Принцесса Се'Недра, как заметил Гарион, упорно смотрела в другую сторону.
Невдалеке от них, ниже по склону, виднелось скопище кособоких палаток. Они стояли в лощине у стремительного ручья среди камней и гравия. Человек десять оборванцев уныло ковырялись в откосах у ручья кирками и ломами, из-за чего вода ниже поселка текла мутная, желтовато-бурая.
— Город? — спросил Дерник. — Здесь?
— Не то чтобы город, — отвечал Волк. — Здешние жители перебирают гальку и раскапывают берега, ища золото.
— Здесь есть золото? — быстро спросил Силк. Глаза его блеснули.
— Немного, — отвечал Волк, — не столько, чтобы стоило тратить время на его поиски.
— Чего ж они тогда мучаются?
Волк пожал плечами:
— Кто их знает?
Мендореллен и Бэйрек поехали впереди, и отряд по каменистому склону спустился к поселку. При их приближении из одной лачуги вышли двое мужчин с ржавыми мечами. Один, тощий, небритый, с высоким лбом, накинул на себя засаленную толнедрийскую куртку. Другой, повыше ростом и в плечах пошире, был в драной рубахе, какие носят арендийские крепостные.
— Постойте-ка, — крикнул толнедриец. — Мы не позволяем вооруженным людям проезжать здесь, пока не узнаем их целей.
— Ты загородил нам дорогу, приятель, — заметил Бэйрек. — Это может оказаться для тебя пагубным.
— Стоит мне крикнуть, и сюда сбегутся пятьдесят вооруженных людей, предупредил толнедриец.
— Не валяй дурака, Релдо, — сказал ему высокий аренд. — Вот этот, в латах, мимбратский рыцарь. Во всех горах не хватит людей остановить его, если он пожелает проехать. — Он с опаской взглянул на Мендореллена. — Каковы ваши намерения, сэр рыцарь? — спросил он почтительно.
— Мы едем по дороге, — отвечал Мендореллен, — и к вашей общине никакого дела не имеем. Аренд хмыкнул.
— Меня это устраивает. Пропусти их, Релдо. — Он просунул меч под веревку, которой был подпоясан.
— Что, если он лжет? — не унимался Релдо. — Может, они пришли за нашим золотом.
— За каким золотом, осел? — презрительно произнес аренд. — Во всем лагере не наберется золота, чтобы наполнить наперсток. А мимбратские рыцари не лгут. Хочешь с ним драться — валяй. Когда все кончится, мы соберем что от тебя останется и где-нибудь закопаем.
— Злой у тебя язык, Бериг, — мрачно заметил Релдо.
— И что ты намерен по этому поводу делать?
Толнедриец взглянул на высокого товарища, повернулся и пошел прочь, бормоча ругательства.
Бериг хрипло рассмеялся, потом опять обратился к Мендореллену.
— Проезжайте, сэр рыцарь, — сказал он. — Релдо — пустозвон. Можете не тревожиться. Мендореллен двинулся вперед шагом.
— Далеко же от дома ты зашел, друг, — заметил он. Бериг пожал плечами.
— В Арендии меня ничто не держало, а тут еще у меня с моим хозяином вышло недоразумение из-за свиньи. Когда он заговорил о виселице, я решил попытать счастья в чужих краях.
— Разумное решение, — рассмеялся Бэйрек. Бериг подмигнул ему.
— Дорога идет прямо вдоль ручья, — сказал он, — потом по другой стороне между этих лачуг. Там живут недраки, но единственный, кто может доставить вам затруднения, это Тарлек. Впрочем, вчера он напился и, наверное, еще отсыпается.
Из одной палатки выбрался человек в сендарийской одежде с пустыми, тоскливыми глазами. Вдруг он поднял лицо и завыл, как собака. Бериг поднял камень и бросил ему. Сендар схватил камень и с воем убежал в одну из лачуг.
— Когда-нибудь из сострадания я заколю его, — мрачно заметил Бериг. — Он воет на луну ночи напролет.
— Что с ним такое? — спросил Бэйрек. Бериг пожал плечами.
— Помешался. Думал, что может проникнуть в Марагор и улизнуть с золотом раньше, чем призраки его поймают, но ошибся.
— Что они с ним сделали? — спросил Дерник. Глаза у него были широко открыты.
— Никто не знает, — отвечал Бериг. — Довольно часто кто-нибудь решается на это спьяну или из жадности. До добра это не доводит, даже если его не ловят призраки. Если кто-то возвращается оттуда, его же товарищи обирают беднягу. Никому не удается сохранить золото, так зачем же себя утруждать?
— У вас тут премилое общество, — сухо заметил Силк.
Бериг рассмеялся.
— Меня устраивает. Лучше, чем красоваться на яблоне в хозяйском саду в Арендии. — Он рассеянно почесал под мышкой. — Думаю, пора мне пойти покопаться, — вздохнул он. — Удачи. — Он повернулся и пошел к палатке.
— Поехали, — тихо сказал Волк. — С наступлением дня в таких местах становится неспокойно.
— Похоже, ты кое-что знаешь об этих людях, отец, — заметила тетя Пол.
— У них хорошо прятаться, — ответил он. — Никто не задает никаких вопросов. Мне раза два в жизни приходилось прятаться.
— Интересно зачем?
Они двинулись по пыльной улочке меж лепившихся одна к другой лачуг и латаных-перелатаных палаток, вниз, к резво бегущему ручью.
— Подождите! — окликнул кто-то сзади. За ними, размахивая маленьким кожаным кошельком, бежал неопрятного вида драсниец. Он догнал их и сказал, отдуваясь: — Почему вы не подождали?
— Что тебе надо? — спросил его Силк.
— Я дам вам две с половиной унции золота за девчонку, — запыхавшись выговорил драсниец и снова замахал кошельком.
Лицо у Мендореллена сделалось суровым, рука потянулась к мечу.
— Быть может, Мендореллен, ты позволишь мне с ним разобраться? — вкрадчиво спросил Силк, спрыгивая с лошади.
На лице Се'Недры первый ужас сменился гневом. Она уже готова была взорваться, но Гарион подъехал и взял её за руку.
— Подожди, — сказал он мягко.
— Как он смеет!..
— Тише. Смотри и слушай: Силк все сделает, как надо.
— Маловато сулишь, — сказал Силк, перебирая пальцами.
— Она еще очень юна, — заметил его соотечественник, — и навряд ли опытна. Кому из вас она принадлежит?
— Об этом мы еще поговорим, — отвечал Силк. — Я уверен, ты можешь предложить больше.
— Это все, что у меня есть, — печально сказал неряшливый человечек, шевеля пальцами. — А входить в долю с кем-нибудь из здешней сволочи я не хочу. Ни разу из этого не выходило ничего дельного.
Силк помотал головой.
— Очень сожалею, — сказал он, — но это исключено. Войди в наше положение.
Се'Недра издавала сдавленные звуки.
— Молчи, — буркнул Гарион. — Это совсем не то, что ты думаешь.
— А как насчет той, что постарше? — в отчаянии спросил неопытный драсниец. — Уж за неё-то две с половиной унции — цена хорошая.
Без предупреждения Силк выбросил вперед кулак, и его собеседник еле-еле уклонился от удара. Прижав руки ко рту, он забормотал ругательства.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
