а я поджала губы, пытаясь не рассмеяться, когда бледная кожа Нура порозовела.
— Почему, ты…
У Пьера вырвался смешок, когда он отпрянул от своего дяди.
— Я шучу, старик. Расслабься.
— Знаешь что? Вперёд. Уходи сейчас же. Иди проверь, как все подготовились, пока я поговорю с Её высочеством, — проинструктировал Нур, помахивая планшетом в руке перед Пьером, как будто отгонял муху.
— Но её высочеству нравится моё общество, не так ли? — сказал он и сам кивнул. — Было бы невежливо уходить, когда она попросила меня остаться.
Я усмехнулась. О, он мне нравился. Он был дерзким и крутым, но при этом искренне казался хорошим человеком.
— Её высочество не просила тебя остаться.
Пьер придвинулся ко мне поближе, но по — прежнему держался на почтительном расстоянии.
— Вы хотите, чтобы я остался, ваше высочество?
— Думаю, — сказала я, усмехаясь сквозь слова. — Тебе, вероятно, следует прислушаться к своему дяде.
— Чёрт возьми, — пробормотал Пьер, но рядом с ним Нур выглядел самодовольным. — Ладно, хорошо, как пожелаете. Но, пожалуйста, не уходите, пока у меня не будет возможности поговорить с вами.
Я согласилась на условие Пьера, прежде чем он, Роджер и Майкл исчезли, оставив меня расспрашивать Нура о закусках на кухне. Неудивительно, что он был более чем счастлив позволить мне порыться в запасах и даже уважительно заставил меня добавить мои любимые закуски к их ежедневным заказам от поставщиков. В этот момент вернулся Пьер и увел меня от своего дяди, чтобы показать кухню.
Мы с Пьером и Нуром сидели вокруг серебряного островка посреди кухни, когда принц Адам из Томы — младший сын королевы Лейлы и короля Рами — подошел, проводя рукой по волосам. Он немного вздрогнул, когда заметил меня, в то время как Нур и Пьер склонили перед ним головы.
— Принцесса Эсмеральда, — пробормотал Адам и склонил голову.
Я широко улыбнулась и кивнула в ответ неуклюжему подростку.
— Привет, принц Адам.
Мне всегда нравился вежливый и застенчивый младший брат Кая. Он был высоким, долговязым восемнадцатилетним парнем, которому ещё предстояло вырасти, но было очевидно, что он просто младшая версия своего отца с такими же светло — карими глазами, тёмными волосами и тёплым оттенком кожи.
— Уф, неужели сказывается проверка, маленький принц? Ты выглядишь… — Пьер притворно поморщился.
— Спасибо, — проворчал Адам, но его губы устало изогнулись. — Мне нужно что — нибудь поесть.
— Конечно, — сказал Нур. — Что бы вы хотели, ваше высочество? Сэндвича будет достаточно?
— Спасибо, Нур, сэндвич был бы великолепен.
Когда Нур ушел, я повернулась к Адаму, нахмурив брови.
— Проверка для чего?
— Пробный экзамен по математике на той неделе, когда мы вернемся в школу.
Мои глаза расширились.
— А что случилось с отсутствием школьных занятий во время Мирных каникул?
Пьер усмехнулся, но лицо Адама скривилось от отвращения.
— Наш учитель не считает, что празднование — причина не сдавать экзамен.
— Надо было вытащить карту принца, как я тебе говорил, — сказал Пьер, качая головой.
— Я могла бы помочь тебе, если хочешь, — предложила я, не раздумывая.
Адам моргнул, глядя на меня, но затем застенчиво отвёл взгляд.
— Нет, всё в порядке. Спасибо за предложение.
— Ты уверен? — спросила я. У меня не было никаких других дел до окончания ужина, когда я должна буду встретиться с Шехрияром, чтобы попрактиковаться в своей презентации, и, к сожалению, операция “Кай” в настоящее время приостановлена, так что…
— Я сейчас свободна, — я игриво тряхнула волосами. — И обычно я не хвастаюсь, но математика была моим самым сильным предметом. Почти всегда высокие оценки и баллы.
На его лице промелькнуло раздумье, затем он неловко кивнул.
— Есть несколько вопросов из прошлой работы, с которыми я не могу разобраться…
* * *
Кай
Я потер затылок твердой рукой, открывая двери на первом этаже дворцовой библиотеки.
Чёртов Невиш, я устал. И проголодался.
Утренняя конференция была утомительной, и сидеть в своём кабинете, уставившись в экран компьютера в течение двух часов после неё, точно не помогло. На полтора часа дольше, чем я намеревался. Я всего лишь хотел трижды проверить свою завтрашнюю презентацию, но я…отвлёкся.
Сначала это был её смех, а теперь это. Она. Возле моей спальни.
Я отбросил эту мысль прочь, когда мои брови сильно нахмурились. Я направлялся в библиотеку, чтобы вернуть книги, скопившиеся в моём кабинете, и сделать пятиминутный перерыв, чтобы больше не отвлекаться.
В библиотеке мои шаги были приглушены толстым красным ковром, расстеленным посередине, тёмными деревянными полками и книжными шкафами, выстроившимися по обе стороны, ни один из которых не был пуст. Сначала я этого не заметил, но чем дальше я проходил, тем отчетливее становился гул голосов, доносившийся сзади.
Я сразу узнал тембр голоса моего младшего брата. Но более мягкий, знакомый женский голос…Кто это был с Адамом?
Внезапно по библиотеке пронесся женский голос.
— Адам!
— Эсмеральда!
Эсмеральда? Как принцесса Эсмеральда?
Последовавшие за этим пронзительный грохот и треск раздались во мне так громко, что я потерял всякий слух, прежде чем страх и беспокойство за Адама заставили меня действовать.
Я выронил книги из рук, разбросав их по полу, и бросился в другой конец комнаты. Остановившись, я чуть не налетел на один из столов и стульев. И это зрелище…
Принцесса Эсмеральда стояла над моим младшим братом, распростертым на полу возле упавшего стула. Чайная чашка в её руках накренилась в его сторону. Её содержимое исчезло.
Львиный рев защитной ярости прорвался сквозь меня
Она пролила чай на Адама. Она обожгла его. Она причинила Адаму боль, как Мэг.
— Что, чёрт возьми, происходит? — я не узнал рокочущий голос, который меня покинул.
Они вскинули головы, но я направил весь свой гнев на принцессу с широко раскрытыми глазами.
Чёрт возьми, я должен был догадаться. Поймав её на попытке проникнуть в мою комнату прошлой ночью, я должен был догадаться, что она доставит ещё больше проблем. Но я совершил ошибку, предоставив ей презумпцию невиновности. Разве я уже не усвоил свой урок?
Я бросился к Адаму, взял его за руку и поднял на ноги. У меня совершенно вылетело из головы, что я принц, воспитанный в духе вежливости, когда я увидел пятно от крови на левом бедре Адама. Я резко повернулся, чтобы посмотреть на принцессу сверху вниз.
— Что ты с ним сделала?
Она вздрогнула, замкнувшись в себе, и я должен был почувствовать вину за то, что так разговариваю с женщиной, но я этого не чувствовал. Не мог и не стал бы, нет, если бы это означало, что моя семья снова пострадает.
— Это не… — она покачала головой и
