Читаем без скачивания Грымза с камелиями - Юлия Климова

    Вскипятив чайник, я слопала свою порцию печенья и конфет и вышла на свежий воздух. Соседи-туристы, видно, еще спали, потому что было тихо и безлюдно. Я направилась в сторону речки. Как и положено в таких местах, на берегу сидели рыбаки – двое. А в тумане, неподалеку от берега, маячила лодка.

    – Всем привет, – сказала я тихо. Рыбаки не любят шума, наивно полагая, что именно поэтому у них и не клюет.

    Мужчины обернулись и с интересом посмотрели на меня. Одному из них было лет тридцать, второй выглядел постарше лет на десять.

    – Привет, – кивнул тот, что помоложе, – это вы вчера приехали?

    – Ага, меня Аней зовут.

    – Егор, – охотно представился парень.

    – Степан, – буркнул мужчина постарше.

    Мне было как-то неловко называть его по имени – слишком хмурый взгляд, сутулые плечи, редкая седина...

    – А по отчеству? – поинтересовалась я.

    Он ухмыльнулся и сказал:

    – Зови Степаном.

    – Хорошо, – пожала я плечами, – как рыба? Ловится? А то наша кампания уже одной ногой за чертой под названием «Великий Голод».

    – Плохо рыбешка клюет, да и в основном только мелочь попадается, – ворчливо сказал Егор.

    – Чувствую, придется нам сесть на вынужденную диету.

    – Ничего, прорветесь, скоро магазин приедет. Кстати, кто из вас вчера мою сестру шуганул? – хохотнул Егор.

    – Значит, эта вертихвостка – твоя сестрица? – спросила я.

    – Ага, – кивнул парень, – навязали мне ее родители. Болтается по улицам, нигде не учится, не работает, вот и пришлось брать с собой, замотала она меня уже.

    Чувствую, нас она замотает тоже.

    – А как ее зовут?

    – Вероника... девке двадцать четыре года, а ничего делать не хочет, вот только замуж рвется.

    Альжбетке не понравится, что ее конкурентка по красоте моложе ее на шесть лет.

    – Твоя сестрица у нас вчера жениха себе присмотрела, – сказала я, – вот только занят он уже.

    – Веронику это не остановит, ох, и намаетесь вы с ней.

    Мне показалось, что Егор посмотрел на меня с искренним сочувствием. Вот только проблем с пухнущими от безделья разгильдяйками мне не хватало! У меня голова кругом от маман, от бриллиантов, от Осикова, да от всего на свете, а тут еще такой подарочек. Хотя, если я устроюсь горничной в роскошный особняк, то Вероника не успеет стать моей новой проблемой. Пусть девчонки с ней крутятся.

    – Разберемся, – сказала я, поглядывая на мрачного Степана. Один из поплавков запрыгал, и он резко дернул удочку – уже через секунду в воздухе болталась маленькая полосатая рыбешка.

    – Это кто? – поинтересовалась я.

    – Окунек, – ответил Степан, – шкуры больше, чем мяса.

    – А парень этот богатый? – поинтересовался Егор.

    – Какой парень? – не поняла я. Все мысли были сейчас заняты рыбешкой.

    – Ну, тот, на которого моя сестра запала.

    – Да нет, я бы не сказала.

    Уточнять, что раньше Славка выпиливал гробы, а теперь занялся тумбочками, я не стала.

    – Тогда, может, еще отстанет, Веронике богатых подавай.

    – Вот молодежь пошла! – возмутилась я и укоризненно посмотрела на Егора.

    – Анька! – раздался Солькин голос.

    О! Наша учительница ботаники проснулась и наверняка хочет есть.

    – Меня зовут, пойду решать бытовые проблемы, а вам удачной рыбалки.

    – Спасибо, – кивнул Степан и с напряжением стал смотреть на поплавок. Настоящий рыбак! Хладнокровен и сосредоточен!

    – Если Вероничка придет, вы с ней будьте построже, – попросил Егор.

    – Не волнуйся, перевоспитаем! – убегая, крикнула я. Собственно, этим займутся девчонки.

    Солька стояла недалеко от дома, ежилась от холода и грызла печенье.

    – Это что, – спросила она, – и есть наш завтрак?

    – Да, и попрошу без жалоб.

    – А это кто? – спросила Солька, кивая на реку.

    – Два туриста. Постарше, тот, что в куртке – Степан, а молодой – Егор, это его сестрица вчера приходила, Вероничкой зовут, – выдала я информацию. Солька сразу поджала губы. – Замуж ей очень хочется, и на твоего Славку виды имеет.

    – Ух! – только и смогла сказать Солька, потрясая в воздухе кулаком.

    Понять ее можно: кому же понравится, когда вокруг твоего молодого человека вьется молоденькая красотка, да еще ничуть не стесняется своих порывов и планов.

