палата, – сказал доктор и, развернувшись, пошёл в отделение.
Артём набросил на плечи халат, нашёл палату и, тихонько постучав, вошёл. Сашу он увидел сразу. Три женщины в отличие от неё сидели.
– Саш, ты как? – спросил он, беря её за руку.
– Я в порядке, – ответила она, забирая свою руку из его ладони. – Будешь ехать домой, расскажи обо всём бабушке, – тихо попросила Саша.
– Что нам теперь делать?
– Для начала не делай скорбной физиономии. Ты ещё не привык к роли отца. Ничего делать не нужно потому, что исправить ничего невозможно, остаётся смириться. Я чувствую вину. Ведь случись это на день раньше, мне не пришлось бы рассказывать обо всём бабушке, огорошивать этой новостью тебя. Можно было многого избежать, скрыть, а я покаялась и обманулась в своих ожиданиях.
– Саш, я тебя не брошу.
– О чём ты? Я не вещь, которую можно бросить. Мы просто с тобой расстаёмся и остаёмся только друзьями, если ты не против дружбы. Всё остальное в прошлом. Уезжай. Через пару дней я вернусь к занятиям и буду жить как прежде. «Господи, я ведь так не думаю, – проводив Артёма, ругала себя мысленно Саша. – Кого я обманываю? Как бы мне хотелось с ним не расставаться. Я отдаю себе отчёт в том, что его влюблённость может продлиться и месяц, и неделю, но я не могу о нём не думать».
Бабушка пришла через час после отъезда Артёма.
– Как ты, Василёк?
– Плохо, бабуля. Я виновата перед тобой, ребёнком и даже Артёмом. Прости меня.
– Ничего в нашей жизни не происходит случайно, – говорила Мария Петровна. – Будет у тебя и большая любовь и ребятишки. А прощать-то за что? За то, что влюбилась или за то, что дитя не выносила? И то и другое не требует прощения. Твои родители не виноваты, что не смогли родить тебе сестру или брата. А любить и прощать – это целая наука. Ни ты, ни Артём её ещё не постигли. Там наверху решили, что вам рано иметь детей, не разобравшись в своих чувствах. Твоя первая любовь принесла тебе разочарование, но и в ней были прекрасные моменты. Ты, Василёк, только, только начинаешь жить. Не нужно пытаться изменить то, что тебе неподвластно, и не стоит никого и ни в чём обвинять. Наступит завтра новый день, оставив в прошлом сегодняшний, и будем жить дальше, – говорила она, обнимая внучку. – Ты мне позвони завтра, что скажет доктор, а сегодня отдыхай. Я тебе компот принесла и кое-что поесть, – целуя внучку, говорила бабушка.
Утром уже Марию Петровну ждал сюрприз – приехал Торопов Сергей Ильич.
– Мария Петровна, мне Артём всё рассказал и я теперь не знаю, как мне поступить, – сказал он после приветствия.
– Я догадываюсь, с чем ты приехал, Серёжа, – грустно сказала она. – Да, Сашенька твоя дочь. Ты это хотел от меня услышать? Нужна ли эта правда всем твоим детям? Что она даст тебе самому? Саша выросла в любви и согласии. Не случись этой вашей связи с Аллой, они так бы и прожили бы без детей. Ты ведь тоже не родил своих. Ты можешь любить её, заботиться о ней, но не спеши с признанием. Ты можешь разрушить свою семью и не наладить отношения с Сашей. Сейчас она влюблена в Артёма, а начнёт ненавидеть и тебе достанется. Что ты ей скажешь? Как объяснишь ей поступок её матери? Не вноси смуту в семью, не время. Саша только подружилась с Яной, возможно и с Артёмом всё наладится. Оставь всё как есть, не заставляй своих детей ревновать без повода. Наступит время, когда правда сама будет проситься наружу. Вот тогда и карты тебе в руки. К этому времени, вы лучше будете знать друг друга, легче будет принять родство. Саша умная девочка, но она плохо знает жизнь. Для неё есть белое и чёрное, без всяких полутонов. Ей будет трудно объяснить то, что не поддаётся в её понятии объяснению. Я очень надеюсь, что вы подружитесь, но не спеши.
– Как Вы думаете, Саша простит Артёма?
– Она уже его простила и любит его, но думаю, роман на этом и закончится. Саша ему не верит, а он меняться не собирается. Так что обида пройдёт, а доверие не вернётся.
– Артём просил меня отвезти её в общежитие.
– Если выпишут – отвезёшь. Ты же с ней не первый день знаком. Поедем после её звонка, а пока я тебя завтраком накормлю.
Пока Мария Петровна готовила завтрак, Сергей Ильич думал над её словами. Чем больше он думал, тем больше убеждался, что она была со всех сторон права. Он знал непростой характер Артёма, вспыльчивость и несдержанность Яны, и совсем мало знал Сашу. «Что будет, если первая мысль при знакомстве с сестрой окажется о наследстве? Это будет хуже любого цунами. Но я не могу носить это в себе. Выход один – поделиться этим с матерью. Она сумеет дать совет не хуже Марии Петровны», – думал он.
Глава 4
Александра Ковалевская вернулась в общежитие и через два дня приступила к занятиям, побывав на приёме у врача.
– Что ты решила, Саша? – спросила доктор.
– Ребёнок сам сделал выбор, Екатерина Васильевна, – тихо сказала Саша, протягивая ей выписку из больницы.
– Жалеешь? – спросила она, вклеивая выписку в карточку.
– Есть чувство вины, – ответила Саша. – Случись это на день раньше, всё для многих оказалось бы гораздо проще – кого-то не пришлось бы расстраивать, от кого-то скрыть. А я рассказала, покаялась и обманула и себя, и других.
– Ты не виновата в том, что произошло. К сожалению, часто случается и такое. Ты молодая и у тебя всё ещё будет.
Саша погрузилась в учёбу, по выходным навещала бабушку, и постепенно всё становилось на свои места. Яна иногда навещала её после занятий в общежитии. О брате не говорила, а Саша её о нём не спрашивала. С самим Артёмом не встречалась и встреч не искала. После зимней сессии в январе две тысячи первого года у Саши появился поклонник в лице молодого аспиранта с кафедры. Молодой человек не блистал внешностью и, скорее всего, был похож на «ботаника», а ухаживал красиво и неназойливо. Дмитрию Жданову было двадцать четыре года. Он был младшим сыном в семье прокурора области. Родители очень надеялись, что сын вундеркинд станет, по меньшей мере, дипломатом, но ожидания не оправдались. Дмитрий «просчитал», что за информатикой будущее, и поступил в университет на другой факультет. Теперь, заканчивая аспирантуру, он планировал продолжить своё
