусов, т.е. яхта находится носом четко против ветра. Против ветра парусные суда ходить не могут. При повороте это неудобное положение яхта проходит по инерции и если угол окажется меньше 90, то потеряет ход и нужно будет время, чтобы снова поймать ветер, набрать скорость… Поэтому – лучше чуть больше повернуть (яхта тогда почти ложится на борт) и после того, как поймали ветер в паруса – выровняться. Оверштаг делается быстро, чтобы яхта, попав в левентик не потеряла ход.
Несколько пробных поворотов – все поняли, все научились, у всех получается. Опять цитата от Александра: «Отсутствие таланта компенсируется многократными, повторяющимися тренировками». Не знаю, насколько мы были талантливы, но к обеду получалось уже неплохо. В силу таких обстоятельств как: наша удалённость от берега и отсутствие на этом удалённом береге инфраструктуры общественного питания; решено было провести это важное мероприятие в состоянии дрейфа.
Где и как пообедаем – решили, поэтому я ушёл в кают-компанию и начал подготовку. Опытные яхтсмены обычно обходятся бутербродами в таких случаях. И безопасно (не обольёшься), и во рту окажется больше чем на палубе (из тарелки/ложки не вылетит). Но мы то были неопытными. Поэтому кроме бутербродов – каша, салат, горячий чай и «вкусняшки» (сладости к чаю). Пока я готовил (резал, грел, намазывал) процесс обучения не прекращался и на команду «Приготовится к повороту» отвечали не только шкотовые, но и я: «К повороту готов».
Подготовится к повороту для меня (пока исполнял кокские обязанности) заключалось в обеспечении неподвижности того, что в случае поворота могло упасть, высыпаться, разлиться, рассыпаться и прочее раз-. Очень организуют такие условия. Когда готовишь, то всё делаешь так, что в обработке могут быть только не более двух объектов. Остальное упаковано, принайтовано («найтов» – морской термин, обозначающий тип крепления в виде обвязки), уложено в рундук или в шкафчик, которые обязательно тут же (после укладки) надёжно запираются. Незапертый выдвижной ящик со столовыми принадлежностями задержал минут на 15 обед и обеспечил меня на это время полезной работой – собрать, помыть, рассортировать, уложить. Пока я занимался подготовкой к обеду, процесс обучения продолжался. «Приготовиться к повороту!» прижал чайник/кастрюлю/сковороду к плите, закрепился (раскорячился) сам, «К повороту готов!». Стойко (от слова «стОя») пережил поворот, дождался пока яхта выровняется, продолжил процесс.
Когда всё было готово, высунул в кокпит голову – «Обед готов». Кэп рассказал, как ложить (яхты почему-то не встают и не кладутся, а «ложатся» в дрейф). Один из простых способов – повернуться к ветру бортом, как будто бы меняя галс, но стаксель оставить в прежнем положении. Яхта находится в положении какого– либо галса, а стаксель остаётся на наветренной (та сторона в которую дует ветер) стороне. Тогда яхта не торопясь дрейфует, ветер дует в борт, завихрения, которые образует в воде корпус, гасят набегающие волны.
