детей здесь не вижу! Нужно выяснить, где они.
— Так обратитесь к медику, — с недоумением посмотрел на стихийницу директор. — Это ее епархия.
— Мы с ней в очень плохих отношениях, — вздохнула та. — Не буду скрывать, что большей частью по моей вине, но это не отменяет того факта, что слушать меня она просто не пожелает.
— Понял, — кивнул Иван Афанасьевич и двинулся к госпоже Эмрис, как раз отошедшей от капсулы, снова засветившейся ровным бежевым свечением. — Извините, но леди Хебонель утверждает, что перед ее ранением сюда отправили раненых учеников и положили в стазис. Это значит, что они должны быть где-то здесь.
— Да что может утверждать эта сука! — вспыхнула негодованием медик.
— Стоп! — поднял ладонь директор. — Вы сначала вдумайтесь в смысл слов, не обращая внимания на то, кто их сказал. Речь идет о жизни детей!
— Да что это я… — опомнилась госпожа Эмрис. — Извините. Слишком не люблю… эту. Но дети? Говорите, несколько учеников?
— Да.
— Сейчас запрошу искина.
Примерно через минуту молчания медик тяжело вздохнула и явной неохотой сказала:
— Мне очень не хочется признавать правоту этой дамы, но не признать тоже не могу. Здесь действительно имеется скрытый отсек, в нем сейчас шестеро детей, два мальчика и четыре девочки, возраст от тринадцати до пятнадцати лет. Не знаю, почему мои коллеги решили поместить их туда. Хотя…
— Как вы думаете, детей следует разбудить сейчас? — спросил Иван Афанасьевич.
— Думаю, да, столь долгое нахождение в стазисе никому не идет на пользу, — кивнула госпожа Эмрис. — Судя по отчетам аппаратуры капсул, дети здоровы, проведено полное восстановление. Расовая принадлежность — три человека, аллиара, урук-хай и кайсар.
— Аллиара и кайсар? — приподнял брови директор. — Кто это?
— Аллиара? — на мгновением задумалась медик. — Самое близкое понятие в вашем языке — эльфийка, но эта раса, в отличие от сказочных эльфов, не бессмертна, живет примерно до восьмисот лет. Но столь же красива. Кайсар — гуманоид, кожа коричневая, уши заостренные, небольшие, два ряда зубов, небольшие рога. Все три расы генетически совместимы с людьми.
— Значит, это подвиды людей, — констатировал Иван Афанасьевич.
— Естественно, просто долго жили в других условиях, вот и изменились, — подтвердила госпожа Эмрис. — Общее происхождение большинства рас от Кер’Эб Вр’Ан давно доказано. Хотя это не объясняет появление у моего народа дополнительной пары рук и кое-каких других органов. Видимо, предки увлекались генетическими экспериментами. Но вернемся к делу. Я отдала приказ на закачку детям инфопакета русского языка и их последующее пробуждение. Идемте туда, нельзя, чтобы они никого не увидели, проснувшись. Перепугаются.
— Идемте! — решительно заявил директор, когда речь шла о детях, он забывал обо всем.
Медик двинулась к боковой стене, приложила к ней руку. Открылся проход, он словно протаял, как протаивает льдинка, если приложить к ней горячий паяльник. Леди Хебонель двинулась за ними. Госпожа Эмрис недовольно покосилась на нее, но ничего не сказала, помня, что по отношению к детям эта стерва очень заботлива. Николай Иванович остался в основном зале обсуждать с инженером предстоящий ремонт станции. Он снова ощущал себя при деле, на службе, и испытывал немалый подъем духа. Бывшему офицеру в мирной жизни было неуютно, не хватало драйва, поэтому он совершенно не переживал о Земле и оставшихся там. Родных у физрука не осталось, не о ком беспокоиться. Помимо того, ему очень понравилась четыхрукая медик, невзирая на ее экзотический вид. Была в этой женщине что-то основательное, правильное, настоящее.
В относительно небольшом отсеке, бывшем на самом деле больше земного спортзала, стояло двенадцать капсул, несколько отличающихся по виду от остальных, они были более вытянутыми и серебристыми. Иван Афанасьевич обратил на это внимание госпожи Эмрис.
— Все верно, — кивнула она. — Это так называемые обучающие капсулы. Они куда более совершенны, имеют множество дополнительных функций помимо лечения и стазиса. Я и сама бы положила раненых детей именно в них. Правильно коллеги поступили.
Шесть капсул с легким шелестом открылись. Около минуты ничего не происходило, а затем в одной из них села человеческая фигура. Точнее, не совсем человеческая — красная кожа и выступающие нижние клыки говорили о ее принадлежности к тому же народу, что и Кайе-Орхай.
— Здравствуй, Лия-Дорай, — ступила вперед стихийница. — Как ты себя чувствуешь?
— Хорошо, госпожа Хебонель, — ломким баском ответила урук-хай. — А что случилось? Я помню, мы бежали к эвакуационным капсулам, потом вспышка и… все. Открыла глаза здесь…
— Ты была сильно ранена, поэтому тебя переместили в медцентр и поместили в стазис для восстановления, — пояснила женщина. — Но так случилось, что станция оказалась заброшена после эвакуации, и о нас забыли. Прошло очень много времени. Но все равно надо жить. Позволь представить тебе нового директора школы, представителя народа Кер’Эб Вр’Ан, Ивана Афанасьевича Нестерова. Сразу предупреждаю во избежание. Он темный одаренный со всеми достоинствами и недостатками таковых. Язык, на котором мы сейчас, говорим, называется русским и отныне является официальным языком «Тархи Ла». Дальнейшее обучение будет проходить на нем.
— Добрый день, господин директор! — раздался хор детских голосов. — Желаем вам здравия!
Как оказалось, остальные дети тоже сели в капсулах и сейчас с интересом и явной опаской смотрели на старого учителя. Похоже, известие о том, что он темный, изрядно напугало их. Иван Афанасьевич тоже пристально изучал их. Вот та невероятно красивая девочка с огромными глазами и острыми подвижными ушками наверное пресловутая аллиара, эльфийка. Вон тот угрюмый паренек с шестью почти не видными рожками на голове, маленькими, почти незаметными заостренными ушами, плотно прилегающими к коже, и коричневой кожей скорее всего кайсар. Остальные трое практически ничем не отличались от земных ребят, разве что хорошо тренированными телами. Мальчик и две девочки. Лет четырнадцати-пятнадцати.
Госпожа Эмрис между тем раздала детям пакеты с комбинезонами, те выбрались из капсул и оделись. Наготы никто не стеснялся, и Иван Афанасьевич отметил это про себя. Видимо, моральные нормы здесь отличались от привычных. Затем ученики вежливо поклонились учителям и медику.
— Лия-Дорай, урук-хай, клан Майхар с планеты Даурум, система Кайхон, — представилась краснокожая крупная девушка.
— Калатиэль Олиханниэ из Дома Белых Звезд, — последовала ее примеру «эльфийка». — Космостанция «Сияние Белых Звезд», система Таналис.
— Марика лон Даас, Гейта лон Карос, — присели беловолосая красивая девушка и пухленькая брюнетка.
