- Нет, - покачала головой я, - В долг не беру и тебе не советую.
- Но, почему?
- Принцип такой, - пожала плечами я, - Принеси-ка мне лучше, Антошенька, плиту газовую. Ту, что я вчера хотела у тебя взять.
- А говорите денег нет, - проворчал он.
- Вот как раз на плиту и остались, - вздохнула и отошла подальше от велосипеда, чтобы не соблазняться.
Антон явно расстроился, что не получилось вот так с ходу продать мне дорогостоящий товар, но виду не подал и пошел внутрь магазина. Я двинулась следом, чтобы уже минут через десять выйти оттуда счастливой обладательницей настоящий двухкомфорочной плиты.
Эх, заживу!
Кашку себе молочную сварю и кушать буду!
Как человеку для счастья мало надо. Мне, как оказалась всего -то бросить Диму и зажить своей собственной, свободной жизнью.
Впервые за три года я задумалась: а любила ли я Диму вообще когда-то? За последние дни я столько о нем вспоминала, но ни разу сердце не отозвалось прежней ноющей болью. Она ушла, оставив после себя, только сожаление и желание больше никогда не доверять мужчине свою жизнь и благополучие.
Пожалуй, в этом плане я стала солидарна с Полиной. Один раз обжегшись, потом дуешь и на воду.
Столько лет прожить с предателем в роли бесплатной кухарки, уборщицы и подстилки. Это надо иметь не мозг, а кисель.
И самое противное, что я сама в свое время сунула голову в ядовитую петлю этих отношений. Тортики ему по воскресеньям пекла, отбивнушки жарила, осовила ресторанное меню, рубашки наглаживала, в эротическом белье по вечерам встречала. Тьфу! Противно вспомнить.
Хорошо, что хватило ума ребенка ему не родить. А ведь он просил. На коленях один раз умолял. Но я боялась и, как оказалась не зря. Потому, что бывший и его подлая семейка попросту отобрали бы у меня ребенка. С их деньгами и связями это дело провернуть, как три раза плюнуть. Вот тогда бы я по-настоящему завыла.
Быть может мне надо позвонить и выразить мамаше своего бывшего огромную благодарность за то, что подыскала сыночку невесту.
Сколько бы я так еще в бесплатных развлекалках и домработницах была?
А сейчас красота: хочу кисель пью, хочу на транзисторе играю!
Пока я размышляла об этом, ноги сами принесли меня к продуктовому магазину. Там за прилавком стояла дородная девушка с пышной темной косой и сосредоточенно раскладывала симпатичные на вид, но очень вредные по своему определению печеньки.
Я, как и любая девушка, люблю сладкое, но еще больше я люблю свою стройную подтянутую фигуру. А посему - сладкое долой. Нефиг трескать сахар - от него зубы портятся. А лечить зубки нынче дорогое удовольствие. Теперь оно мне не по карману.
- Добрый день, - вежливо поздоровалась я.
- Добрый, - брякнула девица и так на меня посмотрела, словно я у нее палку колбасы стащила и тут же при ней съела, чтобы отобрать было нечего.
Заострять внимание не стала. Мало ли. Может у человека день с утра не задался. Вот и злая такая поэтому.
- Будьте добры, взвесить мне веточку бананов и штук шесть апельсинов, - попросила я, кивая на холодильник, где под стеклом живописно расположились фруктики.
Девица высокомерно посмотрела на меня и черепашьим шагом, словно к ее ногам привязали пудовые гири, отправилась выполнять мою просьбу.
- А можно мне еще полкило Краковской? - покосилась я на свою любимую колбаску.
- Нет ее.
- Как нет? - непонимающе хлопнула глазами, - Вот же она лежит.
- Это заказ постоянного клиента. Выбирайте из того, что подешевле.
Какая неприятная девица. Мало того, что у нее лицо лошадиное, так еще и хамка. Как такие люди только в магазинах работают?
Не успела я ответить что-то едкое, как дверь за моей спиной распахнулась, и в тесное помещение продуктового магазинчика ворвался мой твердолобый сосед.
- Здравствуйте Дмитрий Алесандрович! - как к родному кинулась наглая девица, на ходу поправляя уродский форменный синий фартук.
