она.
– Как влюбилась, так и разлюблю – это не главное. Ты наберись терпения, я тебе расскажу всё с самого начала, а потом ты мне посоветуешь, что делать в этой ситуации, – попросила Саша и рассказала Марии Петровне всё, начиная с наезда и заканчивая днём своего рождения. Саша упустила только события прошедшей ночи. – Вот такие у меня новости. Принять решение нужно срочно, – смахивая непрошеную слезу, сказала Саша. – Я понимаю, что мать из меня никакая, но он меньше всего виноват в том, что так случилось. Тебе плохо, бабушка?
– Нормально, Сашенька. Сейчас всё пройдёт. Аборт делать нельзя, девочка моя. Никто не даст гарантии того, что всё проёдёт без последствий. Будешь потом локти кусать. С другой стороны, рождение ребёнка не только ответственность, но и нагрузка – справимся ли мы? Ты себя как чувствуешь?
– Есть всё время хочется.
– Будем, Сашенька, рожать ребёнка. Это нам испытание и его надо одолеть. Продадим мою квартиру, в городе снимем на пару лет небольшую квартиру, ты окончишь учёбу, а я тебе помогу. Малыш родиться, ты уж с третьим курсом справишься. Артём что говорит?
– Я не говорила с ним об этом и он не в курсе положения. Да, ему это и не нужно, бабушка.
– Поговорить, Василёк, обязательно нужно. Недоговорённость – это плохо. Скрывать факт беременности долго ты не сможешь, а так будешь знать, что от него ожидать. Поговорив – вы можете оставаться друзьями или недругами. Жизнь, Саша, она не всегда справедлива, но никогда никого не вини и не оправдывайся. Умным людям – это не надо, а глупым – пустая трата времени. Телефон звонит, я отвечу. – Да. Здравствуй, Артём, – сказала она в трубку и посмотрела на Сашу. – Здесь она. Думаю, тебе лучше приехать.
– Зачем ты пригласила его?
– А чего тянуть? Ты сама сказала, что решать нужно срочно. Поговори и расставь всё по своим местам. Будешь знать наверняка, чем гадать и сомневаться. Его никто не заставляет жениться, но либо он с тобой, либо без тебя. Либо помогает по дружбе, либо исчезает с глаз долой. Третьего не дано.
– Бабуля, не всё так просто.
– Ты задачки свои сложнее решаешь и находишь правильные ответы, а здесь всего одно уравнение с одним неизвестным. Чему равен твой мистер икс? Ты будешь знать ответ, а всё остальное мы решим вдвоём.
Артём приехал ближе к полудню. Мария Петровна оставила их в доме одних, прикрыв дверь в комнату Саши, вышла во двор.
– Зачем ты приехал? – спросила Саша, усевшись на кровати по-турецки.
– А почему ты сбежала? Как понимать это странное послание? Почему ты не осталась и не поговорила, сказав мне всё в лицо? Что было не так? Да, я далеко не подарок, но мне хотелось бы знать, почему девушка, проведя со мной ночь, исчезает без объяснений. Видишь, сколько у меня к тебе вопросов на один твой, – говорил обижено Артём. – Саш, ты мне нравишься, я тебе как будто тоже – что не так?
– Тебя оставляют без объяснений, ты к этому не привык и действительно, хочешь знать причину? – спросила Саша с грустью.
– Хочу. Я хочу понять и исправить то, что было не так.
– Я беременная. Срок десять недель. Я не могу сделать аборт, не могла, до сегодняшнего дня, рассказать обо всём бабушке. Не могу себя упрекнуть, что, будучи беременной, переспала с тобой. Мой первый сексуальный опыт в вашем доме не дал мне ничего, кроме беременности. Ты не мог не помнить того, что произошло в день рождения Яны. Вчера я воспользовалась твоим интересом и расположением ко мне и дала волю своим чувствам. Вот как-то так.
– Значит, мне всё это не приснилось?
– Не говори глупости. Ты, возможно, не всё, но помнил. Ты избегал встреч со мной до тех пор, пока не понял, что я не буду жаловаться и предъявлять претензии.
– Может мне на тебе жениться? Ты мне нравишься.
– Торгуешься? Ты хочешь сделать мне предложение или одолжение? – с какой-то лёгкой обидой, спросила Саша. – Женятся по любви, а не по принуждению. Скольких ты любил, скажем, за последний год?
– Саш, я не любил, я влюблялся, но это быстро проходило, – говорил Артём. – Я не клянусь никому в вечной любви. Ты меня зацепила, я и в тебя влюбился.
– Значит, месяца через два-три разлюбишь. Я не выйду за тебя замуж. Ребёнка можешь не признавать – это твоё право. Обещаю: не портить тебе жизнь своим присутствием, не шантажировать, но и не отказываться от твоей добровольной помощи. Что ещё? Чего ты сердишься? Возвращайся к своей прежней жизни и забудь о том, что в ней была Саша Ковалевская. Пусть всё идёт, как идёт. Не нужно искушать судьбу. Мало того что мы с тобой разные, мы едва знаем друг друга. Случилось то, что случилось. Мне очень трудно это говорить, но необходимо. Мы можем остаться друзьями, но на определённых условиях.
– Саш, прости меня, – сказал Артём, беря её за руку.
– Уже простила, а иначе не было бы ни этого разговора, ни сегодняшней ночи. Ты просто немного поторопился. Я поддалась бы твоим чарам добровольно, но чуть позже. Те чувства, которые я к тебе испытывала, они сильнее обиды. Видишь, я тебя всё время оправдываю, – сказала Саша и побледнела.
– Саш, что с тобой? – взволновано, спросил Артём.
– Я сейчас возьму свою сумку, и мы поедем с тобой в одно место, я покажу, – говорила она, поднимаясь осторожно с кровати. – Бабуля, мы прогуляемся и скоро вернёмся, – крикнула Саша бабушке, неспеша шагая к калитке.
– Ты можешь объяснить мне, что происходит? Ты бледная.
– Как я тебе объясню то, чего сама не знаю. Очень болит внизу живота, – говорила Саша, садясь в машину. – Вези меня в больницу, там всё выясним.
Сашу из приёмного покоя подняли в отделение. Артём уже час не находил себе места в коридоре больницы, пока не добился разговора с доктором отделения.
– Что с Ковалевской? – был его первый вопрос.
– Вы ей кто? – глядя на Артёма, спросил врач.
– Я отец её ребёнка.
– Уже нет. Потеряли вы ребёнка. Пару суток она пробудет у нас, а там посмотрим. Что между вами произошло?
– Мы разговаривали, но без истерик, без высказывания друг другу претензий. Я только сегодня узнал, что Саша беременная.
– Для двенадцати недель, вы молодой человек, просто слепой. Лучше бы она вас выматерила или ударила. В этом случае эффект был бы прямо противоположный.
– Я могу её увидеть?
– Можете. Накиньте халат и ограничьте свой визит пятью минутами. Отношения будете выяснять дома. Третья
