Читаем без скачивания Золотые нити - Екатерина Александровна Белова

можно и попробовать, – Джен подмигнул Клер и взял небольшую чашку с крышкой, стоящую на блюдце. Это гайвань – сосуд для заваривания чая. Он имеет большое значение – крышка символизирует небо, блюдце – землю, а чаша – он помахал ей в воздухе – это мы с вами, люди.

Джен аккуратно высыпал чайные листья из чахэ в гайвань и залил горячей водой из чайника.

– Температура очень важна, нельзя заваривать чай крутым кипятком. Я довел воду до нужной температуры и потом поддерживаю ее с помощью небольшого огня, – Джен указал на свечку в подставке чайника.

Клэр кивнула с серьезным видом. Было видно, что она полностью поглощена процессом и он невероятно ее увлекает.

Джен закрыл гайвань крышкой и, несколько раз виртуозно перевернув ее, и перелил чай в еще один сосуд похожий на молочник.

– Всего несколько секунд достаточно для заваривания. Но первый настой мы не пьем. Сейчас мы очищаем чай на физическом уровне, от всякой пыли, взвеси и прочего мусора. А это чахай – чаша справедливости, – он кивнул на то, что я принял за молочник, – Есть прекрасная китайская мудрость – перед чаем все равны. Богатые, бедные, просветлённые – не важно. Если разливать чай сразу в пиалы, в каких-то он получится крепче, в каких-то слабее. А чаша справедливости выравнивает эти различия.

Джен взял чахай большими деревянными щипцами и вылил чай сначала на слона, а потом на лягушку. Наши божества окутались облаком пара, мне даже показалось, что лягушка довольно квакнула.

Вода быстро исчезла в прорезях на доске.

– Внизу чабани есть специальный поддон, – пояснил Джен, повторно заливая чай горячей водой, – во время чайной церемонии мы много раз омываем листья и приборы, сливая настой прямо на доску, ну и конечно на наши божества, – он погладил лягушку по надутому круглому пузу, – сейчас второе заваривание – мы очищаем чай на энергетическом уровне.

Джен снова повторил те же действия – вылил чай сначала в чахай, а потом щедро полил лягушку и слона. Над доской поднимался пар, комната наполнялась приятным терпким ароматом.

– Ну вот теперь третий настой, мы можем пить, – Джен широко улыбнулся и чай наконец-то добрался до наших пиал.

Клэр, закрыв глаза, понюхала светло-желтую жидкость, сделала небольшой глоток и облизала губы.

– Как вкусно. И необычно. Я не могу понять, что чувствую, столько вкусов сразу.

– Конечно, – Джен пил чай громко прихлебывая и выдыхая, – и с каждым новым завариванием вкус будет меняться, постепенно раскрываясь, пока не достигнет пика.

Я пригубил чай и попытался понять, что чувствую. Действительно, было множество вкусов. Горечь сменялась сладостью, раскрывались ноты фруктов, аромат неизвестных цветов и в то же время присутствовала какая-то земляная терпкость.

– А теперь понюхайте пиалу, на стенках остаются частицы эфирных масел и чай откроется вам с новой стороны.

Я покорно сунул нос в пиалу и вдохнул. Меня словно окутал влажный смолянистый аромат, совсем не похожий на вкус, который я только что чувствовал. Кажется, рецепторы уже тихо сходили с ума от такого невероятного каскада, где один запах плавно перетекал в другой, оставаясь неуловимо тонким.

Джен повторно заварил чай наполнил наши пиалы.

– Расскажите, нам что-то из древних китайских легенд, – попросила Клэр.

Джен задумчиво потрогал бородку и завел неспешный рассказ, наполненный миром духов, божествами и прочей эзотерикой.

Мы пили и пили чай, его вкус менялся, становился то слабее, то крепче. Клэр о чем-то беседовала с Дженом, я давно перестал их слушать, войдя в какое-то умиротворенно медиативное состояние. Как приятно, вот что значит быть здесь и сейчас. Кажется, никогда такого не испытывал. От алкоголя эффект был совсем другой, я становился возбужденным, нервным, все было гипертрофированным, искусственно ярким, эмоции казались не настоящими, а порожденными моим больным сознанием. Как будто кто-то кидал банки с красками и они взрывались, оставляя яркие неровные пятна, которые сливались в какой-то сумасшедший рисунок. Сейчас все было иначе. Мне было так хорошо, по телу разливались волны тепла. Я любовался Клэр, как она делает маленькие глоточки, забавно нюхает пиалу, убирает за ухо непослушную прядь. Хотелось, чтобы это продолжалось вечно..

– А теперь я покажу вам настоящую магию, – в красноватых отблесках света лицо Джена выглядело старше и мудрее. Сейчас он действительно был похож на одного из Мастеров чайной церемонии, о которых рассказывал нам недавно.

– Танец чаинок, Доу ча. Поистине волшебное зрелище.

Джен встал, вышел за ширму и через минуту вернулся с газовой горелкой и большим стеклянным чайником.

– Сейчас мы будем наблюдать пять стадий кипения воды, – сказал он, наполняя чайник из большой баклажки, – Рачьи глаза, первая стадия. Совсем маленькие пузырьки, оседающие на стенках. Крабьи глаза, пузырьки покрупнее, вода уже начинает волноваться. Потом будут рыбьи глаза, когда пузырьки становятся совсем крупными, начинают подниматься на поверхность и лопаться. А затем начинается магия – пузырьки собираются в длинные жемчужные нити, это четвертая стадия. И в конце вода начинает говорить с нами, издавая тихие щелчки. Шум ветра в соснах. Пятая стадия, когда мы создадим вихрь и отдадим воде чайные листья. И вот тут будет и настоявшая магия. Вы увидите танец чаинок. Уверен, он вас поразит. Обычно никто не видел, как красиво заваривается чай.

Джен поставил чайник, на газовую горелку включил ее и ловким движением выудил из складок одежды еще один холщовый мешочек. Шумно вдохнув он пересыпал его содержимое, похожее на зеленые иголочки в чахэ, и прижал ее к лицу.

– Как пахнет, как пахнет, – Джен довольно крякнул, – Вам ребята невероятно повезло. Обычно я не выбираю чай, это он выбирает того, для кого быть заваренным. Я просто беру нужные мешочки и доношу его вкус до гостей. Вас выбрал очень редкий желтый чай.

Джен протянул чахэ Клер. Та с улыбкой приняла его.

– Какой запах.. ни на что не похоже.

Клэр передала чахэ мне и хитро улыбнулась. Я замешкался, боясь снова потеряться в ее зеленых глазах и чуть резче, чем надо забрал глиняную раковину у нее из рук.

И правда, согретый моим дыханием чай источал какой-то неземной аромат, я даже не мог описать, что именно чувствую.

Я вернул чахэ Джену и стал наблюдать за кипением воды. Уже появились первые пузырьки – рачьи глаза, кажется. Постепенно пузырьки становились крупнее, вода начинала волноваться, на поверхности проходили волны. Пузырьки вытягивались в длинные линии, действительно похожие на нити жемчуга.

Джен взял чайник и отлил часть воды в заранее приготовленный чахай.

– Шум ветра в соснах длится совсем недолго, – пояснил он, – Вода может очень быстро перекипеть и нам