Ситуация меня позабавила, Ганц видимо предполагал проблемы, а в таком случае надо было звать отряд женщин, они в отличии от мирных мастеров одарённые.
Внизу меня встретили пять человек в кожаных куртках, наручах и наплечниках поверх одежды, весьма бандитской наружности. Не серьёзные противники, скорее вызывают смех.
Выбритые до синевы квадратные подбородки, татуированные шеи и руки. Спереди стоит здоровенный толстяк, расставляя ноги так, будто ждёт, пока там проедет поезд. При таких габаритах, поезд реально имеет неплохие шансы, это так к слову.
— Чем обязан? — решаю развлечься.
Начинаю без прелюдий и приветствий, сразу переходя к делу.
— Поговаривают, что ты принимаешь дельцов с нижнего города? — толстяк кивнул на небольшую лаконичную вывеску лавки Суана, которая находилась в этом же дворе.
— Ну, если поговаривают, значит правда. Что с того? — поднимаю бровь.
— Нехорошо это, мы тебя не трогаем, а ты на нашу территорию руку тянешь. — толстяк нехорошо ухмыляется, видно, что панибратский разговор с благородным ему нравится.
Он говорит от предводителя шайки, но чувствует себя очень уверенно.
— Вот что я тебе скажу боров, — заканчиваю клоунаду. — Ты сейчас развернёшься и убежишь подальше от этого места. Скажешь своему боссу, что в гробу видел соваться в этот квартал. Если он у вас тупой и пошёл в маму, повтори. Не дойдёт, и кто-то из вас сунется сюда, отрежу ноги и заставлю съесть. Вам понятно?
По мере моих слов вокруг начинается настоящая буря, речь входит в сознание борова словно раскалённый нож в масло. Но противник не так прост, он снова улыбается, но уже как-то сочувственно.
— Ты всё услышал, делай выводы, — и уже своим. — Отчаливаем парни, его светлость сегодня не в духе.
Мне следовало придать значения его реакции, но я не стал.
У меня не было опыта общения с бандитами, я думал, что они все так себя ведут. Их закаляет улица, волки трусливы по одиночке, охотятся стаей, но они хищники.
Но я ошибся.
Тем не менее, после памятного разговора со сворой местных бандитов, к моему кварталу потянулись другие дельцы. Первые этажи зданий стали заполнятся. Появилась кофейня-бар, мастерская, оружейный магазин, продуктовый дисконт, бутик одежды.
Квартал заиграл новыми красками, такие привычные для многих магазинчики оживили его, засияли, словно бриллиантовая подвеска на шее девушки.
Мы разобрали пару стен, окружающих промышленные зоны. Перегородки были километровыми и состояли из бетонных плит. Они пошли на стену, которая кольцом закрыла наши владения от посторонних. Появились простые деревённые вышки, Адель организовала патрули.
Ко всему прочему, сразу после становления стены, произошёл прорыв.
Я будто предчувствовал что-то, с самого утра. Но не мог оформить свои ощущения. Раз пять прогулявшись от дома до патруля на въезде в квартал и обратно, успокоился, присев на скамейку.
Но стоило мне выдохнуть, как завопила городская сирена, а я почувствовал табун мурашек на спине. Городское оповещение, есть риск прорыва на стене.
Пулей взбежал на десятый этаж, вырываясь в квартиру.
Доспех стоял в углу спальни, зияя пустым нутром. Небольшая команда, волевое усилие, и вон он срывается с места, раскрываясь цветком. Одежда слетела в мгновение ока, будто её не сняли, а сдуло сильным порывом ветра. Чёрный поддоспешник, сложенный в прикроватной тумбочке, как раз на такой случай, приятно обдал тело прохладой.
Давно я не залазил внутрь этого демона.
Как же я недооценил отряд одарённых, когда в голове билась только одна мысль, спасти своих людей.
Сейчас, вспоминаю и чувствую себя дураком, что поддался панике.
Стоя у ворот, я беспомощно наблюдал, как магические удары британок сносят подбирающихся монстров. То даже не дети, легионеры, мелкая шушера. Гориллоподобные, но намного глупее. Они пёрли напролом, погибая под шквальным магическим огнём. Поток быстро иссяк, кланы подавили прорыв городской стены.
