Лити потребовалось несколько минут, прежде чем она вообще смогла что-нибудь сказать. Но, пережив первый шок и отодвинув на задний план чувство горькой обиды, она почувствовала, что хаос в голове улегся и она может взять себя в руки.
— Да, огорошил ты меня. Я ничего не знала. Им что, запрещают говорить об этом?
— Ну впрямую не запрещают, но это считается нежелательным.
— А сам ты откуда узнал? И про Суле, и про своего дядю.
— Сначала, еще когда я был маленьким, случайно услышал, как дядя с кем-то говорил и тот его назвал Советником. Я тогда не понял, что это значило, но потом было еще пару раз. Он и тогда не слишком любил покидать дом и предпочитал общаться с другими Советниками по Шару. А любопытному мальчишке ничего не стоит подглядеть. И один раз я увидел их беседу с Суле. Они тогда как раз ссорились. Из-за той самой дуэли. Дядя Оско вроде бы был другом Кадоя. Он знал о предстоящей дуэли и ничего не сказал Совету. А Суле его за это ругала. Она требовала их остановить, пока еще можно. Но когда они добрались до места, было уже поздно. А я увязался за ними. Незаметно. И так побывал на месте настоящей дуэли. Это долго было предметом моей тайной гордости.
— Ты был свидетелем дуэли?
— Нет, когда я добрался туда, все уже было кончено. Я только видел место. Знаешь, там было очень неприятно. Как будто все вокруг умерло. Я имею в виду, что было такое чувство. Там словно ничего не осталось. В этом твоем саду, ну, там, где розы вянут, совсем не так. Там как будто и не было никогда ничего.
Лити кивнула:
— Я поняла. У меня было сходное чувство, хотя я его и не сразу осознала. Значит, мы можем сделать вывод, что Суле и впрямь считает дело важным, если она не постеснялась обратиться к Оско. И он того же мнения, если согласился с ней встретиться. Остается только узнать, в чем же там дело. И если я сегодня же не получу ответы на все свои вопросы, я просто лопну. Давай свяжемся с Суле прямо сейчас. Уже поздно, она сама должна вот-вот объявиться, но я не хочу ждать.
Они попробовали было воспользоваться общей связью, но стеклянный шар городской сети остался абсолютно безучастен к их попыткам. Суле явно не было дома.
Тогда Лити вызвала свой личный Шар и весьма решительно потянулась к Суле своей Силой. Но ответа не было и теперь. Алит покачал головой.
— Я же говорил, что не могу с ней связаться.
— Я думала, что ты просто пользовался городским кодом. Что ж, будем ждать, хотя она могла бы и ответить.
— Кто знает, чем она сейчас занята.
— Да чем бы ни была, она должна понять, как мне не терпится все узнать. И в конце концов, мы не чужие. Могла бы оторваться от этого важного чего-то.
— Ты сейчас говоришь как капризный ребенок. А помнится, еще недавно утверждала, что уже вполне взрослая.
Лити сцепила зубы и сдержала готовую сорваться с языка колкость.
— Послушай, ты не должен меня сейчас упрекать. Посмотрела бы я на тебя, если бы на тебя свалилось столько всего сразу.
— А что на тебя свалилось? Ты просто узнала то, чего раньше не знала. Вот и все. Как это затрагивает тебя лично?
— Как?! И ты еще спрашиваешь?! Я думала, что мы доверяем друг другу, а она от меня скрывала такое! И это единственный близкий человек!
Лити почувствовала, что готова заплакать, до того ей вдруг стало себя жалко.
— Успокойся. Вот не думал, что это на тебя так подействует. Что в конце концов произошло? Да, ты узнала, что у Суле есть от тебя тайна. Ну и что? Это нормально. У всех людей есть вещи, которые они не хотят сообщать другим, даже близким. Это не значит, что она не любит тебя или не доверяет тебе. Конечно, я считаю, что никакой особой тайны в том, что она входила в Совет, нет. Но наверняка у нее были причины, по которым она не хотела тебе этого говорить.
— Какие причины?
— Откуда я знаю? Спроси у нее самой. И, честное слово, незачем так сильно расстраиваться. Если бы я знал, что так будет, ни за что бы тебе не сказал.
— Ну уж дудки. Я настаиваю, чтобы от меня впредь ничего не скрывали. Если ты, конечно, хочешь оставаться моим другом.
— Да остынь ты наконец! Ну я тут при чем? Я-то что от тебя скрывал? Я вообще считал, что ты все знаешь. А ты сама должна вести себя по-другому, если хочешь, чтобы к тебе относились серьезно.
Лити несколько мгновений всерьез обдумывала возможность задушить его голыми руками, но с сожалением отказалась от этой идеи. Вероятно, нехорошее намерение отразилось у нее на лице, потому что Алит предусмотрительно сделал шаг в сторону.
— Ладно, — проворчала она, — живи.
— Спасибо. Все?
— Все.
— И ты не будешь закатывать Суле истерик?
— Не буду.
— Вот и хорошо. Остается дождаться Суле и узнать, что ей удалось выяснить. А то все это дело меня тоже довольно сильно беспокоит. И вообще я что-то проголодался. Кстати, ты намерена исполнять долг гостеприимной хозяйки?
— Не намерена. Честно говоря, в доме нет ни крошки. Я только сейчас поняла, что ужасно хочу есть. Не помню, когда я делала это в последний раз.
— Я знаю одно милое местечко. Там вкусно готовят и даже высылают заказы на дом. Ведь мы не хотим общаться с Суле на людях?
— Конечно, нет! Давай звони в это твое местечко!
Кухня «Старой бочки» оказалась в самом деле превосходной, а может, это просто показалось двум проголодавшимся от переживаний молодым магам. Воздав должное ужину, они оба пришли в умиротворенное состояние духа и почти спокойно стали ждать появления Суле. Но время шло, а ничего не происходило. Лити с Алитом нарочно договорились даже не упоминать в разговоре ничего из того, что их больше всего сейчас интересовало. И поэтому болтали о каких-то пустяках, главным образом перемывая косточки общим знакомым из Академии. Почти всем досталось на орехи, и только парочка кандидатур не вызвала серьезных нареканий у обоих. В целом они почти приятно проводили время, но чем дальше, тем больше пауз повисало в разговоре и тем менее живой интерес вызывало обсуждение человеческих несовершенств.
В конце концов, когда минула полночь, Лити не выдержала.
— Я устала ждать. Давай сами еще раз попробуем.
Алит горячо согласился, но их попытка снова не принесла успеха. Суле не отвечала. Лити увеличила яркость Шара и требовательно произнесла, пристально глядя прямо в глубину мерцающей сферы на своей ладони:
— Суле, ответь мне. Что бы ты сейчас ни делала, оторвись на секунду. Я должна тебя услышать. Потом можешь снова отключиться. Пожалуйста, Суле! Я прошу!
Но Шар оставался безнадежно нем. Лити в отчаянии загнала его обратно в ладонь.
— Она не может меня не слышать. Почему же молчит?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
