Армейскому авангарду не удалось скрытно от конного вражеского боевого охранения подойти к турецким позициям. Неприятель, расположившийся на высотах, своевременно обнаружил приближение русских войск. Было разгадано и намерение корпусов Боура и Репнина соединиться. Оставив против второго часть своей пехоты, противник двинул 20 тысяч войск навстречу первому, стремясь разбить подходивших.
В четвертом часу пополудни 10 июня войска авангардного корпуса устремились навстречу неприятелю, намереваясь прямо атаковать его. Перед наступающим фронтом находился небольшой лес, удобный для обороны. Неприятель решил занять его своей пехотой. Но Ф.В. Боур сумел еще прежде направить для занятия леса отличных стрелков-егерей. А четыре пехотных батальона с корпусной кавалерией быстро пошли в обход леса, чтобы атаковать неприятеля во фланг.
Неприятель был вынужден очистить лес, чтобы избежать сильного удара во фланг, и сам пошел вперед. Бой завершился усилиями гренадеров, которые забрасывали атакующих османов гранатами. Тем пришлось сперва отойти к своему походному лагерю, а затем начать поспешное отступление. Русские войска преследовали врага на протяжении 20 верст, пока наступившая южная ночь не заставила прекратить дальнейшее движение.
Среди отличившихся в деле 10 июня у Рябой Могилы оказался и дивизионный квартирмейстер капитан М.И. Голенищев-Кутузов. Офицер, находившийся во время сражения в авангарде наступающих русских войск, показал себя храбрым, энергичным и исполнительным штабным работником. После дела у Рябой Могилы он стал лично известен главнокомандующему, сумевшему оценить достоинства капитана квартирмейстерской службы.
В победной реляции главнокомандующего 1-й армией генерал-аншефа П.А. Румянцева императрице Екатерине II по поводу состоявшегося сражения говорится:
«…Генерал-квартирмейстер Боур… за совершенный порядок и неустрашимость весьма похваляет батальоных командиров графа Воронцова, Нейбуша, князя Меншикова и прочих, не меньше отдает справедливость за усердие к службе… капитанам Кнорингу, Кутузову… Словом, он рекомендует всех чинов, при его корпусе находящихся, что не боялись ни опасности, ни трудов и шли охотно ударить на неприятеля, да токмо бегство его, к большому отличению себя, отдалило настоящий случай».
Дело 10 июня стало только репетицией перед большим сражением на берегах реки Прут близ древнего высокого кургана, известного под именем Рябая Могила. Огромный укрепленный полевой лагерь турецких войск и крымской конницы находился несколько южнее ее.
Главные силы румянцевской армии по крайне плохим дорогам смогли подойти к корпусам Репнина и Боура только 16 июня. Накануне утром была проведена рекогносцировка расположения неприятеля. В ней, вне всякого сомнения, участвовал и капитан Кутузов.
Лагерь султанских войск оказался хорошо укрепленным и труднодоступным не только благодаря самой природе. Позиция с фронта выглядела весьма сильной: крутые высоты и болотистый ручей делали нападение с этой стороны почти невозможным. Штурмующим пришлось бы взбираться на скаты высот под ружейным и пушечным огнем в упор. Левый вражеский фланг также прикрывался крутым спуском и болотистой речной поймой. Правый фланг неприятеля был открыт и позволял атаковать лагерь с этой стороны крупными силами пехоты и кавалерии. Именно здесь крымский хан сосредоточил свою маневренную конную армию.
Прибыв к Рябой Могиле, главнокомандующий 1-й армией познакомился с данными обстоятельной рекогносцировки. На их основе генерал-аншеф П.А. Румянцев составил план предстоящего сражения. Он решил взять неприятельский укрепленный лагерь широким обходным маневром, учитывая, что турецких и крымских войск было в два раза больше, чем русских.
Корпусу Ф.В. Боура, в рядах которого участие в сражении принял Кутузов, отводилась особая роль. Ему предстояло атаковать турецкие позиции в лоб. Корпусу Н.В. Репнина предписывалось атаковать правый фланг неприятеля и, зайдя к нему в ближний тыл, отрезать ему путь к отступлению. Главным армейским силам приказывалось поддержать натиск этих двух корпусов. Отряду генерал-майора Г.А. Потемкина ставилась задача переправиться через реку Прут в шести верстах ниже Рябой Могилы и ударить неприятелю в тыл.
В 7 часов утра 17 июня русская армия пришла в движение. Полки корпуса Боура прежде всего заняли высоты на левой стороне заболоченного ручья. Чтобы обеспечить штурм укрепленного вражеского лагеря на противоположных высотах, в первой линии атакующих поставили пушки и единороги. Лишь только русские батареи открыли огонь, как выдвинувшийся вперед неприятель укрылся в лагере.
Генерал-майор Боур приказал начать фронтальную атаку. Две роты гренадеров графа Воронцова, быстро взобравшись по крутым склонам вверх, устремились первыми в штыковую атаку на засевших в ретраншементах (окопах) турецких пехотинцев. Те, не принимая рукопашной схватки, заблаговременно и удачливо обратились в бегство.
Крымский хан, командовавший султанскими войсками, не смог остановить свою многочисленную конницу, бежавшую вслед за турками. Русская кавалерия довершила успех, гнав противника около 30 верст по направлению к реке Кагул. Туда с юга подходили главные силы армии великого визиря.
Убедительная победа русского оружия при Рябой Могиле прославила полководца П.А. Румянцева. По показаниям пленных, в сражении «сила неприятеля простиралась до 22 тыс. турок, поровну пехоты и конницы, и 50 ООО татар при 44 пушках».
Главнокомандующий 1-й армией генерал-аншеф П.А. Румянцев писал в докладе Екатерине II о результатах славного и скорого дела под Рябой Могилой:
«…Потерю неприятеля в людях определить трудно, потому что он многих убитых и раненых увез с поля сражения. На месте сражения осталось до 400 трупов. С нашей стороны… убито 22, ранено 19 и без вести пропало 5 человек».
Румянцев, узнав, что турецко-крымская армия остановилась на крепкой позиции у реки Ларги, решил отбросить ее к самому Дунаю. Русские войска двинулись вдоль берега Прута на юг.
Как и раньше, главнокомандующий выслал вперед верст на двадцать авангардный корпус. Его функции были возложены на корпус Ф.В. Боура, усиленный сперва двумя гусарскими полками — Сербским и Харьковским, а затем еще и войсками Н.В. Репнина с отрядом Г.А. Потемкина.
На сей раз на долю квартирмейстерской службы армии выпала огромная по сложности и объему работа. И вновь находчивый и расторопный дивизионный квартирмейстер М.И. Голенищев-Кутузов оказался на высоте, отличившись при разведке неприятельской позиции. В ее задачи входило визуальное определение особенностей укреплений вражеского лагеря, численности войск в нем, выявление лучших направлений для атаки, разведка естественных препятствий.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