Работки в тот день не нашлось, я поставил костюм на место, с чувством гордости. Ведь мне не пришлось его применить. Значит система работает, это меня воодушевило больше чем успешное отражение атаки.
* * *
Возле академии царила оживлённая атмосфера. Студенты кучковаться на парковке, рассказывали друг другу последние новости, делились планами.
Кто-то приезжал на родительском авто, кто-то пешком, дети самых обычных семей пользовались редким городским транспортом. Но самым шиком считалось иметь собственный автомобиль. Это сразу поднимало рейтинг любого парня на недосягаемую высоту.
Паркинг был уставлен преимущественно машинами не семейного класса. Большинство покупало старенькие американские купэ, красуясь широкими дискам и необычной расцветкой.
Личное авто уже давно переросло в культ, а Московская Военная Академия собрала под своей крышей множество его адептов.
Здание было перестроено из настоящего некогда вуза, величественный ампир, строгие линии и неизменный шпиль посередине.
Из-за ближайшего поворота вынырнул ослепительно красный карвет, заворачивая на академический паркинг. В груди некоторых машинных экспертов сбилось дыхание. Такой экземпляр наверняка, стоил космических денег, был дорог в обслуживании и не мог принадлежать простому студенту.
Автомобиль кружил по коридору из выстроившихся машин, ища место для стоянки. Каждый круг привлекал всё больше и больше внимания, приглушая беседы и приковывая взгляды.
Наконец, водитель завершил петляния, нагло вставая на парковку для преподавателей. Место было подписано, на асфальте стояла лаконичная металлическая табличка «Егорова Анна Александровна».
Дверь открылась, из салона выбрался молодой юноша в солнцезащитных очках и классическом костюме тёмно-синего цвета.
В руке парня блеснули ключи, сигнализация отозвалась довольным писком, машина вежливо мигнула габаритами.
Заметив надпись, парень приспустил очки, оглядываясь по сторонам. А затем пнул табличку, которая улетела на газон. Юноша довольно поправил очки, пряча глаза, а затем вошёл в здание.
Студенты проводили взглядом стройную фигуру молодого человека, завистливо косясь на спорткар. Девушки уже прикидывали, в какой группе будет учится новенький, а кто-то прикидывал, удобно ли будет в салоне авто… Но их планам не суждено было сбыться, ведь никто не подозревал, что только что в академию прибыл новый учитель.
Поиски учительской растянулись на добрые полчаса, но я успел вовремя. Дверь открылась, впуская меня внутрь. С десяток любопытных взглядов восприняли в штыки моё появление.
Кабинет был устлан мягчайшим ковром, мебель эргономичная и удобная, справа небольшая кухонка.
Кажется, я не вовремя, полненький мужчина в костюме тройке толкал речь перед собравшимися учителями. Когда я вошёл, он прервался.
— Студентам запрещено входить в учительскую, — вякнула высокая дама в строгом чёрном платье с белым воротничком, она напоминала мне монахиню. — Не умеет читать?
— Зайду позже. — я пожал плечами, собираясь свалить.
Я не успел на какие-то секунды, мои попытки слинять прервал рык толстячка. А он так умеет? Его что, не покормили?
— Стоять! — он поправил очки, изучающе меня просканировав. — А вы случайно не Фонвизин Фёдор Константинович?
— Не случайно, он самый. — поёрничал я.
— Проходите господин преподаватель.
Толстячок вежливо повёл рукой, предлагая присесть.
— Изгнанник?
— Великий дом? Но как такое возможно?
— А, это не тот, который устроил дуэль на Весеннем Балу?!
— Да, это он…
Волна переговоров всколыхнула собравшихся учителей. Они шёпотом передавали друг другу новости, просвещая несведущих. С каждой секундой, мои похождения с их лёгкой подачи становились всё страшнее и страшнее.
В кабинет влетела растрёпанная девушка, лет двадцати пяти. Она захлопнула дверь, поправляя причёску. Я залюбовался формами, представляя её на обложке какого нибудь журнала, желательно в нижнем белье. Представить даму где-то в кабинете академии магии, было нереально.