    – Сколько времени-то? – спросила я, глядя, как подруга запихивает за щеку конфету.

    – Восемь, твоя маман так храпит...

    – Как бы ее переселить в отдельный домик, – задумалась я.

    – Размечталась, – вздохнула Солька. – А что, еды нормальной нет?

    – Мало, будем экономить. Я часов в девять уйду, останешься за старшую, смотри, чтобы Осиков был на глазах, а то он тут дров наломает, и маму мою лучше из вида не выпускай.

    – Хорошо, а ты куда?

    – На работу устраиваться, надо уже подбираться к нашим бриллиантам, а то так и просидим тут...

    – Ты что, серьезно решила?

    – Другого выхода не вижу, хорошо, если возьмут, а если нет, то даже думать не хочу, что делать дальше.

    – Тебя возьмут, – приободрила меня Солька, – ты только не говори ничего лишнего, потерпи хотя бы пару дней.

    Я посмотрела на Сольку весьма хмуро.

    – Только пусть попробуют не взять! – зло произнесла я.

Глава 7

О том, как я иду устраиваться на работу и лишний раз убеждаюсь в том, что жизнь прекрасна

    – Альжбетка, что у тебя есть приличного? – поинтересовалась я. Прислонилась к дверному косяку и нахмурилась – наверняка сейчас придется перемерить кучу барахла.

    – В каком смысле?

    – Из одежды, не могу же я на собеседование идти в джинсах с дыркой на коленке.

    Альжбетку мы уже посвятили во все наши планы, так что лишних вопросов она задавать не собиралась.

    – У меня есть две юбки и платье, – щедро предложила Альжбетка.

    – Показывай юбки, – потребовала я.

    Альжбетка достала два маленьких кусочка материи и протянула мне.

    – Это что? – спросила я, и брови мои поползли вверх. – Носовые платки?

    – Нет, это две мои самые любимые юбочки.

    – А на чем они вообще держатся?

    Я крутила в руках эти изделия, не понимая даже, где у них перед, а где зад. Я, конечно, покупаю изредка модные вещи и даже пару раз надевала короткий топик, но... Короче, за Альжбеткой мне не угнаться.

    – На бедрах держатся, – со знанием дела вмешалась Солька, – у нас девчонки в старших классах только так и ходят.

    – Кошмар, – выдохнула я, возвращая Альжбетке ее богатство, – давай платье.

    Она недовольно хмыкнула (наверное, обиделась за свои юбчонки) и достала вполне приличное черное платье. Хорошо, что я пониже ростом, за счет этого юбка удачно прикрыла мои ноги – еще на привале я зацепилась коленом за противный сучок, и теперь на джинсах зияла дыра, а на коленке заживала рана, так что сверкать этим на собеседовании мне не хотелось.

    – Я в нем пойду, – решительно сказала я, слегка закатывая рукава.

    – Только осторожно, – взмолилась Альжбетка, – оно у меня на все случаи жизни.

    – Универсальное, что ли? – ехидно спросила Солька.

    – Да, и нечего смеяться, оно, между прочим, стоит две тысячи долларов.

    – Сколько? – воскликнули мы с Солькой.

    Вообще-то, теперь у нас деньги были, и весьма приличную сумму на всякий случай я взяла с собой, но все же платье за такие деньги никак не укладывалось у меня в голове. То есть я знаю, что на свете есть платья и подороже, но, пожалуй, это первое за такую цену, которое я не только подержала в руках, но еще и надела.

    – Выклянчила у кого-то? – спросила Солька.

    – Вовсе нет, мои поклонники сами меня балуют, – фыркнула Альжбетка.

    – Не сомневаюсь, – скептически сжав губы, сказала Солька.

    Кто еще может идти устраиваться на работу на место горничной в платье за две тысячи долларов – только я!

    – Хорошо, что оно у тебя не новое, – сказала я, поглядывая на себя в зеркало, – хоть не выглядит на такие деньги.

    – Что? – обиделась сразу Альжбетка. – Ничего ты не понимаешь в платьях, я его всего раз пять надевала.

    Я вздохнула и сказала:

    – Присядем на дорожку.

    – Присядем, – кивнула Солька.

    Мы дружно расположились на кроватях, вздохнули и переглянулись.

    – Ты не волнуйся, – приободрила меня Солька, – все будет хорошо, я тут за всем пригляжу.

    – Мы вместе приглядим, – поправила ее Альжбетка.

    Я посмотрела на свои кроссовки и спросила:

    – А хрустальных башмачков у тебя нет?

    Альжбетка стала рыться в своей огромной сумке и через минуту достала черные туфли. Как ни странно, каблук был вполне приемлемый – невысокий и устойчивый.