Доктор Прэтс подошел к общей доске, захватил свои бумаги, и я проследовала вслед за ним в его кабинет: - Присаживайся.
Я не была уверена, что он хотел от меня, но все равно присела: - Эвери, я знаю, что ты хочешь быть допущена к выпускной программе в следующем году. Она довольно тяжелая и сложная и, честно говоря, я обеспокоен, сможешь ли ты осилить ее в полной мере.
Это была новость для меня. Паника зародилась где-то внизу живота: - Я смогу ее осилить. Знаю, что все получится. Я закрыла свой средний балл для зачисления на программу. У меня были хвосты, но я все отработала.
Он сложил руки ладонями вместе и смотрел на меня какое-то время. Его темные глаза выражали полное понимание и обеспокоенность, но это все еще вызывало неприятное чувство в животе: - Ты права. Ранее в этом году твоя успеваемость была не на высоте. Потом она улучшилась, но я чувствую, что у тебя есть какие-то внешние факторы, которые отвлекают тебя от твоей основной работы по курсу. Есть что-то, о чем ты хочешь поговорить? – Я покачала головой и смущенно улыбнулась ему. - Если когда-нибудь захочешь обсудить, я здесь. Хочу, чтобы ты успешно все окончила, Эвери.
- Я нашла способ начать выпускную программу этим летом. Я могу окончить для начала курс полегче, но работать с ним целый год, если вы, конечно, считаете, что мне следует, доктор Прэтс. Мне действительно нужно это. Я так много трудилась, чтобы поступить сюда. Обещаю, что все свое время и внимание буду уделять этой работе.
- Эвери, мне нравится идея того, чтобы ты растянула свой курс, дабы осилить его и после лета. Возможно, это позволит тебе чуть разгрузить свой рабочий график. Твоя выпускная стипендия все еще остается. Следующие несколько месяцев очень важны. Участие в программе этим летом является очень хорошей альтернативой для тебя. Единственное, что тебе следует усвоить – это научиться устанавливать для себя обоснованные цели и ожидания. Если ты будешь давить на себя все сильнее и сильнее, в итоге ты сломаешься.
- Да, сэр.
Мы поговорили еще какое-то время, и когда я покинула его кабинет, то осознала, что мои планы на будущее, возможно, находятся за гранью моих возможностей. Теперь мне нужно просить Мисс Блэк об уменьшении заказов и увеличении оплаты.
Глава 7
На улице похолодало. Большие хлопья снега падали с неба, пока я шла по кампусу. Когда я наконец-то добрела до своей комнаты, Эмбер стояла там, чертыхаясь, собираясь на свои вечерние занятия. Она натянула свитер и глянула на меня мельком: - Ненавижу снег.
- Тогда переезжай во Флориду. - Эмбер сердито нахмурилась и выскочила за дверь.
Я присела на свою кровать, на минутку. Когда была младше, снегопад вызывал у меня радость и счастье. Как только снег плотным слоем покрывал землю, я делала одно и то же каждый раз – лепила снеговика. Не будет ли сумасшествием попробовать сделать подобное сейчас? Я подошла к окну и посмотрела на улицу. Все еще шел снег. Улыбка слега тронула губы. К черту все. Мне плевать, если люди подумают, что я тронулась рассудком.
Ухватившись за свою учебную сумку, я вытряхнула все ее содержимое на кровать, затем направилась к шкафу с одеждой. Собрав все необходимое, я пошла к своей машине. Все еще не могла поверить, что Шон починил ее для меня. Ухмыльнувшись моей давней подружке на колесах, я потрепала ее по капоту, будто она племенная лошадь: - Я бы скучала по тебе.
Я залезла внутрь и вставила ключ. Машина сразу же завелась. Внутренняя отделка была новой, и все кругом блестело. Пробежалась пальцами по приборной панели, думая, а что еще Шон поменял тут. Все выглядело очень новым. Я повернула рычаг и включила печку. Продолжая держать руку на рычаге, я ожидала от нее треска и белого дыма, но все прекрасно работало. Он исправил печку. Я не ношу сейчас пальто, поэтому Шон починил еще и печку. Обычно все тепло выходило сразу через окно, но не сейчас. Окна были закрыты. Я нагнулась к ним и подвигала ручку вверх-вниз.
О! Они двигаются! Боже мой! Окна работают! Шон вернул мою машину к жизни. Она больше не глохнет. Больше не ползет, как каракатица. Она едет как нормальная машина. Я сидела, улыбаясь, пока снежинки покрывали лобовое стекло. Почти боялась включать дворники, но и они заработали.
- Он починил все, - я взглянула на пассажирское сиденье и поняла, что ремень безопасности тоже работал.
Сделав глубокий вздох, я не смогла перестать улыбаться, точно зная, чем теперь заняться. Я выехала с парковки и направилась на Парквэй. Ехала на восток, а снег падал все больше и больше. К тому времени, как я добралась туда, все кругом было под снежным покрывалом. Выглядело прекрасно.
Я повернула к старому кладбищу. Снег лежал на верхушках надгробных плит. Я ехала вниз по дорожке к участку с могилами моих родителей и затем заглушила мотор. Схватив сумку, вылезла наружу. Тут было не так чтобы много снега, но вполне достаточно. Я слепила небольшой снежок и стала катать по земле. Он становился все больше и больше, пока я его не докатила прямо до самой могилы родителей.
Я разговаривала с ними, пока делала это. Рассказывала им все то, что приключилось со мной, как моя жизнь уходит у меня из-под ног. Я любила мужчину, который не отвечал мне взаимностью. И я девушка по вызову. Наконец-то могла связно все это сформулировать: - Мне это не нравится. Все не так, как я предполагала. Раньше не считала себя девушкой, которая спит со всеми направо и налево, поэтому вдвойне странно себя ощущаю. К тому же, я ненавидела ложь. Но у меня такое чувство, что за последнее время я лгала всем подряд.
Я стала катать уже другой шар, пока разговаривала, затем приподняла его и поставила на первый. Слепила третий, и когда он стал уже размером с тыкву, поставила его поверх предыдущих двух. Мой снеговик все же был не очень аккуратным. Я облепила его снегом вокруг и разгладила неровности. Когда я закончила, то встала перед ним. Снеговик был чуть меньше меня ростом. Я схватила шарф и пуговицы из моей сумки. Прижала на место глаз две ярко-розовые пуговицы и обернула вокруг его шеи розовый шарф. Итак, он снеговик-трансвестит. Мне нравится розовый. Я продолжала говорить с родителями, пока заканчивала украшать снеговика, но наконец-то поток слов иссяк.
Закончив и с этим, я выпрямилась, вдохнув холодный воздух, взглянула на их надгробия. Воспоминания вспыхнули в сознании. Мама любила первый снег. Папа рассказывал мне историю их знакомства так много раз, что я вряд ли уже забуду. Они оба были еще подростками и вышли покататься на санках. Пока ехали, их санки столкнулись по пути, это точно была судьба. Когда была ребенком, они брали меня в парк Кардиаг Хилл на Санкен Медоу. Они пересказывали эту историю много раз. Зима всегда была наполнена теплыми воспоминаниями.