Гамадрил кивнул ей и сдержанно улыбнулся.
Улыбнулся, блин!
И мазнул взглядом по ее пышным формам.
- Здравствуй, Света.
Голос у девицы сазу сделался сладким словно патока. Кинулась она как ошалелая предлагать покупателю дорогому всякие яства, каких мне не предлагала.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
- А вот колбаска Краковская! Только привезли. Желаете?
Ах ты обманщица! Значит мне нельзя такую колбасу, а зажравшемуся гамадрилу можно? Димас открыл было рот, чтобы ответить, но я встряла в их милую беседу.
- Не берите, Дмитрий. Колбаска завалявшаяся. С душком. Тут вообще на полках полно просроченного товара, - с этими словами я демонстративно подцепила с полки свободного доступа коробку конфет и принялась читать на обороте, - Даже конфеты. А потом детки это кушают. Безобразие просто!
Глава 8 Дмитрий
- Мой вам совет, дорогой соседушка: поберегите печень.
Вика с таким неподдельным участием посмотрела на меня, что стало в миг понятно: Светке конец! У нее уже было последнее китайское предупреждение.
- Дайте-ка посмотреть, - подцепил из рук блондинки злосчастную коробку конфет, перевернул ее на оборот и удостоверился в том, что соседка моя не врет.
Да и смысл ей это делать? Вика человек новый не обтесанный здешним сельским менталитетом.
- Та-а-к, - негромко протяну я и повернулся к застывшей, словно каменное изваяние продавщице, - И как ты это объяснишь, Светик?
- Я-я, не знаю, - заикаясь, проблеяла она в ответ, - Это не моя вина, Дмитрий Александрович. Четное слово!
- Мы тобой договаривались, Света. Это хорошо простой покупатель заметил твою оплошность. А если бы это была проверка из Роспотребнадзора? А? Что бы мы тогда делали?
Света что-то еще бормотала невразумительное в свое оправдание, но я для себя решил, что найду наглой девице замену. Не таким уж и ценным кадром она была, чтобы спускать с рук такие промахи.
В первый раз я поймал Светку на воровстве. Ушлая девица воровала деньги с кассы и намеренно обвешивала покупателей. Магазин мой на деревне один. Я его купил с полгода назад и превратил из гадюшника в нормальное продуктовое сельпо. Продавщица мне перешла по наследству от прошлого собственника. После первой же инвентаризации заподозрил ее в воровстве, но решил дать шанс. Все же человек долгое время работает на одном месте, народ ее хорошо знает, слухи, опять же, пойдут неуместные. Но тут косяк за косяком. За такое сразу увольняют, а не сюсюкаются. Я и так слишком добрый.
Судя по убитому виду Светы, вину она свою осознает и теперь со страхом ждет моего решения. Но не устраивать же разборки на глазах у ошарашенной таким поворотом Вики.
- Потом с тобой поговорим, - резко бросил я и вышел на улицу, нервно потирая руки. Курить-то, как хочется! Просто мочи нет.
Следом за мной загруженная пакетами, вышла Вика и, поставив тяжелую ношу на лавочку поинтересовалась: - Так это твой магазин?
- Мой, - недовольно буркнул я, думая, где теперь искать нормальную замену Светке, не каждая баба на селе освоит кассовый аппарат.
- Не знала, - говорит Вика, - Ты теперь работницу свою оштрафуешь?
- Уволю.
- За просрочку на полках? - удивленно покосилась на меня она.
- И за это тоже. Косяков с ее стороны достаточно.
- Дим, а может после ее...того. Я ж не думала, что так все обернется. Взъелась на нее за то, что она мне колбасу эту Краковскую зажала. Нехорошо как -то получается.
- Думаешь, мстить будет? Боишься?
- Нет, - качает головой Вика, - Просто не хочу чувствовать свою вину. Вдруг у этой Светы троих детей кормить нечем.
- Нет у нее детей, - заверил я соседку и, покосившись на ее сумки предложил, - Тебя до дома подкинуть? Пакеты тяжелые.
- Так ты ж на работу собирался, - вспомнила она.
- У меня пока есть еще свободное время, - пожал плечами я, - А ты чего без машины?
Пока ехали, Вика рассказала мне, что продает свою навороченную тачку.
- Не жалко?
