— Уютно нам обоим, девочка.
— Да, конечно.
— Ну а теперь... — Сеп снова стоял, повернувшись спиной к огню. — Что ты думаешь обо мне теперь?
Эмили посмотрела ему прямо в глаза и честно сказала:
— То же, что и раньше. Я думаю, что вы хороший и добрый человек.
Он поджал губы и покачал головой, а потом кивнул ей и сказал:
— А я думаю, что ты хорошая девочка и добрая, и всякое такое. Нам здесь будет хорошо вместе, тебе и мне.
После небольшой заминки, во время которой Сеп внимательно смотрел на девушку, она сказала:
— Я приготовлю вам ужин.
— Очень хорошо.
Когда Эмили была в моечной, Сеп крикнул ей:
— Не хотела бы ты прокатиться вверх по реке в воскресенье?
— Вверх по реке? — Она подошла к двери и выглянула из-за нее.
— Да, я сказал вверх по реке. Ты можешь и сестренку прихватить, я не против.
— Ой, как это было бы здорово! Спасибо! Спасибо, мистер... — Эмили зажала рот рукой, потом добавила со смущенным смешком: — Сеп. — Когда ее голова снова исчезла, он сказал почти неслышно, как будто для себя:
— Начнем с этого.
А она резко остановилась, почти готовая снова высунуть голову из-за двери и спросить, что он имел в виду. Но, подобно звуку далекого колокольчика, в ее голове раздался звон, давший понять, что он мог иметь в виду. Даже поняв, девушка сделала вид, что не обращает на это внимания, как если бы это было во сне, а потом продолжила приготовление ужина.
Глава 5
Прошло уже три месяца со дня смерти Нэнси Мак-Гиллби. Эмили казалось, что прошло еще больше времени, потому что иногда она чувствовала, будто самостоятельно ведет хозяйство уже многие годы и что она и Люси ходят по субботам на рынок и возвращаются нагруженные продуктами - мясом, овощами и бакалейными товарами - с тех пор, как она себя помнит.
Эмили очень волновалась за Люси, хотя могло показаться, что причины на это не было, так как она следила, чтобы сестра хорошо питалась. Девушка организовала, с помощью Сепа, чтобы Люси могла приходить к ней каждый день после школы, и кормила ее. Сеп не соглашался на то, чтобы Люси приходила в обеденное время, когда он ел сам. Эмили считала, что это было чудачество. Он хотел обедать в одиночестве; или, на худой конец, в присутствии Эмили.
Но несмотря на то, что она буквально впихивала в Люси еду, не похоже было, что девочка набирает вес, у нее на лице постоянно было обеспокоенное выражение. Когда Эмили спрашивала Люси, та только говорила, что ей не нравится жилец.
Приставал ли он к ней?
Нет, только иногда шлепал ее пониже спины, если был немного в подпитии. В любом случае Элис Бротон почти всегда отсылала ее, когда он был дома.
Когда Люси спрашивали, цеплялся ли к ней Томми, она отвечала, что нет. Так как ее защищал Джек.
Эмили было приятно узнать, что у Люси был хоть один защитник в том доме; Джек, по ее мнению, всегда был лучшим из выводка. Поэтому она последнее время старалась, чтобы он не остался внакладе, и незаметно давала ему каждую неделю один пенни.
Но сегодня, даже более чем всегда, Эмили почувствовала беспокойство относительно Люси, поскольку лицо девочки заострилось и у рта залегли горестные складки. Старшая сестра спросила ее напрямую, когда они вошли в дом и поставили на кухонный стол полные сумки:
— Послушай, Люси, что с тобой? Твое лицо сегодня напоминает дождливые выходные.
— Я просто чувствую себя усталой, Эмили.
— Ты всегда чувствуешь усталость. Почему ты так устаешь? Она заставляет тебя работать?
— Не более чем всегда, просто мытье и уборка и всякая ерунда... Эмили.
— Ну-ну. — Эмили села на кухонный стул и тяжело вздохнула, вытаскивая шляпные булавки из шляпки, чтобы снять ее. Потом, воткнув их обратно, она взглянула на девочку, молча стоявшую у ее колен, и резко сказала: — Ну, говори, что ты хочешь сказать!
— Могу я переехать сюда и жить здесь с тобой?
— О, Господи. Люси, — Эмили закрыла глаза и покачала головой, — сколько раз я тебе говорила, что я просила мистер Мак-Гиллби бесчисленное количество раз, но он все время отвечает, что мы должны заручиться согласием отца, потому что если мы заберем тебя оттуда, то могут возникнуть неприятности. И ты знаешь, что это так, потому что отец оставил тебя на попечение Элис Бротон. И у нее есть уведомление о половинном жалованье, чтобы доказать это. И таково было решение отца.
— Послушай. — Эмили взяла Люси за руку. — Я знаю, что кажется, будто отец еще долго не приедет, но нужно набраться терпения. Ну давай, развеселись, никогда не вешай носа! Давай разберем свои покупки, а потом выпьем по чашечке какао. — Она расправила плечи и добавила: — И мы будем пить его в гостиной у камина, хорошо?
Когда, спустя некоторое время, сестры сидели на коврике перед камином, пили какао и улыбались друг другу, Эмили сказала:
— Разве не здорово?
Улыбка исчезла с лица девочки, а в ее глазах отразилась такая тоска, что у Эмили сжалось сердце, а Люси сказала:
— Да, это как в раю.
Они молча смотрели друг на друга, потом Эмили тихо пробормотала:
— Я сделаю все возможное. У меня есть кое-что в запасе, я сделаю все, что смогу.
Потом они сидели молча, Люси с опущенной головой, а Эмили, подняв голову, оглядывала комнату. Это была красивая комната, радовавшая глаз. В ней размещались плюшевый гарнитур из семи предметов, а также сервант со стеклянными дверцами, стоявший в углу, в котором был большой чайный сервиз, и пианино у стены напротив камина. Сеп сказал, что она должна начать учиться игре на пианино, и она обязательно это сделает. Да, ей хотелось бы играть на инструменте; она будет чувствовать себя образованной. В углу стоял письменный стол, письменный стол Сепа, как она называла его, а перед окном размещался маленький полированный дубовый столик, на котором стоял красивый цветочный горшок с аспидистрой. Пол был покрыт настоящим ковром, а у камина лежал коврик, на котором они сейчас сидели, не самодельный, как у многих, а купленный в магазине. Все в комнате сияло чистотой. Не проходило ни дня, чтобы она не протирала каждую вещь в доме, а раз в неделю Эмили все полировала. И каждая минута работы доставляла ей удовольствие. Эмили никогда не хотела покинуть этот дом и... и более того, не было необходимости покидать его.
Эмили опустила голову и смотрела на чашку с какао. Она знала, что недалеко было то время, когда Сеп что-то скажет ей. И что она ответит ему? Она должна серьезно это обдумать. Неужели она не обдумывала это неоднократно! Если она не даст ему ответ, которого Сеп ждет, то кто-нибудь другой даст, потому что мистер Мак-Гиллби занимает положение, которое любая хотела бы разделить с ним; помимо того, что он владелец дома, он еще и десятник в доках... Жаль лишь, что такой старый.
