нам принесли что-то вроде кумыса. Он плескался в большом глиняном кувшине, который тут же жадно схватил Лаван. Он облизал толстые губы мясистым языком и шумно сглотнул. Его кадык дёрнулся под кожей, а руки умеючи разлили напиток в четыре деревянные кружки. Тут все пили из таких кружек. Даже местные одарённые, кои восседали за центральным столом. И они тоже хлебали кумыс, притом довольно давно. Один из них уже уронил голову на стол и пьяно похрапывал. А троица оставшихся гоготала всё громче, да поглядывала по сторонам пьяно поблескивающими глазами.
В отличие от них я только пригубил пахнущий молоком напиток, а затем ещё больше отдёрнул занавеску и глянул за окно. Там продолжали околачиваться всё те же чумазые мальчишки. Однако теперь они нашли себе другую забаву. Вбили в землю около дома железный штырь, привязали к нему давешнюю собаку и стали кидать в неё камнями. Изверги. Псина жалобно взвизгивала и пыталась порвать удерживающую её верёвку. А малолетние садисты радостно вопили, когда камни попадали в бедное животное. Лоб собаки уже оказался рассечён, и по нему струилась кровь. А в жалобных глазах пса стояли почти человеческие слёзы.
Я до боли в висках стиснул челюсти. Надо выйти и разогнать мелких уродов. Резко обернулся, желая встать, и успел заметить сострадание во взгляде Азерры, устремлённом за окно. Впрочем, уже через миг брюнетка отвернулась и что-то стала пальчиком выковыривать из угла глаза.
– Гадский песок, – зло пробурчала она.
– Ага, песок, – хмыкнул я, встал со стула и быстрым шагом двинулся к двери.
– Сандр, ты куда? – удивлённо спросил воитель, оторвавшись от кружки.
– Проветрюсь, – отмахнулся я и поймал на себе наглый взгляд одного из одарённых.
– Эй, малец, притащи нам ещё выпить, а то эта подавальщица куда-то запропастилась. Да и хозяин укатился, – весело выдал он и широко оскалился, демонстрируя крепкие зубы. Да и сам воитель был весьма крепким засранцем. Его мускулистую грудь облепила рубаха, поверх коей красовался патронташ. На поясе висели два крупнокалиберных револьвера и ятаган в ножнах. А всё лицо оказалось изборождено мелкими шрамами, словно его посекло осколками. Он явно был тёртым воителем ступени эдак пятидесятой, а то и выше. В его глазах навыкате царила полная уверенность в своих силах, а сбитые костяшки намекали, что он вправе так считать. К тому же уверенности ему явно прибавлял золотой амулет-артефакт, поблескивающий на бычьей шее с крупными венами.
– Чего ты застыл?! – громыхнул одарённый и всхрапнул, как бык при виде красной тряпки. – Ты меня не слышал? Быстро принеси мне кувшин этого пойла!
– Иди, иди, задохлик! – поддержала Быка пара его корешей, которых ещё не свалил зелёный змий.
Я ощутил на себе тревожный взгляд Мелиссы, хмурый Лавана и изучающий Азерры. Затевать драку в чужом городе совсем не хотелось, однако в душе уже кипела справедливая злость, а из ушей валил пар. Да и эти три урода от меня не отстанут, даже если я им тут краковяк спляшу. По выражению их рож мне было кристально ясно, что они уже настроились на то, чтобы хорошенечко поразвлечься. А когда им надоем я, они возьмутся за девушек. Вон они уже косятся в их сторону и облизываются. И Лаван их совсем не пугал.
Посему я унял нервную дрожь в пальцах, криво усмехнулся и проговорил, памятуя о том, что на улице моей помощи ждёт пёс:
– Ты, – ткнул пальцем в сторону Быка. – Пошли выйдем. Разберёмся один на один. Ты воитель, а я маг. Тот, кто проиграет – отдаёт противнику все артефакты, деньги и оружие. А я ещё девчонку ставлю. Вон ту, брюнетку со злыми глазами.
– Чего?! – искренне изумился воитель, выгнув брови дугой. – Ты… ты бросаешь мне… вызов?
Вся троица ошарашенно смотрела на меня, а потом они почти разом зашлись в громком, хрюкающем смехе. А я усмехнулся и торопливо вышел на улицу. Тут уже моя помощь оказалась не нужна. Пёс шустро удирал, волоча за собой перегрызенную верёвку. А юные изверги бежали за ним, но догнать они его точно не смогут. И уже спустя несколько секунд все они скрылись за поворотом. А ещё через пяток секунд из трактира под жаркие лучи солнца выбралась троица всё ещё похохатывающих уродов. За ними шли мои хмурые спутники. Азерра так вообще метала глазами такие молнии, что мне даже стало не по себе.
– Ох и повеселил ты нас… сопляк, – выдавил сквозь смешки Бык, который двигался довольно ловко, несмотря на опьянение и больше сотни килограммов веса. – Я ещё никогда не видел самоубийц. Оказываются, они выглядят, как высохшие на солнце трупы сдухачей. Аха-х-ха…
Я не знал, кто такие сдухачи, но их сравнение со мной вызвало у одарённых ещё один приступ гомерического смеха. Эдак, они помрут от хохота. И мне даже не придётся марать руки.
– Какие правила… мертвец? – весело проговорил отсмеявшийся кореш Быка и поправил заткнутый за пояс магический жезл. – До смерти? Или до первой крови?
– До первой крови, – вставила Мелисса, взволнованно хлопая глазами.
– Молчи, женщина! – рявкнул на неё третий одарённый, который тоже оказался совсем не хрупким воителем. Его шею днём с огнём было не сыскать. Башка одарённого словно вырастала из могучих плеч. Наверное, чтобы посмотреть на небо ему приходилось ложиться на спину.
– Хлебальник закрой! – набычился Лаван, встав перед Мелиссой.
– О… ещё один смертник, – деланно изумился Бык, разведя перевитыми венами руками. – Я с тобой разберусь после этого хлюпика, а потом заберу обеих ваших потаскух. Или ты струсишь, червь?
– Так не честно, – спокойно проговорил я, хотя внутри меня всё дрожало от волнения. – Мой спутник должен драться не с тобой, потому что ты к этому моменту уже не сможешь встать на ноги. Придётся, скажем, вот этому воителю с улыбкой дегенерата получить звездюлей от моего друга.
– Чего? – выдохнул Бык и наморщил лоб, силясь понять, что я сейчас сказал. Ему пришлось секунд пять пыжиться, прежде чем он налился дурной кровью и прорычал: – Я раздавлю и тебя, и этого недомерка! Расходимся – и начинаем! Я разорву тебя голыми руками. Мне даже не понадобится оружие!
Воитель картинно отстегнул пояс и передал его магу. А тот вдруг облизал губу и что-то зашептал на ухо быка, косясь в мою сторону.
До меня донеслись лишь обрывки его торопливой речи:
–… Прыщ слишком спокоен… что-то есть за душой… Осторожней будь… Но мы если что…
Разгорячённый воитель отмахнулся от него, как от назойливой мухи и вышел на середину улицы. А я показал глазами Лавану на мага и пояс в его руках.
