— Да, мэм. — Он сделал глубокий вдох и сел рядом за стол справа от нее на почтительном расстоянии, но достаточно близко, чтобы видеть бумаги, разложенные перед ней.
Она посмотрела на него и улыбнулась:
— Прекрасно! — Ее взгляд вернулся к многочисленным документам. — Я думаю начать отсюда. Кажется, они относятся к владению имуществом, но я совершенно не понимаю…
Задача оказалась более сложной, чем Гордон ожидал, и через несколько минут он погрузился в запутанные финансовые дела Уилмонта. Интересы его друга оказались гораздо разнообразнее и обширнее, чем Тони представлял, и лежащие перед ним документы полностью завладели его вниманием. Вместе с тем он старался не замечать тонкого цветочного аромата духов леди Уилмонт и тревожного блеска голубых глаз, когда она встречалась с ним озадаченным взглядом, а также интригующую ямочку, которая появлялась на ее правой щеке в тех редких случаях, когда она улыбалась.
В глубине его сознания вертелась мысль: такова ли леди Уилмонт на самом деле, какой кажется на первый взгляд?
Гордон с удивлением подумал, почему данный вопрос так интересует его.
Глава 3
— Пожалуй, единственное блюдо, которое ей не удалось испортить, — печально констатировала Делия, глядя на кусочек сыра, который держала между пальцев.
Гордон хмыкнул, соглашаясь, затем быстро извинился:
— Прошу прощения, мэм.
— Ничего, Гордон. Ваша реакция вполне естественна, учитывая полное отсутствие кулинарных способностей у миссис Миллер. — Она отправила кусочек сыра в рот, затем откинулась на спинку стула и посмотрела на кушанья, приготовленные экономкой. Холодное мясо, сыр и хлеб — совсем не то, что имела в виду Делия, когда говорила о легком ужине. В доме ее семьи повар в таких случаях готовил аппетитное мясо кролика, приправленное ароматным пряным соусом. Делия вздохнула.
— Простите за напоминание, мэм, но, возможно, лучше, если бы вы позволили мне нанять кого-то в помощь миссис Миллер в части приготовления пищи, — предложил Гордон с бесстрастным выражением лица.
Она посмотрела на него и рассмеялась:
— Надеюсь, у нас хватит сил протянуть еще немного, однако согласитесь, миссис Миллер недостаточно компетентна, не правда ли?
— Что касается кухни, мэм.
— Я очень разочарована, поскольку вы сказали, что у нее отличные рекомендации.
— Рекомендации могут быть ошибочными, — заметил он твердо.
— Да, но я полагала, что вы знаток в своем деле. Мохнатые брови Гордона сошлись над очками.
— Что вы имеете в виду, мэм?
— Вам же поручили нанять других слуг, не так ли?
— Да, конечно. — В его голосе прозвучала едва заметная нотка облегчения.
Делия задумчиво посмотрела на него. Бедный старик. Возможно, его способности дворецкого действительно потускнели. Однако она не видела оснований для такого вывода, судя по работе, которую они делали весь вечер, — у него был острый ум, дающий фору многим молодым людям. И все же с момента его прибытия она замечала, что порой он казался рассеянным и неуверенным в выполнении своих обязанностей.
Она тихо вздохнула. Ее домашнюю прислугу в самом деле можно назвать необычной: кухарка и экономка, не умеющая готовить и как следует прибираться в доме, шотландец с непонятным блеском в глазах, отличающийся довольно развязным поведением для лакея, и с трудом передвигающийся старик. Она, конечно, позволит ему найти кого-нибудь помогать миссис Миллер, которая располагала к себе довольно приятными манерами и доброжелательностью. Если она не слишком компетентна в своем деле, то ее дружелюбие и покладистость компенсировали такой недостаток. Ей просто нужно время, чтобы освоиться в домашнем хозяйстве, как и всем остальным, и ее умение выполнять свои обязанности, несомненно, улучшится.
Что касается Гордона, то пусть он тоже остается в доме сколько пожелает. Он добрый, старательный и, очевидно, нуждается в должности. Учитывая его возраст, вероятно, ее дом — последнее место его службы. Может быть, нужно найти ему помощника или еще одного лакея. Нанимая Гордона, а также миссис Миллер и Макферсона, Делия взяла на себя определенные обязательства и будет выполнять их. Тот, кто принимает на работу слугу, несет за него ответственность. Очень часто нанятые работники становятся не просто обслуживающим персоналом, но как бы членами семьи. Хотя Делия еще не очень хорошо знала свой обслуживающий персонал, она ни минуты не сомневалась, что все трое будут преданы ей.
— Могу я задать вам личный вопрос, Гордон? — спросила Делия.
Он немного поколебался, затем ответил:
— Как вам угодно, мэм.
— Зачем вы пудрите волосы и усы? Вы ориентируетесь на устаревшую моду, которая делает вас старше. У вас обилие волос на голове, и многие мужчины, включая моего отца, — она улыбнулась, — все отдали бы, чтобы иметь такую шевелюру.
— Благодарю, миледи. — Гордон сделал паузу, собираясь с мыслями. — В мои годы, мэм, ношение парика или припудривание волос считалось обязательным требованием для дворецкого. Похоже, я просто следую ему до сих пор. Что касается усов, то мне так нравится. Я не могу отказаться от подобной привычки.
— Сколько же вам лет? — Она поморщилась. — Я, наверное, задаю слишком личный вопрос?
— Вовсе нет, мэм, — ответил он не колеблясь. — Мне шестьдесят один год.
— Так много, — тихо произнесла она. Признание удивило ее, поскольку она заметила, что, несмотря на возраст, он двигался с грацией молодого человека.
— Пока еще я могу выполнять свои обязанности, — заявил он твердо.
Делия почувствовала раскаяние.
— Конечно, можете. Я не подразумевала ничего иного. — Она импульсивно подалась вперед и накрыла его руку своей ладонью. — Вы будете занимать свою должность здесь сколько пожелаете.
Он вежливо убрал свою руку.
— Я очень благодарен вам, миледи.
— Когда все образуется, вы сможете подыскать повара, чтобы освободить миссис Миллер от приготовления пищи. А пока придется потерпеть. — Она покачала головой. — Будет нелегко, но я уверена, мы выдержим.
Как вам угодно. — В голосе Гордона отчетливо прозвучали мрачные нотки, и Делия подавила улыбку. Дворецкий никогда не будет открыто выражать свое мнение, но она не сомневалась, что он всегда даст понять, что думает по тому или иному вопросу.
Ее больно кольнула мысль о том, что Гордон, пожалуй, единственный человек, с которым она могла общаться сейчас.
Он встал, собрал приборы, неумело сложил их и поместил на поднос, оставленный Макферсоном. Делия всю свою жизнь провела в окружении слуг, которые всегда действовали очень профессионально, и удивилась тому, как ей не повезло.
