но у влюбленной Ишнаис сердце забилось быстрее при словах «моя принцесса». Ах, если бы она на самом деле принадлежала ему…
— Спасибо тебе, — Ишнаис улыбнулась самой чарующей своей улыбкой. — А могу я попросить тебя еще кое о чем? О чем-то, что можешь дать только ты…
Ворон с удивлением посмотрел на принцессу.
— И что же это? — изогнул он черную бровь.
Танец закончился, принцесса взяла своего кавалера под руку и увлекла к низенькому диванчику, укромно примостившемуся в просторном эркере. Ишнаис была сама не своя от радости — Ворон редко показывался на балах, появляясь на них только в тех случаях, когда уж было никак не отвертеться, вот как сегодня, например, когда праздновали ее день рождения. Потанцевать с ним до этого вечера ей довелось всего лишь два раза, а уж поговорить вот так, устроившись рядом на мягком диване в довольно интимной обстановке полузамкнутого и слабо освещенного пространства эркера… Сейчас бы и попросить его о поцелуе… но нет, она не будет спешить!
— Мне бы очень хотелось, чтобы ты покатал меня на волне.
Ворон нахмурился. Он не любил делиться своим даром, как и не любил использовать его для пустых развлечений. Но было бы невежливо отказать Ишнаис в ее день.
— Я сделаю, как ты хочешь, — согласно кивнул он принцессе, проглотив вежливое «с радостью». Какого черта! Радости он от этого не испытает ни на грош.
— Спасибо! — довольная Ишнаис бросилась ему на шею и Ворон, поморщившись, отстранился.
Энелза, наблюдая за парочкой сидя за одним из небольших столиков, расставленных вдоль стен, побледнела и, отодвинув тарелочку с недоеденным пирожным, залпом опрокинула в себя содержимое серебряного кубка.
— Обнимаются! — прошипела она как рассерженная змея. — Проклятая Ишнаис! Ненавижу!
В бессильной злобе провожала она взглядом покидающую зал парочку.
Выйдя из бального зала, Ворон направился к одной из тех винтовых лестниц, что вели на башни дворца.
— Я думала, ты ведешь меня кататься на волне, и мы сейчас пойдем к морю, — полувопросительно протянула Ишнаис.
— Так и есть. К морю можно попасть разными путями.
Он пропустил принцессу вперед и Ишнаис начала подниматься, плавно покачивая обтянутыми узким ципао бедрами.
«Смотрит или нет? — распрямив напряженные плечи, думала Ишнаис. — Может и ну его, это катание? Свернуть в какую-нибудь комнату… много ли нам надо? Даже если не будет кровати…»
Резко остановившись, принцесса повернулась. Не ожидавший этого Ворон, изучавший во время подъема какую-то черную книжицу, успел остановиться в последний момент, чуть не сбив Ишнаис с ног. Пышная грудь принцессы со всего маха впечаталась ему в грудь.
— Ах! — Ишнаис обхватила Ворона за плечи, чтобы устоять на ногах, и как бы нечаянно потерлась грудью о тонкую шелковую ткань его рубашки.
— Прошу простить мне мою неловкость, принцесса, — холодно проговорил маг, положив книжицу в карман брюк и высвобождаясь из объятий искусительницы. — Признаться, я увлекся изучением одной… хм… магической формулы и не заметил, что ты остановилась.
Он даже не смотрел! Она ради него чуть зад себе не вывихнула, стараясь разжечь в нем желание, а он… формулу магическую изучал!
— Все в порядке, — процедила она, кривя губы в вымученной улыбке. — Просто хотела что-то сказать, но забыла, что. Идем!
И принцесса, надменно вздернув подбородок, пошла дальше, только теперь уже своей обычной походкой.
Ворон, усмехнувшись, последовал за ней.
И через несколько минут они уже стояли на вершине башни — на самом краю площадки. Взволнованная Ишнаис и невозмутимый Ворон.
Несколько лет назад юная принцесса вот так же стояла на этом самом месте, а рядом с ней, там, где сейчас находится Ворон, стоял ее незадачливый любовник, жалкий кухонный мальчишка, не догадывавшийся, зачем она позвала его сюда, наверх. А потом… потом… короткий вскрик, недолгий полет вниз и распростертое тело на гладких мраморных плитах, которыми был вымощен двор дворца. И красное пятно, расползающееся по белому мрамору.
Ишнаис тряхнула головой, отгоняя непрошенные воспоминания. Почему, ну почему Ворону понадобилось вести ее именно на эту башню, с которой связаны такие неприятные воспоминания?!
Искоса она посмотрела на своего спутника. Ворон, скрестив руки на груди, задумчиво смотрел вдаль и в глазах его застыло какое-то странное выражение, которому Ишнаис не сразу смогла дать определение. Тоска? Боль? Грусть? Казалось, он совершенно забыл о присутствии Ишнаис, свободно отдавшись своим мыслям.
Встревоженная, она легко коснулась его руки, и Ворон вздрогнул. Странное выражение пропало из его глаз, и он неожиданно тепло улыбнулся принцессе.
— Ну что, готова?
Сердце Ишнаис заполошно забилось от непривычного тепла в его голосе, и она ответила такой же открытой, искренней улыбкой. А Ворон отстраненно заметил, что Ишнаис, когда не пытается его соблазнить и очаровать, очень мила и привлекательна.
— Даже и не знаю — мне ведь неизвестно к чему готовиться, — все так же улыбаясь и не сводя глаз с Ворона, ответила принцесса.
— Что ж, сейчас проверим, — с притворной суровостью кивнул он, а в глазах его плясали бесенята.
Мягко обхватив рукой тонкую талию Ишнаис — на этот раз от неожиданности вздрогнула уже она — Ворон спрыгнул с башни. Сердце Ишнаис ухнуло в пропасть, а крик застрял в груди, так и не найдя выход от дикого, безумного страха, охватившего ее. На миг промелькнула мысль, что это возмездие — она столкнула с башни того, кто любил ее и теперь тот, кого любит она, поступил с ней так же. Только вот почему он прыгнул с ней?!
Не успела принцесса ни додумать эту мысль, ни как следует испугаться, как их с Вороном подхватила упругая полоса воды, метнувшаяся к ним из моря. И вот они уже стоят на гребне высочайшей волны, достигающей почти вершины одной из башен Хрустального дворца и пена нежно ластится к их ногам!
Ишнаис, у которой не получилось закричать от страха, сейчас кричала от восторга. А волна стремительно двигалась вниз и прочь от дворца, к морю, плескавшемуся и волновавшемуся вдали. Руки водного мага лежали на талии принцессы, бережно и надежно удерживая ее от падения, а в лицо ей летели соленые брызги. О, это были минуты ничем незамутненной радости, чистого восторга и счастья! Таких ярких, легких и искрящихся эмоций Ишнаис не испытывала никогда!
А волна уже спустилась совсем близко к морю, ухнула в него со всей первозданной мощью и разлетелась на тысячи пенных брызг. Ишнаис окатило водой с головы до ног, и она восторженно завизжала. Ни одежда ее, ни волосы от этого купания ни капельки не намокли. И вот новая волна подхватила их, вознесла на гребень и стремительно понесла
