— в-третьих, Алит пока не предпринимает никаких самостоятельных действий и ждет суждения, которое вынесет Орам (по этому пункту было особенно много ожесточенных пререканий, фырканий и прочих знаков абсолютного недоверия Алита к какому-то там Ораму);
— и в-четвертых, они в самое ближайшее время обязательно посоветуются обо всем с Суле.
Этот пункт был принят единодушно, так как Суле пользовалась в глазах Алита непререкаемым авторитетом. Лити всегда подозревала, что когда-то, когда Алит был еще совсем зеленым студентом, он был тайно влюблен в бабушку Суле. Тогда она еще изредка снисходила до того, чтобы прочесть пару-тройку лекций в Академии. Во всяком случае, именно тогда она познакомила Лити с ним. Однако Алит не мог заинтересовать Суле не только потому, что был ну уж слишком очевидно молод для нее — это бы ее не остановило, — а просто потому, что не был для этого достаточно хорош собой. У Суле всегда был очень придирчивый вкус.
Нет, он отнюдь не был уродом, просто в его облике не было ничего от тех бесконечных плечистых блондинов с голубыми глазами, в которых все время влюблялась Суле. Алит был довольно астеничным молодым человеком, среднего роста, что в глазах Суле было равнозначно приговору. Кроме того, его глаза были не лучистыми голубыми или на худой конец горящими черными, а карими, и взгляд, который он безуспешно пытался сделать твердым, чаще всего выражал задумчивость. Поэтому когда он приходил в дом Суле, ему в основном приходилось довольствоваться обществом малолетней Лити. Со временем Лити начала думать, что их дружба стала превращаться в нечто большее, но, как показали недавние события, она ошиблась. Хотя она милостиво оставила ему местечко в своем сердце. Как другу. Но не более.
Итак, они дружно решили непременно посоветоваться с Суле. Причем как-то вдруг выяснилось, что по важности и по очередности это должно было стать самым первым делом. Потому что за спорами они и не заметили, что уже наступил вечер и отправляться в БМП стало поздно. Лити снова попыталась связаться с Суле. После нескольких попыток ей наконец это удалось.
Суле была похожа на довольную кошку. Она с большим трудом заставила себя отвлечься от собственных приятных мыслей и переключиться на то, что ей наперебой излагали Лити и Алит. Лити же, как только увидела ее, страстно захотела узнать подробности о новом знакомом Суле, с которым, судя по всему, та и провела последние два дня. Но присутствие Алита сильно стеснило обеих, и, досадуя на него за это, Лити была вынуждена говорить только о делах.
Ей удалось вытеснить Алита из беседы и большую часть событий рассказать самой. Но когда дело дошло до главного, ей вдруг стало трудно подбирать слова. Вдруг показалось невероятно глупым, что им вообще могли прийти в голову такие предположения.
— Суле, тебе когда-нибудь приходилось слышать о том, чтобы магическое поле… ослаблялось?
— Конечно. — Суле явно удивилась. — Всем известно, что где-то оно сильнее, а где-то слабее. И его интенсивность меняется по многим причинам. Кроме того, вокруг того места, где творится много сильных заклятий, поле становится слабее, маг как бы стягивает его к себе. Но потом все возвращается. Это же известные вещи, Лити, детка. Что тебе вдруг вздумалось спрашивать меня о таких пустяках?
— Да нет, я имею в виду, сильно ослаблялось, так что… его нельзя почувствовать. — Лити так и не решилась произнести роковую фразу «оно исчезло».
— Ну, большинство людей его и так не чувствуют, но ведь ты имеешь в виду себя, не так ли? Алит, ты тоже… не смог его почувствовать?
Алит нехотя подтвердил. И у него оказалось больше решимости.
— По правде говоря, мы вообще ничего не почувствовали. Его там не было, Суле, если я еще что-нибудь понимаю в магии.
— Ну-ну, не горячись. Ты не хуже меня знаешь, что не быть его просто не может. Но вы должны были уловить остатки заклятий или по крайней мере направление, в котором поле утекло. Вы посмотрели вокруг?
Лити с Алитом переглянулись. Лити почувствовала, как жгучая краска заливает ей щеки.
— Черт, давно не чувствовала себя так глупо!
И в самом деле, как это не пришло ей в голову! Наверняка где-то рядом побывал сильный маг и при этом явно не бездействовал. Конечно, он просто высосал поле вокруг, чтобы использовать для своих заклятий. А через какое-то время оно само восстановится. Это как если бы кто-то вычерпал воду из небольшого водоемчика и там уже ничего нет, но потом впадина снова заполнится водой из подземного источника. Какая же она дура, да и Алит тоже хорош!
Но Алит явно не был согласен с этой ее мысленной оценкой. Он покачал головой и сказал:
— Нет, Суле, я понимаю, о чем ты говоришь. Но там не было следов сильного мага. Я не уловил никаких отголосков. И не было никакого направления. Не было даже остатков поля. Однажды мне довелось побывать в таком месте. После настоящей дуэли — помнишь, когда Кадоя арестовали… Так там не было ничего похожего. Конечно, я тогда был еще совсем юн, но хорошо помню то чувство пустоты, которое висело в воздухе. Здесь все другое. Здесь вообще не было поля.
Суле помолчала. А затем спросила гораздо более серьезным тоном:
— Ты уверен?
— Не знаю. Я хорошо понимаю, что этого просто не может быть, но если мои, наши, — поправился он, взглянув на Лити, — чувства нас не обманули, то его не было. И, надо сказать, это очень неприятное ощущение.
Лити не поняла, о каком случае упомянул Алит, но в том, что касалось неприятных ощущений, она была с ним полностью согласна.
— Да, такое чувство, как будто из тебя уходит Сила. Как вода из треснувшего сосуда.
При этих словах Суле и Алит одновременно уставились на девушку, и она смешалась.
— Вот как, — сказала Суле неестественно ровным голосом. — Вы меня тревожите. Я обязательно хочу все увидеть своими глазами. Где это?
— В Цветочном предместье. Там есть такой старый особняк, ужасно пестрый. Так вот в том саду…
Лити остановилась, увидев, как изменилось лицо Суле при ее словах.
— Ты знаешь это место?
— Возможно. — Суле ответила не сразу. — Алит, ты не мог бы мне устроить встречу с твоим дядей Оско? Ты не знаешь, где он сейчас?
— Я думаю, что он, как всегда, дома. И с ним всегда можно связаться по Шару…
— Нет, мне нужна личная беседа. — Они обменялись долгим взглядом. Скажи ему, что это может быть важно.
— Я попробую.
— Эй, что тут происходит? — вмешалась Лити, которая вообще перестала что-либо понимать и видела только, что бабушка Суле встревожена, а это ей доводилось видеть нечасто.
— Лити, — обратилась к ней сама Суле, — помнишь, пару дней назад я говорила тебе, что ты можешь делать все, что считаешь правильным, и при этом рассчитывать на мою поддержку. Так вот, забудь об этом и послушайся меня. Я настоятельно прошу тебя немедленно оставить это дело и больше не ходить ни в Цветочное предместье, ни в это твое БМП. Они занимаются чем-то не тем. Но это мы выясним. А ты, пожалуйста, больше ни во что не вмешивайся. По крайней мере некоторое время. Когда я все узнаю, я обязательно тебе расскажу. Договорились?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
