об этом умолчал? Да, это было вполне реально.
Стараясь не думать о том, что тем самым Гончаров выбрал моего горе-мужа, предав то, что я считала дружбой, я набрала его номер. Ответил Олег почти сразу, я услышала лишь обрывок гудка, и он уже говорил в трубку:
— Слава богу, ты позвонила мне, Алина…
Я усмехнулась, услышав эти слова. У меня для Гончарова были не очень хорошие вести. Если, конечно, окажется, что он обо всем знал и молчал. Но говорить с тем, кого я называла другом, по телефону я не собиралась, предпочитая такие важные вещи обсуждать с глазу на глаз. Потому просто ответила вопросом:
— Сможешь увидеться со мной, когда тебе будет удобно?
4.2
Сразу же, как только мы встретились с Олегом, я поняла, что он осознает, по какой причине я позвала его на эту встречу. Кто-то бы спросил, зачем я вообще в этом всем копаюсь и почему не выбираю простой путь — отстраниться ото всего и больше не появляться в жизнях тех людей, которые уже показали мне, что я для них пустое место? Ответ был прост — они меня во что-то втянули, и я хотела понимать, какая роль была мне отведена во всем случившемся. Это уж точно станет не лишним, особенно учитывая, что бежать куда глаза глядят я не стану и мое пребывание в родном городе будет сопряжено с вероятностью встреч с теми, кого уже язык не поворачивался назвать родными и близкими.
— Речь пойдет о том, что ты мне хотел сказать в прошлый раз, но я тебя перебила, — сходу решила расставить все точки, когда мы с Гончаровым встретились в небольшом сквере.
Рассиживаться по кафешкам мне не хотелось. Принимать Олега у себя было чревато — не ровен час Гончаров и Сычев передерутся, если вдруг увидятся, а мне бы хотелось избежать новых поводов для нервных потрясений. Так что маленькая прогулка была как нельзя кстати. Помогала проветрить голову хоть немного.
— Да… Сделав свой выбор, когда сказал Денису, что больше он мне не друг, я снял с себя все обязательства, — расплывчато проговорил Гончаров.
Я мысленно закатила глаза. Говорить я предпочту прямо.
— Олег, давай сразу к делу. Ты хотел сообщить мне, что у Дэна все это время был ребенок, о котором я не знала. Дочь. Верно?
Гончаров приостановился и я последовала его примеру. Взглянув на меня не без удивления во взгляде, он уточнил:
— Это тебе сказал сам Денис?
Я помотала головой.
— Нет, мне позвонила сестра. Оказалось, что ее родила моя мама. И что ее папа — Денис.
Олег поджал губы. Все понятно — он знал про ребенка, рожденного от моего мужа на стороне. Почему мне об этом никто не говорил, я могла понять. И сейчас, когда душу заполняли совсем другие эмоции, я пока откладывала ту обиду, которая рождалась в сторону Гончарова. Но понимала, что рано или поздно я ее выплесну.
— Аля, я знал лишь, что у Дэна есть ребенок. Он не говорил, конечно же, от кого… Просто случайно увидел сообщение, которое всплыло на экране его телефона. Что-то вроде «Дочь спрашивала, когда приедет папа?».
Он сделал глубокий вдох, по-видимому, сильно волнуясь. А я, что удивительно, не чувствовала и каплю эмоций. Видимо, запас волнений, который имелся на этот счет, иссяк.
— Мы тогда с Денисом поговорили. Он сказал, что ты ни о чем не должна знать. Что он любит тебя безумно, хочет, чтобы ты называлась его женой. И только тебя видит в качестве своей супруги. А там так — мимолетная связь.
Он запнулся, посмотрел на меня внимательно.
— Прости, тебе, наверное, неприятно все это слушать.
Я хмыкнула.
— Ага, так неприятно, что я сейчас убегу, а потом буду делать вид, что ничего не знаю, — ответила, вложив в эти слова весь сарказм, на который была способна.
Гончаров улыбнулся, но я его веселья не разделяла. И выводы, которые делала об этом человеке, мне категорически не нравились.
— Продолжай, — сказала Олегу, решив, что свои ощущения обдумаю потом, когда все выясню.
— Я так понял, что алиментов та женщина не требовала. Блин, никак не укладывается в голове, что мать Дэниного ребенка — это твоя мама… — пробормотал Гончаров.
У меня тоже это в голове не укладывалось, но я и думала об этом как о чем-то, что меня совершенно не касается. Да, после я обязательно вернусь в исходную точку, находясь в которой пойму, что тоже во все это втянута помимо воли, но сейчас подсознание, стремясь включить режим самосохранения, давало мне возможность отстраниться морально.
— В общем, все, что я знаю — дочь Дениса живет в другом городе. Он иногда, довольно редко, к ней ездит. С ее матерью у них договор — ты ничего не должна знать. Так Дэн и планировал жить дальше. С тобой у него была бы настоящая семья, а там — ребенок, который получился в результате короткого романа в прошлом.
Гончаров договорил и теперь смотрел на меня выжидательно, словно я должна была ему выдать в ответ что-то определенное. А я не понимала, чего именно он от меня хочет.
— Олег, спасибо, конечно, но ты ведь должен понимать, что я почувствую в отношении тебя и тех тайн, которые ты скрывал, когда все это услышу, — сказала после паузы, когда мне все стало яснее некуда.
— Аля, прошу не делай поспешных выводов! — взмолился Гончаров, схватив меня за локоть, будто опасался, что я убегу в любой момент.
Впрочем, бежать я не собиралась, но и оставаться, когда для этого уже нет никаких оснований, не планировала.
— Вы с Денисом были мне одинаково дороги. Дэн меня поставил перед ужасным и тяжелым моральным выбором. Или сохранить его тайну, открывать которую я не имел никакого права, или все рассказать тебе и потерять друга… Понимаешь?
Я все же высвободила руку и отступила на шаг. Это простое действие вызвало у Олега болезненные эмоции. Его глаза потемнели, а на лице появилось такое выражение, словно он готовился к тому, что я его ударю.
— Понимаю, да. Как и то, что друга ты все же потерял. А еще… Что из всех моих родных и близких людей никто меня по итогу не выбрал. С мамой-то ладно, все понятно и так, — махнула я рукой. — Но отец, Денис и теперь вот ты показали мне со всей ясностью: вы выбираете вовсе не меня.
Сказав это и не дожидаясь ответа, я развернулась и удалилась быстрым шагом.
